Чтение онлайн

— Марин, я так изголодался, что в семь мы точно никуда не выедем. Ты, я смотрю, собралась, — кивает в сторону коробок. — Это отлично.

Он притягивает меня к себе — просто, естественно, будто это самое логичное движение в мире — и целует прямо в коридоре.

И я снова не могу устоять. Никогда не могла.

Его губы нужны мне, как воздух. Как подтверждение, что я не одна. Как обещание защиты и уверенности в завтрашнем дне.

Они мягкие. Тёплые. С лёгким привкусом коньяка — того самого, который они с Олькой распивали, — но при этом с его собственным ароматом. Ароматом Ильи. Моего мужчины. Моего любимого.

Он целует глубже, языком лаская мой, и я растворяюсь. Руки уже живут своей жизнью — скользят по спине, талии, тянут платье вверх. И если честно… я совсем не против.

Но всё-таки нахожу в себе силы.

Я осторожно, но настойчиво разрываю поцелуй.

— Илья… нам надо поговорить.

Он смотрит на меня затуманенным взглядом, в котором горит живое, тёплое пламя. Кажется, мои слова доходят до него с трудом.

— Поговорим, — хрипло отвечает он. — Обязательно поговорим.

И снова тянется ко мне.

Я улыбаюсь — виновато, немного смущённо — и упираюсь ладонями ему в грудь.

— Подожди… — выдыхаю. — Я хотела обсудить Воронеж. Москву. Мою работу. Нас. Нашу жизнь…

Он прикладывает палец к моим губам, мягко, но уверенно.

— Марина, — говорит тихо. — Конечно, всё обсудим. Завтра. Утром. Всё решим. Обещаю.

Он склоняется ближе, почти касаясь лбом моего лба.

— Девочка моя… я правда так хочу тебя. Я еле сдержался при твоей подруге, когда ты потянулась за чашками, и платье задралось и проступило кружево… Марин, — усмехается, — ну посмотри на меня.

Я опускаю взгляд на его вздыбленную молнию и понимаю, что разговоры сегодня точно подождут.

И, кажется, эта ночь — тоже будет очень долгой.

Илья осторожно похватывает и несёт на кровать. Нависает надо мной и смотрит на мой живот. Легонько проводит по нему рукой и ладонь задерживается на животе — тёплая, бережная. В этом прикосновении столько нежности, что у меня перехватывает дыхание.

Он смотрит так, будто видит меня впервые. Будто я — чудо.

— Какая ты… — выдыхает он, и это звучит почти благоговейно.

Он снова налетает на мои губы. Я тянусь к нему, провожу пальчиками по его щеке, бороде, спускаюсь к шее и впиваюсь пальцами в коротко стриженные волосы на затылке. Чувствую увесистое кольцо и тепло от его тяжести.

Господи, как хорошо.

Его поцелуи медленные, глубокие, лишающие опоры. Я теряюсь в них, растворяюсь, забываю обо всём. Есть только он. Его запах. Его тепло. Я выгибаюсь, прося продолжения… стараясь теснее соприкоснуться с ним…

Илья тотчас же стягивает с меня трусики. И смотрит мне между ног. Его буквально начинает потряхивать от желания. Я знаю, я там вся мокрая. Я чувствую как влага стекает по ягодицам. Я ведь хочу его не меньше.

В его взгляде, который он не отводил от моей промежности, отразилось столько огня. И вот он рванул ремень. Стянул с себя брюки вместе с боксерами. Член словно пружина устремился вверх. Стянул рубашку через голову.

Геракл, мой...

Опустился на локти и шире развёл мои бёдра. Сквозь приопущенные веки вижу, что он сжимает челюсти, контролируя себя. Провёл членом по губкам, смазав моими соками и стал медленно погружаться.

Господи, как в первый раз. Он не спешит. И эта его медлительность сводит с ума. И когда он заполняет полностью, я опять ловлю удивление. Словно забыла какой он большой и не понимаю, что так меня распирает изнутри. Илья замирает и всматривается в моё лицо.

— Всё хорошо? Не больно? Я постараюсь не тревожить нашего малыша.

Я отрицательно мотаю головой и он начинает двигаться. Медленно. Почти нежно. Словно осторожничает. И от этого так невыносимо. Я вижу, чувствую что он сдерживается, контролирует каждое свое движение.

Он бережен — непривычно бережен. И от этого внутри всё сжимается ещё сильнее. Я цепляюсь за него, прошу без слов, и он слышит. Всегда слышит.

И постепенно темп становится более жадным, требовательным. Его яички хлестают меня по ягодицам с влажным звуком.

Одной рукой он болезненно-сладко сжимает грудь. Всматривается с вопросом в лицо. Видит моё молчаливое согласие. А как ещё может быть с ним. Я глохну от своих стонов. И он зарывается лицом мне в шею и ускоряется.

Господи, я сейчас взлечу.

Илья что-то спрашивает, всматривается в моё лицо в ожидании ответа. Но темп не снижает. И я не слышу. Ничего не слышу кроме этого ошеломляющего распирания внутри. И всё… дальше только звёзды.

Я просыпаюсь от щекотки на моём животе. Это Илья его целует и щекочет кожу бородой.

Теперь я точно знаю, что значит фраза “трахаются, как кролики”. Я на себе это испытала.

Кажется, каждый сантиметр моего тела чувствует прикосновение его губ, его ладоней, его языка.

Илья взял меня ещё раз. И ещё. Ночью. На рассвете.

Мир растворился. Осталось только чувство — глубокое, тёплое, настоящее.

Марина

Это было похоже на сон. Я словно на автопилоте доехала до Москвы, не до конца осознавая, как именно километры остались позади. Почти всю дорогу я смотрела на Илью. Он то говорил по телефону — коротко, точно, без лишних слов, — то работал в планшете, пролистывая документы уверенными движениями пальцев. Иногда делал пометки стилусом, иногда просто смотрел, нахмурившись, как будто собирал в голове целую картину из разрозненных деталей.

Я пыталась вникнуть в его разговоры, но быстро поняла — пока для меня это другой язык. Чужой. Большие цифры, сроки, решения, от которых зависит не один человек. И в этом всём — он. Спокойный. Собранный. Надёжный.

Утром, за завтраком, Илья вдруг сказал, будто между прочим, но я уловила в этом заботу:

— Я понимаю, что тебе будет тяжело просто сидеть дома.

Он посмотрел на меня внимательно, будто проверяя, не возражу ли.

— Я хочу, чтобы ты работала. В нашей компании. Какую именно должность — подумаем. Главное, чтобы тебе было интересно и чтобы ты чувствовала, что… в общем ну нравилось тебе .

Я тогда только кивнула, потому что слова застряли где-то внутри. Я правда не хотела растворяться в быту. Не потому что он плох — наоборот. А потому что я — это не только дом и кухня. И он это увидел. Принял. Поддержал. Он чувствовал меня так хорошо, что это даже пугало.

Переезд в другой город. Жизнь с мужчиной. Семья. Ребёнок. Всё это уже было слишком большим, слишком новым. Иногда мне казалось, что я просто не справлюсь. Но Илья… Он утром сжал мои пальцы над столом — крепко, уверенно — и этого хватило, чтобы внутри стало спокойнее. Будто он сказал: я рядом, мы вместе — без слов.