Чтение онлайн

Когда я отключилась, телефон тут же снова ожил. Илья.

— Ты проснулась? — голос спокойный, собранный.

— Да.

— Я звонил уже раз пять.

— Видела, — виновато улыбнулась я, хотя он меня не видел. — Разбирала вещи.

— Хорошо. Не спеши. Я сегодня загружен, но в час смогу вырваться на обед. Подойдёт?

— Да, конечно.

— Тогда я заеду. И… — пауза. — Доброе утро, любимая.

Эта фраза согрела сильнее любого кофе.

День пролетел незаметно. Я нашла свадебного организатора — молодую, уверенную девушку, с которой мы быстро поймали волну. Мы договорились встретиться завтра. И от осознания, что свадьба — это уже не абстракция , а конкретные шаги, сердце стучало быстрее.

К вечеру я решила приготовить ужин. Просто. Без изысков. Хотелось сделать что-то своё. На кухне оказалось всё — до мелочей. Я поймала себя на мысли, что улыбаюсь, помешивая соус, будто делаю это здесь уже давно.

Илья пришёл усталый, но довольный.

— Пахнет домом, — сказал он, снимая пиджак и целуя меня.

За ужином он внимательно смотрел на меня.

— Нашла клинику? — спросил между делом.

Я покачала головой.

— Пока нет. Их слишком много… я растерялась.

Он кивнул, взял телефон.

— Я скину тебе одну. Мне её рекомендовали. Посмотри, не торопясь.

Телефон тут же пискнул входящим сообщением.

Я подняла на него глаза.

— Спасибо.

— Нам важно, чтобы тебе было спокойно, — просто ответил он.

Я поняла: это не просто переезд. Это — начало.

Илья

Я всегда считал себя человеком рациональным. Цифры, сроки, договорённости — всё должно быть понятно и под контролем. Даже эмоции. Особенно эмоции.

Но когда мы зашли в кабинет УЗИ, я вдруг понял — ни черта здесь не контролирую.

Марина лежала на кушетке, чуть напряжённая, с этой своей привычкой сжимать пальцы, когда волнуется. Я взял её за руку сразу — даже не думая, просто потому что так было правильно. Её ладонь была тёплой, немного влажной.

— Всё будет хорошо, — сказал я больше себе, чем ей.

Врач что-то говорила, настраивала аппарат, экран загорелся — сначала просто серые пятна, линии, движение. Я пытался понять , разглядеть, уловить логику картинки, но вдруг врач произнесла:

— Вот сердцебиение.

И в этот момент что-то внутри меня… поехало.

Это был не абстрактный «ребёнок». Не слово, не мысль, не ответственность в будущем времени. Это было сейчас . Маленькое, живое. Моё. Наше.

Я смотрел на монитор и чувствовал, как подступают слёзы. Настоящие, взрослые, совершенно неуместные для мужчины, который привык держать лицо. Я сглотнул, напряг челюсть, глубже вдохнул. Нет. Не сейчас. Не при посторонних. Но рука сама сжала пальцы Марины сильнее.

— Всё хорошо? — тихо спросила она.

Я кивнул. Говорить не смог бы.

— Плод развивается согласно сроку, — продолжала врач. — Сердцебиение отличное. Размеры в норме.

Я вдруг понял, что улыбаюсь. Как дурачок. Так, как не улыбался уже давно.

— Пол хотите узнать? — буднично спросила врач.

Я машинально посмотрел на Марину. Она была уверена, что будет дочь. Я это знал. Она им еня пыталась убедить в этом. Видел по её лицу, по тому, как она уже разговаривала с этим ребёнком — мягко, нежно. Ей хотелось девочку. А мне? Мне хотелось ребёнка. Здорового ребёнка от Марины.

— Да, — сказала она.

Врач повернула монитор чуть иначе.

— У вас будет мальчик.

Я не сразу понял, что Марина замерла. Не испугалась — нет. Скорее… удивилась. Словно внутри неё что-то щёлкнуло и потребовало перестройки.

Я увидел, как она моргнула, как дрогнули губы.

— Сын, — тихо повторил я.

И это слово вдруг стало весомым. Настоящим.

После УЗИ нас проводили к врачу, которая ставила Марину на учёт. Молодая, спокойная, внимательная. Та самая редкая категория специалистов, которым сразу хочется доверять.

— Что беспокоило в первом триместре? — уточнила она, заполняя карту.

Марина неуверенно глянула на меня, а затем кивнула. Сама себе кивнула.

— Лежала пять дней в больнице… с давлением… в Иваново.

Я резко поднял голову.

— Пять дней? — переспросил я, уже не скрывая тона, — когда?

Врач тоже посмотрела на Марину внимательнее.

— Из-за чего был скачок давления? Были причины?

Марина замялась. Я почувствовал это ещё до слов.

— Мне сказали, что со мной разрывают трудовые отношения… — сказала она тихо. — Нервный срыв, видимо.

Я медленно выдохнул.

Вот тут внутри поднялась злость. Холодная, расчётливая. На себя, на неё, на Дениса — на ситуацию. Как я позволил беременной любимой женщине довести себя до больничной койки.

Врач сделала пометку.

— Значит, будем особенно внимательно следить. Дома есть тонометр? — Марина отрицательно покачала головой. — Значит надо приобрести. Назначим стандартный пакет анализов: кровь, моча, гормоны, скрининг. Давление — под контроль. Стресс исключить.

Я усмехнулся краем губ.

— Это я беру на себя.

Врач посмотрела на меня с одобрением.

— Вот и правильно.

Когда мы вышли из кабинета, Марина всё ещё была немного задумчива.

— Ты расстроилась? — спросил я прямо.

Она покачала головой.

— Нет… просто не ожидала.

Я остановился, развернул её к себе.

— Сын — это хорошо, Марин. Очень хорошо. Но главное — что он есть. И он наш.

Она улыбнулась. Понимаю, ей надо осознать. Привыкнуть к новой мысли.

Я снова взял её за руку — теперь особенно нежно. Ведь Марина — моя жизнь. И я за неё отвечаю.

Марина

Прошло два месяца с момента нашего переезда в Москву. Два месяца — как один длинный, насыщенный вдох, в котором было всё: тревога, восторг, усталость, новые люди, новые стены и ощущение, что назад дороги уже нет.

Илья хотел быстрее. Очень хотел. Но мы не успели — со свадебным организатором, с площадкой, с платьем. А я не могла иначе. Всё-таки это моя первая… и, я верю, единственная свадьба. Я хотела быть на ней собой . Такой, какой чувствую себя изнутри, а не просто «красивой невестой».