Чтение онлайн

— Джонни, раздай карты, — без всяких эмоций произносит змей, и дилер начинает тасовать колоду.

Поначалу игра идет достаточно мирно, только вот Соломон не сводит с меня пристального взгляда, под которым я нервно ерзаю на диване. Он же выглядит спокойным и расслабленным, как большой сытый хищник. Я уже жалею, что у моего платья такое глубокое декольте, потому что этот дикий зверь беспардонно впивается глазами в мою грудь, отчего мне становится не по себе.

Дилер открывает еще одну карту.

— Пас, — говорит низкорослый мужчина и скидывает карты.

В игре остается трое: я, змей и бородач. На столе лежат карты: пара десяток, валет, дама и туз. Соломон начинает игру агрессивно, словно чувствует свое превосходство, хотя, возможно, он просто блефует.

— Повышаю.

Соломон ставит пятьсот тысяч рублей. Бородач поддерживает. Я же прекрасно понимаю, что у меня нет таких денег. Ян закупил фишек на триста тысяч, а змей решил пойти вразнос. Мое замешательство очевидно для всех. На руках у меня семерка и восьмерка, риск проигрыша высок, и я скидываю карты. Зато Ян остается хоть с какими-то деньгами.

— Вскрываемся! — командует дилер.

— Пара восьмерок, — скалится бородач. Змей скидывает карты, не открыв их. — Да ладно, братишка, что за интрига? Перед девицей рисуешься? — с сарказмом роняет бородач.

— Говори девчонке свое желание и забирай бабки, Боров, — припечатывает Соломон. Боров, ну конечно! Идеально подходит! — Чего лыбишься? — обращает свой гнев на меня, когда на его скулах нервно ходят желваки.

— Смотрю, ты не любишь проигрывать? — интересуюсь, лукаво изгибая бровь.

— Боров, она вся твоя, дерзай.

Змей резко поднимается из-за стола и демонстративно направляется на выход.

— Можешь забирать себе мышку, считай это моим подарком на твой день рождения, — елейным тоном произносит Боров.

— Я не вещь, чтобы меня дарить кому-то! — Резко встаю и упираю руки в бока, преграждая ему путь.

— У тебя инстинкта самосохранения вообще нет? — раздраженно спрашивает змей.

— Да, мне говорили, что у меня с этим проблемы.

— Идиотка, — цедит он и, отстранив меня, проходит мимо.

А я следую за ним, быстро перебирая ногами в туфлях на тонких шпильках, и на ходу хватаю свое пальто.

Ни капельки не прибавляя скорость, он все равно отрывается от меня. Я изо всех сил стараюсь поспеть за мужчиной. Он шагает, засунув руки в карманы куртки, а широкие плечи мощно рассекают воздух. Все его движения резки и точны. Соломон направляется к барной стойке, по пути доставая из косухи бумажник и швыряясь деньгами. Местные девицы не остаются без внимания. Мажор, блин!

Я решаю подкараулить его на улице. Выхожу из здания, и холодный воздух опаляет мою разгоряченную кожу. Однако я не тороплюсь надевать пальто, испытывая острую необходимость остыть. От хамского поведения Соломона все тело горит. Я вообще вспыхиваю, как спичка. Подарок на день рождения? Ага, сейчас, разбежалась, только бантик надену, и готово! Сотрясаясь от нервной дрожи, я понимаю, что надо успокоиться, ведь мне еще предстоит каким-то образом попасть к нему домой.

Невеселые размышления прерывает распахнувшаяся дверь, едва не впечатавшая меня в стену. Для этого бандюгана, похоже, вообще не существует окружающих! Исподтишка наблюдаю за ним. Ловкими пальцами он достает из пачки сигарету и отправляет ее в рот. Такое чувство, что она вспыхивает от одного лишь только соприкосновения с его дьявольскими губами. Он глубоко затягивается и выпускает через ноздри колечко дыма. Острый кадык медленно двигается, словно мужчина вкушает райский плод, а не отраву с никотином. Естественно, какая душа, такое и наслаждение! А потом змей неторопливо направился к своему спорткару, на ходу докуривая сигарету.

Делаю глубокий вдох и на дрожащих ногах иду за ним. Не раздумывая, запрыгиваю в машину и закидываю пальто на заднее сиденье. Соломон сдвигает брови к переносице и окидывает меня скептическим взглядом.

— Чего ты хочешь, глупышка? — язвительно интересуется он.

— Нравишься ты мне, — нагло вру. А потом пристегиваюсь, тем самым давая понять, что покидать салон не собираюсь. Хотя пожелай он меня вытащить, едва ли я смогла бы оказать ему достойное сопротивление.

Из его груди вырывается тихий, скрипучий смех.

— Ты хоть знаешь, кто я, девочка? — Я молчу, до боли вцепившись пальцами в бедра. — Тебе мама с папой не говорили, что нельзя садиться в машину к незнакомым дяденькам, — назидательно произносит он.

— Я не помню своих родителей, меня воспитывали в детдоме, так что таких указаний я не слышала, — сухо отвечаю я.

Змей больше не удостаивает меня вниманием, молча выруливая с парковки. Он спокойно ведет авто, лишь изредка поглядывая на меня.

— Куда тебя отвезти? — спрашивает, наконец.

— К тебе домой.

— Послушай, предупреждаю в последний раз: я плохой человек. Не связывайся со мной — пожалеешь.

— Не страшно, — дерзко заявляю, глядя ему в глаза.

Он лишь ухмыляется и начинает нервно поигрывать во рту языком, выпуская его наружу, точно змей.

— Ну хорошо, я люблю веселье. Если ты не скучная, поиграю с тобой.

— Поиграешь?

— Ну да. «Пять действий» называется.

— Интригующее название, — подняв брови и прочистив горло, замечаю я.

— Ну что? Слабо?

— Только давай…

— А вот давай без давай! Пять действий, абсолютно любых. Отказ не принимается. Либо соглашаешься, либо проваливаешь из машины. — Он резко нажимает на тормоз и останавливается посреди дороги. Я немного теряюсь. — Ты мне еще желание торчишь, не забывай. Боров любит меня радовать, — усмехается он. — Так что я хочу сыграть с тобой в «Пять действий». Карточный долг — долг чести. Особенно… как ты там себя назвала… порядочная девушка? — Не давая мне ответить, продолжает: — Ну да, такая порядочная, что запрыгнула в машину к опасному незнакомцу, — фыркает он.

— Ладно, играем, — принимаю я вызов, гордо вскидывая голову.

Его губы искривляет широкая, пугающая улыбка, а в глазах вспыхивает азарт. Соломон тормозит у ювелирного магазина. На красиво оформленной витрине разложены различные изделия из золота и драгоценных камней.

— Почему мы остановились?

— Твое первое действие — достать мне, вооон то колье. — И он указывает пальцем на украшение, стоящее, наверное, целое состояние.

— Ты больной? Как я это сделаю? У меня нет таких денег!