Чтение онлайн

— 70 тысяч?! — разорялась Ласточка, меряя шагами комнату на складе, который снимали люди Аманды. — Он забрал 70 тысяч?! Вот же сволочь!

— Расслабься, — доктор сидела рядом со мной и спокойно копалась в какой-то игрушке, не вынимая изо рта сигарету. Блин, по-моему она постоянно курит.

— Расслабиться?! Расслабиться?!! Мы, по сути, заплатили 70 штук! Просто так! Ни за что!

— Аманда права, — подал я голос, лежа на широком диване, и сквозь приоткрытые веки наблюдая за Мартой. — Расслабься. Чанг мог забрать вообще всю сумму, и все равно был бы в своем праве. Он поступил довольно великодушно.

— Великодушно! — Ред аж задохнулась от возмущения. — Великодушно?!

— Считай, это платой за твой выход из Триад, — выдал я заготовленный козырь.

Несколько секунд Ласточка переваривала мои слова, потом ее глаза расширились в понимании, она уставилась на меня, не в силах сформулировать мысль:

— Ты хочешь сказать…

— Ага, — небрежно перебил я. — Ты теперь свободна. Как сопля трассирующая… Можешь заняться, чем хочешь. Например…

Марта взвизгнула, кинулась ко мне, с явным намерением повисеть у меня на шее. Не то, чтобы я был против, но, учитывая, что я находился в лежачем положении, что у меня плечо ранено и вообще…

— Стоп! — Аманда жестом остановила бегущую Ласточку, заставив ее резко затормозить. — Не надо кидаться на моего тяжело больного и умирающего пациента, это его здоровью на пользу явно не пойдет.

— С чего это я умираю? — на моем лице отразилось глубокое непонимание ситуации.

— Ну, как только кто-то расскажет сестре Эде о том, что на тебя кидаются всякие рыжие…

— Я понял! — пришлось тут же дать задний ход, хотя, видит бог, я бы не отказался от столь приятной ноши, как лежащая на мне Марта. — Ласточка, ранение явно оказалось опаснее, чем можно было предположить, и вообще мой личный лечащий врач сказал, что мне противопоказаны любые физические нагрузки… Даже такие приятные… Так что, извини…

Я поманил Ред к себе, и закончил громким шепотом, но так, чтобы это могли услышать все:

— … потом на мне повисишь. Когда рядом не будет всяких посторонних, — и подмигнуть, заметив веселые улыбки на лицах своих… наверное, все-таки уже друзей.

— Ладно, посмеялись, теперь к делу, — говорить, лежа на диване, оказывается, жутко удобно. — Итак, мой выигрыш составил сто сорок тысяч. Из них семьдесят — отошли мистеру Чангу. Еще пятьдесят я отдаю Аманде и ее команде.

— Чего?! — это Ласточка. Ожидаемо.

— Стоп! — остановила, готовую вот вот снова завестись, Марту Доктор Майями. Потом перевела свой взгляд умопомрачительно красивых и проницательных глаз на меня. — Мы говорили о пятидесяти тысячах, когда обсуждали предварительные расходы и доходы…. Вайли, сколько ты потратил на сооружение той бомбы?

— Вообще-то это была не бомба, а обычный обрез с крупным патроном… Мы решили, что так будет эффективнее. Так что… долларов триста, — из-за моей спины ответил подрывник. Я его не видел, но знал, что он сидит у дальней стены, и его темная кожа почти сливается с глубокой тенью. Знал я также и то, что защитный камуфляжный костюм вообще делает парня почти невидимым. Вайли бдительно контролировал всю комнату, даже в столь дружественной компании. — Но сумку с обрезом нам вернули, так что я потратился только на патрон и монеты…

— Кстати о монетах, — Марта лукаво взглянула на меня. — Признайся, ты напичкал патрон деньгами только для того, чтобы сказать ту пафосную фразу?

Ласточка вышла на середину комнаты, гордо вскинула носик, обошла воображаемый карточный стол, и бросила низким, гнусавым голосом, смотря куда-то в сторону:

— «Я же говорил, что деньги когда-нибудь тебя убьют, Шинг»…

— Эй, вовсе не таким голосом это было сказано! — возмутился я.

Кто-то прыснул. Кто-то, не стесняясь, откровенно захохотал. Я надулся и засопел.

— И вообще, — в моем голосе зазвучали обиженные нотки, что вызвало новую волну хохота, — могу я хоть раз сыграть на публику?

— О, уверена, теперь, когда ты будешь предлагать кому-то деньги, все будут просто шарахаться во все стороны, — задыхаясь от смеха, ответила Ред.

— Значит, надо просто перестать предлагать! — огрызнулся я.

Потом вздохнул, понимая, что начинаю злиться. Подождал, пока все отсмеются.

— Успокоились? — мой голос звучал подчеркнуто спокойно.

Зря. Это снова вызвало новую волну веселья. И как с ними жить? Идиоты, мать их. Никакого серьезного отношения!

— Ну? — на этот раз я разозлился, и это почувствовали все. Веселье слетело с них мгновенно, тут же успокоившись, все в комнате уставились на мое валяющееся на диване тельце.

— Итак… — откашлявшись начал я. — Пятьдесят тысяч Аманде и ее команде… Неважно, что и почему, я обещал пятьдесят тысяч, вы получите пятьдесят тысяч. Это не обсуждается.

Минами фыркнула, но ничего говорить не стала. Что ж, большое ей за это спасибо!

Я продолжил:

— Итого, у меня остается двадцать тысяч. Их мы поровну разделим между мной и командой «Черной Лагуны». Ласточка, кстати, тоже входит в эту команду.

— Вообще-то, нет…

— Вообще-то, да, — я глянул на Датча, как на единственного представителя «Лагуны». — Я прав?

— Да, — афроамериканец кивнул. — Она в команде, можешь не сомневаться.

Марта оглянулась на своего мужчину, бросила на него взгляд полный нежности. Я усмехнулся, чувствуя как де-то глубоко внутри скребется червячок ревности и зависти. Прогнал от себя глупые мысли, и, чтобы скрыть резко появившуюся дрожь, достал сигарету, закурил.

— Итого, — озвучила общую мысль Ласточка, — у тебя было восемь тысяч, стало — десять. Ты заработал целых две тысячи! Да ты крут!

Я изобразил самодовольную улыбку, а Марта в ответ чисто по-женски фыркнула. Остальные снова заулыбались.

— Вообще-то мы ничего не сделали, а получили… — начала было Ред, но я ее остановил жестом руки:

— Вот не надо этого. Мы все очень хорошо поработали, а любая работа должна быть оплачена.

Помолчали. Я понимал, что они чувствуют себя слегка виноватыми передо мной, но мне это было только на руку. Я планировал работать с этими людьми долго и плодотворно, а их чувство вины поможет мне в дальнейшем. Так что о потерянных деньгах я не переживал. Будем считать их инвестициями в будущее.

— Ладно, друзья, мне пора, — подниматься с належенного места не хотелось. Но надо…

— Куда это ты?

— Тратить кровно заработанные денежки, конечно же, — я усмехнулся, спокойно забрал свою долю, и покинул эти гостеприимные стены.

— Ох, — сестра Эда приоткрыла красивый бархатный футляр. — Это мне?!

— Ну да, — я усмехнулся, глядя, как она достает изящную серебряную цепочку с крупной черной жемчужиной. — Других достойных девушек я здесь не вижу…