Чтение онлайн

— Хорошо. — Сказала, наконец, она. — Теперь попробуй метнуть его. Отведи руку назад и, скручивая корпус, на выдохе, с силой отправь копье в полет.

Ящер так и сделал. Расстояние между ним и мишенью было небольшим и наконечник наполовину вошел в мягкий материал. Вопреки ожиданиям Когтя копье не вывалилось из мишени, а осталось торчать. Ящер с усилием выдернул его и снова метнул. Фрайя не мешала ему, уйдя в себя. Учитель тоже исчез и Когтю по факту никто не мешал. Он метал копье до тех пор, пока не добился приемлемой для себя точности и попадания в мишень. Это не значит, что ящер был уже готов и прекрасно овладел оружием, но уже хотя бы чувствовал себя увереннее в обращении с ним. Коготь умел реально оценивать свои шансы.

— Отлично. — Произнесла вдруг в тишине Фрайя и открыла глаза, одним движением вставая так легко, как будто не провела столько времени в одной позе. — Теперь попробуем с движущимся противником.

— С тобой? — уточнил Коготь.

— С ним. — Она кивнула на манекен. Подошла к его спине и вытащила из углубления темный камень. Взяла его в руки и он наполнился зеленым сиянием. — Разрядился, надолго кристалла не хватит, но нам много и не надо. — Магичка сунула наполненный энергией камень обратно. Манекен вдруг повернул безглазую голову к Фрайе, потом посмотрел на ящера. Болван подошел к стойке, где висел тренировочный меч, взял его и тут же напал на Когтя.

Тот сначала растерялся, но прыжком отступил от манекена и немедленно ткнул его в горло. Болван попытался отмахнуться мечом, но не смог — лезвие просто скользнуло по наконечнику и ушло вниз, а копье ящер держал крепко. Голову убрать манекен не догадался и получил смертельный тычок. Он замер на некоторое время, после чего снова принялся атаковать.

Фрайя гоняла ящера с помощью манекена почти целый оборот, заменяя оружие. В общем, она осталась им довольна — Коготь хорошо схватывал и быстро обучался, ему просто не хватало практики. С копьем он умел обращаться, но слабовато для их народа. Зато ножи метал как Бог, этого у него было не отнять. Фрайя попросила продемонстрировать и ящер с порога за несколько мигов поразил все три мишени точно в центр. С копьем вышло похуже, но в корпус он гарантировано попадал. Хорошо показал себя против меча, но вот с секирой и молотом не справился — манекен чуть было не вышиб ему мозги, хорошо что вовремя остановился. Однако скорость атаки была высока даже для очень хорошо подготовленного бойца, так что Фрайя решила, что и с умертвиями ящер справится. Ведь они будут работать в команде, где она поддержит бойцов заклинаниями оцепенения и чуть притормозит нежить. Главное, чтобы в пещерах не оказалось нечисти, с демонами справиться будет уже сложнее. Пребывая в состоянии медитации, Фрайя размышляла о том, что может хранится в пещерах и приходила к мысли, что это возможная гробница кого-то из прислужников драконид. Ибо последние не строили склепов — они сжигали тела своих мертвых. Из огня пришли, в огонь же и должны возвратится, так гласили слова написанного древнего свитка, одного из немногих, дошедшего до наших дней. Архивариусы Цитадели многое отдали бы за обретение хотя бы еще одного из них. Однако Фрайя даже не надеялась найти в пещере что-то подобное. Даже если гробница еще не разграблена, то в ней полно ловушек, установленных не драконами и не против них же. Они рассчитаны на кымов, которые ходят по земле пешком. Драконы — летают. Им нет смысла спускаться под землю и заточать себя в ней — они дети неба. А вот гробница, построенная кымами или же поклоняющимися драконам армарами — вполне возможно. Что ж, завтра увидим. Если все это не большая ловушка и пещеры в природе не существует. Хотя Большой Отец не врал, она бы легко распознала ложь. Но даже самого мудрого и сильного мага можно легко обмануть, если заставить поверить в свою ложь. Фрайя не понаслышке знала это.

— Хватит на сегодня. — Объявила она. — Завтра тяжелый день, тебе нужно как следует отдохнуть и восстановить силы. За ужином выпьешь это. — Она достала из сумочки маленький пузырек. — Снимет усталость мышц после тренировки.

— Хорошо. — Кивнул Коготь и чуть подбросил копье. — Можно я возьму его с собой?

— Оно твое. — Разрешила Фрайя. — Идем, я попрошу слуг, чтобы приготовили тебе ванну.

— От меня вроде не пахнет. — Коготь сунул нос в подмышку.

— Это ты так думаешь. — Усмехнулась магичка. — Несет как от заросшего тиной прокисшего болота.

— Ладно, я понял. — Согласился ящер. Армарке виднее, вдруг у нее очень чувствительный нос, такой, что даже Коготь запаха распознать не может. Он высунул язык, чтобы проверить и ощутил едва заметный запах разгоряченного физической работой тела. Глядя на него, Фрайя расхохоталась.

— Ничем ты не пахнешь, расслабься. — Успокоила она хаса. — Для обычного кыма, конечно. Но помыться тебе все же не помешает — чистую одежду лучше надевать на чистое тело.

Коготь ничего не сказал. В этом он с магичкой был согласен на все сто.

Утреннее солнце позолотило покрытые вечным снегом верхушки гор. Постепенно выползая из-за горизонта, оно касалось своими теплыми лучиками растущих на их склонах деревьев, приспособившихся к холодным условиям севера кустарников и низкорослой травки, показавшейся из-под снега. Вместе с выпрямляющейся травой просыпались от сна немногочисленные цветы, распуская свои лепестки навстречу солнечным лучам. Все это великолепие пробуждающейся от зимней спячки природы не могла оценить группа двуногих существ, вышедшая по своим делам в том самое время, когда ночь не собиралась сдавать свои права и неохотно уступала дорогу шествующему по ней дню. Да и идущим по узенькой звериной тропе некогда было любоваться красотами — тут бы вниз не упасть и шею не сломать. Вскоре земляные склоны сменились гранитными скалами, в которых дорожку себе пробил бурный ручей. Он прыгал с уступа на уступ, с переката на перекат, производя при этом столько шума, что переговариваться между собой можно было только громко крича. Но идущие по тропе существа двигались сосредоточено и молча. Они собрались вместе, потому что так сложились обстоятельства, а не потому, что знали друг друга до этого.

Первым в группе шел здоровенный бугай, облаченный в доспехи. За его спиной удобно устроился двуручный меч, на поясе в ножнах висел кинжал и короткий нож. Кроме этого громила нес пустой мешок, приготовленный для сокровищ. В том, что они там будут, он не сомневался.

За ним следовало усатое носатое хвостатое создание с серой шерстью, облаченное в короткие штанишки, рубашку и жилетку. По всей жилетке были расфасованы в специальные кармашки метательные дротики, а на правой руке (лапке?) существа закреплен маленький арбалетик, которым рахтрат пользовался изумительно ловко. Кроме этого в его арсенале присутствовали пара метательных ножей и кинжал. Этот спутник также тащил пустой мешок.

После рахтрата по тропе топал его давний недруг — мав, ростом превосходящий крысеныша вдвое. Облаченный в легкий доспех, имеющий на вооружении лук и колчан полный стрел, он также таскал на поясе кинжал и сумочку с лечебными снадобьями и зельями. За его спиной шла высокая армарка, белая кожа которой ярко контрастировала с ее черными одеждами. На первый взгляд оружия у девушки не было заметно, но в многочисленных складках можно было спрятать даже хаса, который плелся позади нее. Ящер ступал след в след со спутниками и незаметно контролировал вроде бы случайными поворотами головы идущего за ним бугая, размерами и габаритами не уступающего первому. Тот был вооружен мечом и боевым топором, которыми ловко работал обеими руками. Щита ни тот ни другой не носили, предпочитая атаку защите, однако ни мав ни хас не забыли об этом важном обмундировании воина. Не забыл о нем и спутник, идущий последним. Ростом не уступающий армарке, он был болезненно худ. Казалось одежда висит на нем как на вешалке, лицо — словно череп обтянутый кожей, в глазницах которого застыли внимательные и немигающие глаза. Двигался дармар так, словно был совершенно невесом и способен прямо сейчас взлететь в воздух.

Группа спустилась почти к самой реке и двинулась вдоль нее, прыгая с камня на камень. Утреннее солнце еще не удосужилось заглянуть в это пробитое водой ущелье и здесь царили предрассветные сумерки. Рахтрат изредка задирал свою остроносую морду вверх, нюхал воздух и подслеповато щурил глаза, непроизвольно закрываясь от солнечного света рукой. Пальцы его были не так сильно развиты как у мава или же хаса, но схватить и крепко удержать вещь они могли.

Идущий первым бугай чуть притормозил и издал громкий свист, чтобы его услышали в грохоте речки. Ответом ему был такой же сигнал и громила махнул рукой, мол, пошли. Обойдя завал из камней, он вышел на расчищенную за вчерашнюю половину дня площадку. Сторожа и по совместительству работники с настороженностью уставились на незнакомую им троицу.

— А?… — начал было один, указывая на них пальцем.

— Так надо. — Коротко бросил бугай. Он повернулся к старшему. — Внутрь не лазили?

— Меня туда никаким сладким рулетом и голой бабой не заманишь. — Ответил тот. — Всю ночь тут провели.

— Вой, вопли или крики слышали? — спросил худой дармар, подходя к ним. Свою родню он сознательно не замечал, игнорируя. Та, впрочем, отвечала ему тем же. Но хотя бы в драку не лезла, что уже говорило о ее вменяемости. Сам же дармар первым с ней разговор начинать не собирался, хотя ненависти не испытывал. Эти высшие сами себе там что-то придумали и сами же в это поверили.

— Нет, — мотнул головой старший, — тихо как в гробу.

— Оставайтесь здесь. — Куол расстегнул сумку и начал доставать какие-то пузырьки с зельями. Фрайя сразу же опознала, что это такое.

— Рехнулся? — произнесла она, пересилив свою гордость и обращаясь к дармару, понимая, что он хочет сделать. Тот мельком взглянул на нее, но копаться в сумке не прекратил. — Хочешь прямо сюда их призвать?

— А ты предпочитаешь сражаться с ними в темноте на их условиях? — огрызнулся Куол.