Под крыльями Ворона
Шрифт:
– У вас два часа. И за территорию базы ни ногой, - холодно процедила Виктория. И ушла.
– А?
– Евангелина с выражением абсолютного шока на лице смотрела в спину уходящей женщины.
– И это всё? Она даже не сделает нам выговор? И не придумает никакого страшного наказания?
– Нет, не придумает, - Рей хрипло рассмеялся.
– Знаешь, большая часть того, что говорят про Викторию новички - чистейшая выдумка. Она вовсе не страшная.
– Ну, хорошо. Я постараюсь поверить тебе на слово. Но я всё равно думаю…
– Не надо, - учёный не дал девушке договорить, приложив палец к её губам.
– Давай сегодня думать не будем. У нас нет на это времени, я хочу многое успеть. Поспешим.
Огромные двери широко распахнулись, и в них хлынул солнечный свет, невыносимо яркий для отвыкших от него глаз. А вместе со светом в раскрытые створки ворвался тёплый ветер, принося с собой целый поток разнообразных звуков и запахов. Сама природа приветствовала короля, покинувшего замок, давно ставший ему тюрьмой. Запах молодой травы придал сил, а аромат цветущих роз нежно обвился вокруг тела, делая его необычайно лёгким. С рёвом неслись по дальнему шоссе машины, тихо журчали фонтанчики с питьевой водой, шелестели листьями деревья - все они играли торжественный марш в честь короля.
Рей сбежал по каменным ступеням и закружился на небольшом заасфальтированном участке, вскинув руки к небу. Он смеялся.
– Небо! Солнце! Деревья и трава! Они настоящие! Они живые! Какой замечательный день!
– Ты такой ребёнок, Рей, - тихо прошептала Евангелина, грустно улыбаясь уголком рта.
– Ты так искренне радуешься тому, чего я даже не замечаю. Это не честно. Как бы я хотела, чтобы ты мог видеть мир и радоваться чаще…
– Евангелина!
– Рей махал девушке, стоя на бордюре.
– Что ты там застыла?
– Уже иду!
– Евангелина сошла на площадку и неспешно приблизилась к пытающемуся удержать равновесие учёному.
– Спускайся, - девушка ткнула его в бок.
– Земля вызывает Короля!
– Король на связи, - Рей раскинул руки и пошёл по бордюру.
– Посадка невозможна. Продолжаю полёт.
– Смотри только не свались, самолёт, - проворчала Евангелина.
Учёный спрыгнул на мощёную дорожку:
– Теперь не свалюсь. Идём, я хочу подарить тебе кое-что.
Рей протянул девушке руку и, дождавшись, когда она вложит свою изящную кисть в его ладонь, потянул за собой. Они прошли мимо основного здания, свернули на небольшой задний двор и остановились возле небольшой палатки, немного дико смотревшейся на фоне громадных серых корпусов. Внутри стоял один лишь стол, весь уставленный небольшими коробочками. Учёный взял две и протянул одну из них Евангелине.
– Это амулеты, которые бойцы «Авроры» дарят своим возлюбленным, отправляясь на задания.
– Рей раскрыл свою коробочку и показал девушке лежащий внутри небольшой медальон.
– Он сделан из сплава серебра и титана, поэтому можно не опасаться, что поверхность погнётся или сломается. И он полый внутри, туда можно что-нибудь положить.
– Что, например?
– Евангелина вытащила медальон из второй коробочки и теперь с интересом смотрела на поблескивающий в лучах солнца овал.
– Ну, я точно не знаю, - Рей задумчиво потёр подбородок.
– Я слышал, что обычно кладут маленькую фотокарточку или локон волос.
– Фотографии у меня нет, зато есть маникюрные ножницы, - девушка запустила руку в неприметный карман на кофточке и извлекла оттуда продолговатый футляр на магнитном замке. Внутри обнаружилось несколько приспособлений, о назначении которых молодой учёный боялся даже подумать, и маленькие ножницы. Евангелина намотала на палец локон золотистых волос и одним быстрым движением обрезала его возле виска.
Рей последовал её примеру и срезал иссиня-чёрную прядь своих длинных, до лопаток, волос.
Они оба немного повозились, аккуратно укладывая пряди внутрь медальонов. Щёлкнули, закрываясь, маленькие замочки, и двое молодых людей обменялись кулонами.
– Теперь у меня всегда будет частичка тебя, - Евангелина накинула себе на шею серебристую цепочку и нежно провела кончиками пальцев по гладкой поверхности медальона.
Рей некоторое время молча смотрел на девушку, а потом задумчиво произнёс:
– Завтра я отправляюсь на задание.
– Что?!
– Евангелина резко вскинула голову.
– Я же строжайше запретила посылать тебя на миссии! Я должна поговорить с командующим!
– Ты не поняла. Это была не его идея. Я сам вызвался.
– Опять?!
– разозлённая девушка схватила учёного за запястье и попыталась сдвинуть с места.
– Идём, я скажу Виктории, чтобы она отменила задание и помогла мне вправить тебе мозги.
– Даже не надейся, - Рей не шелохнулся.
– Мне надоело сидеть взаперти.
– Но твоё здоровье…
– Мне в четырёх стенах только хуже становится! Отпустите меня, наконец, из этой провонявшей лекарствами лаборатории!
– учёный растерял всю невозмутимость и уже откровенно зло шипел.
– Ты можешь пострадать!
– Евангелина не желала сдаваться.
– Где?
– презрительная и вместе с тем горькая усмешка тронула тонкие губы Рея.
– На миссии наблюдения, стоя в стороне с биноклем? Очень маловероятно.
– Но зачем тебе отправляться именно на миссию? Если ты просто хочешь почаще выходить из лаборатории, я могу ходить с тобой на прогулки. Это будет гораздо безопаснее, - Евангелина взглянула на учёного с надеждой.
– Хочешь, я буду приходить каждый день?
– Очень заманчивое предложение, Евангелина, но, увы, я вынужден отклонить его. Дело не только в том, что я устал сидеть взаперти. Я хочу быть полезным. Я хочу защищать людей, как бойцы «Авроры» когда-то защитили меня.
Рей повернулся лицом к высокому зданию штаб-квартиры «Авроры» и устремил взгляд непроницаемых чёрных глаз на большие серебристые буквы, складывающиеся в такое родное слово. Для большинства людей это было лишь здание подконтрольной военным и правительству медицинской лаборатории, и только вхожие за стеклянные двери люди знали его настоящее назначение. Между бровей учёного залегла глубокая морщинка, весь его вид выражал беспокойство.
Евангелина медленно приблизилась к Рею и положила руку ему на плечо.
– Расскажи мне, - тихий голос обволакивал, лёгкой вуалью ложился на сознание, застилал его. Хотелось поддаться искушению и, не думая ни о чем, следовать туда, куда он звал.
– Расскажи мне всё. Я на самом деле знаю о тебе так мало. Я помню наш первый разговор, помню, как начиналась наша дружба… Но я хочу знать, как ты жил до того, как в классе впервые появился высокий, похожий на воронёнка мальчик с непроницаемыми чёрными глазами. Почему они смотрели так по-взрослому в шесть лет?..
И учёный заговорил. Его голос звучал глухо, он смотрел вперёд, но взгляд, казалось, был обращён в прошлое.