Чтение онлайн

– Ты еще красивее и моложе, чем когда мы встретились впервые на Юге!
– Сергей искренне любовался ею.

– Э, - небрежно махнула она рукой, однако мимоходом бросила взгляд в зеркало, машинально тронула волосы рукой, в которой была ручка, комплимент ей явно пришелся по душе.
– Стареем, дряхлеем, дурнеем. А я думала, ты уже не приедешь.
– С этими словами она подставила ему лицо для поцелуя, поднявшись на цыпочки, чмокнула его в щеку.

– Как я мог не заехать?!
– возмутился он.
– Ты же знаешь, что завтра я отбываю в те самые Палестины, где в поте лица уже второй год трудится, грызет гранит педагогических наук твой благоверный Иванушка.

– Именно потому, что завтра отбываешь. У тебя, я думаю, столько всяких дел.

– Ты не иначе как вознамерилась меня обидеть.

– Ну ладно, ладно, Серега, не сердись. Я не права. Видно, с возрастом характер портится. Становлюсь ворчливой брюзгой. Пошли на кухню. Там Соня уже чай свежий заварила.

– Мам, а мне можно?
– раздался голос Алеши из спальни. Маша готова была взорваться возмущением, но Сергей умоляюще заглянул ей в глаза: "Парень отцу привет должен передать, а? Хоть в этом не будь ворчливой брюзгой". Маша засмеялась: "Плеть, плеть мужской солидарности всегда перешибет обух женского благоразумия".

– Ну, герой, чем отца обрадовать?

– То, что я папе обещал, я выполнил, - Алеша говорил это серьезно, с чувством исполненного или исполняемого долга. Он вынул из-под стола дневник, который предусмотрительно уже держал на коленях. Сергей взял дневник, стал медленно его листать.

– Четверка по алгебре, - бесстрастно отметил он.

– Единственная за всю четверть, - в тон ему парировал Алеша.

– Тетечка Мриия!
– раздался из кухни истошный вопль Сони.
– Шо з ими тепер робыти? Вони, чертяки, кусаються!

– Ты бы в их положении тоже кусалась! Это я тебя, Сережа, перед дорожкой решила угостить твоим любимым моллюском.

– Раки?!
– вожделенно произнес Сергей, зажмурив глаза. Тут же удивленно-заинтересованно: - Где брала?

– На рынке, вестимо. Пустила их поплавать в ванную.
– И, уже направляясь в кухню, громко поучала Соню: - Теперь, голубушка, берешь их пальчиками за панцирь - и в подсоленный кипяток. Ты лаврового листа не забыла бросить?

Алеша дождался, когда мать приступит, как она объявила, "к транспортировке раков из резервуара с водой живой в резервуар с водой гибельной", Алеша тихо, умоляюще проговорил:

– Дядя Сереженька, миленький, возьми меня с собой к папе.

– Алеша, ты уже почти взрослый мужчина, - так же тихо ответил Сергей, обескураженный неожиданностью просьбы и серьезностью тона, которым она была высказана.
– Это же не к бабе Уле и деду Никифору скатать в деревню под Клином. Полмира надо отмахать!

– Знаю!
– с надрывом возразил мальчик.

– Загранпаспорт, визы, прививки...

– Все знаю!
– уже надломленным шепотом произнес Алеша и слезы брызнули из его глаз.
– К папе хочууу...

Когда раскрасневшаяся Маша с дымившейся горкой оранжево-красных красавцев на овальном фарфоровом блюде со словами: "Соня, полдюжины пива для гостя на стол!" вошла в комнату, она увидела, что Алеша сидит на коленях у Сергея, уткнувшись ему лицом в грудь и тот гладит его стриженый затылок. Маша все поняла, но Сергей, упреждая ее очевидную саркастическую тираду - он слишком хорошо знал характер жены друга, упреждающе поднял вверх раскрытую ладонь.

– Пока ты готовила с Соней это княжеское блюдо, мы с Алексеем порешили, - он подмигнул поднявшему голову мальчику, - что завтра в Наркоминделе - мне с утра надо будет туда заскочить по одному срочному дельцу - я постараюсь договориться о том, чтобы его оформили для поездки к отцу на второе полугодие. Школа там действует, поедет он в начале зимних каникул, так что занятия не пропустит. Поедет с кем-нибудь из новых сотрудников. Дело за твоим согласием, Машенька.

И они оба прицелились в нее выжидательными взглядами. "Стервец! восхитилась она внутренне.
– Отчаянно-великолепный стервец! За Ивана готов и в огонь, и в воду. Была бы у меня хоть одна такая подруга. Хоть одна..."

– Утро вечера мудренее, - с небрежной веселостью произнесла она, ставя блюдо на стол и помогая Соне расставить посуду, приборы и стаканы.

– Мам!
– удрученно прошептал Алеша, и Маша поняла, что сын через секунду-другую разрыдается.

– Делайте, что хотите!
– наконец, сдалась она.
– А я хочу раков и пива.

– Урра!
– закричал Алеша и бросился целовать мать.

– Ладно, ладно, подлиза!
– смеясь, притворно увертывалась она.
– Еще получи мне хоть одну четверочку - и плакала твоя Америка.

– Только пятерки, одни пятерки, мамочка!

– Ой, не храбрись, идучи на рать! А теперь так - два рака, стакан ситро - и шагом марш баиньки.

Алеша согласно кивал головой. Он был согласен на все.

– Соня, а почему только три прибора?
– Маша раздраженно смотрела на девушку.

– Тетечка Мария, - испуганно-извиняющимся голосом тянула та, - у вас же гость...

– Ты член семьи, - назидательно произнесла Маша и сама поставила на стол еще один прибор, тарелку, фужер.
– В случае, когда по каким-то соображениями это будет нужно, я сама тебе скажу. Хотя я с трудом могу себе представить, когда ты можешь оказаться в нашей семье лишней за столом. Посмотрела долгим взглядом на Сергея, заметила: - Пивом вроде бы не чокаются, а мы чокнемся. За тебя, Сереженька, за твою планиду! Будь счастлив!

Она как-то очень быстро выпила свой фужер. Зажмурилась. И вдруг тихо произнесла:

– Господи, как я люблю своего Ивана.

И, отвернувшись и прикрыв лицо тыльной стороной ладони, выбежала из комнаты...

На Нью-Йоркском пирсе, где ошвартовался "Бремен", Сергея встречали Иван и основатель бюро "Известий" в Новом Вавилоне Нодар. Высокий, загорелый, с нервными узкими губами, орлиным носом и карими навыкате глазами, он то и дело перекидывал золотой брелок в форме человеческого черепа с ключами на длинной цепочке из руки в руку, слегка покашливая, сумрачно поторапливал сменщика: - Вы еще успеете наговориться с Иваном. Пароход опоздал на три часа. Теперь четыре с четвертью. Можем, если не будем шевелиться, попасть в самый трафик.

– Ну и что же?
– улыбнулся Сергей.
– Часом раньше, часом позже. У нас вроде не горит.

– В том то и дело, что горит. Сегодня в семь отвальная. Приглашено пятьдесят человек, народ все известный.

– Сегодня?!

– "Бремен" завтра отправляется в обратный рейс и по распоряжению главного я на нем возвращаюсь.

– Вот это да!
– Сергей с недоумением посмотрел на Нодара, перевел взгляд на Ивана.
– Я думал, мы хоть пару недель вместе поработаем, для меня это было бы очень и очень полезно.