Чтение онлайн

— Я слыхал про пожар, Джоди, — сочувственным тоном начал он. — Примите мои сожаления. Насколько я понял, это был поджог. Есть какие-нибудь предположения, кто мог это сделать?

Джоди села.

— Насколько мне известно, нет, — сказала она, не собираясь объяснять, что она сама и есть главный подозреваемый. Наверняка об этом уже шепчутся по всему городу, не хватало еще ей участвовать в распространении слухов! — Дом был застрахован, но получить страховку будет сложно, пока точно не установят, что там случилось и почему. Как вы считаете, может из-за этого застопориться продажа участка?

Фарли в задумчивости потер подбородок.

— Не думаю. Дома больше нет. Развалины надо будет расчистить, и, увы, придется значительно снизить цену.

— Да, я понимаю. Это не имеет значения. Я просто хочу выставить участок на продажу и вернуться домой в Цинциннати. Я ведь вам здесь не нужна, верно?

Он, казалось, удивился, но быстро взял себя в руки.

— Нет, не нужны. Я пришлю вам бумаги на подпись. Когда уезжаете?

— Через пару дней, надеюсь. Сколько примерно может стоить участок?

— Сейчас сказать не могу. Надо посмотреть, что там осталось.

— От дома ничего не осталось, — пожала плечами Джоди, полагая, что переоценка не займет много времени. — Куча мусора, не больше, и даже кусты вокруг сгорели. Правда, Шон говорит, что некоторые деревья удастся спасти.

— Я как раз туда собираюсь, — сказал Фарли. — Хотите со мной? Если сойдемся в цене, можно будет прямо сегодня составить и подписать контракт.

У Джоди упало сердце. Радости не было. Напротив. Легко сказать: «Уеду из Коппер-Каньона», но теперь, когда все хлопоты позади, придется и в самом деле уезжать…

А что ее, собственно, держит? Отношения с Рику? Но если ее чувство к Рику — любовь, то не нужно ей этого. От любви люди становятся счастливыми, а не печальными, как она. Исполненными надежд, а не отчаявшимися. Доверчивыми, а не измученными сомнениями.

— Джоди? — окликнул Фарли, прервав ее размышления.

— Ах да, простите. Конечно, я поеду с вами.

Он улыбнулся, но, вставая, поморщился, да и двигался он медленней обычного, оберегая свой правый бок.

— Поедем в моей машине? — предложил он. — Все равно придется сюда возвращаться.

— Охотно, — согласилась Джоди, вставая. Она вдруг заметила, что на Фарли очень просторный свитер, а не пиджак, как обычно. Раньше ей не приходилось видеть его в конторе в столь некорректной одежде.

Примерно с час они бродили по пожарищу, а когда вернулись в офис, Фарли, постучав по кнопкам калькулятора, назвал ей цену, которую она нашла явно заниженной и предложила свою.

— Джоди, вы нереально смотрите на вещи, — устало сказал Фарли. — Вы не могли не заметить, что этот район не пользуется спросом. — Он снова взял калькулятор, снова что-то подсчитал и посмотрел на нее. — Послушайте, что я вам скажу. Я сам куплю эту землю за предлагаемую мною сумму в том состоянии, в каком она сейчас находится, и сам заплачу за расчистку. Таким образом, вы можете ехать домой в полной уверенности; что дела по наследству устроены, а я займусь вашим участком и попытаюсь его хоть как-нибудь перепродать.

Джоди была слишком измучена, чтобы спорить. Покончить с делами — вот все, что ей нужно.

— Хорошо, — расстроенно сказала она. — Составляйте контракт, я его подпишу.

К Макбрайдам Джоди попала, когда Шон и Дороти заканчивали обед, но хозяйка тут же поставила прибор и для нее. Джоди едва не плакала. Ей будет так не хватать этих чудесных людей! Так же, как их противного сына. Но об этом лучше не думать.

Она рассказала о своей встрече с Финчем. Оба, и Шон, и Дороти, были неприятно удивлены и высказали сомнения, правильно ли она поступила.

— Бесполезно жалеть об этом, — сказала Джоди, — мне и впрямь пора в Цинциннати. Там у меня работа, которую я люблю, которую не хочу потерять… Пожалуй, послезавтра уеду.

Дороти накрыла ладонью лежащую на столе руку Джоди.

— Мы говорим так из эгоизма, милая. Мы будем скучать по тебе.

Тут уж Джоди не удержалась от слез.

— И я буду скучать. Жалко, что нельзя забрать вас с собой.

— А нам жалко, что мы не можем тебя здесь оставить, — отозвалась Дороти. — А Рик знает, что ты уезжаешь?

Она грустно покачала головой.

— Нет, ему это безразлично.

— Я так не думаю, — возразил Шон.

Джоди ничего не ответила, поблагодарила хозяев и поднялась к себе вздремнуть. Она не спала толком три последние ночи. Стоило закрыть глаза, как вспоминался поцелуй и все с ним связанное. Но теперь тот всплеск страсти лишь мучил ее, не принося никакой радости. Сможет ли она когда-нибудь испытать это с другим мужчиной?

Она скинула туфли, брюки и блузку, завернулась в свой теплый халат и легла на постель.

Проснулась Джоди через два часа. Ей было гораздо лучше, теперь она вполне способна справиться с фактом, что деваться некуда, нужно укладывать вещи. Уехать отсюда будет трудно, но, может быть, долгая дорога домой поможет собраться с мыслями, настроиться на встречу с друзьями, преодолеть горечь расставания с семейством Макбрайдов.

Она переоделась в джинсы и серый свитер, собрала одежду, требующую стирки, и отнесла в подвальный этаж. Спускаясь, Джоди заметила, что, похоже, в доме она одна. Видимо, Шон и Дороти куда-то уехали.

Джоди включила стиральную машину и услышала, что наверху звонит телефон. Взлетев по лестнице, схватила трубку.

— Алло! — запыхавшись, крикнула она.

На том конце помолчали, а потом мужской голос произнес:

— Джоди, это Рик.

Предательское сердце забилось сильнее, и в мечтах она снова оказалась в его объятиях. Рассердилась на себя, прогнала мечты и глубоко вздохнула:

— Да, Рик?

Он откашлялся:

— Как ты?

Черт побери, как я, по-твоему?Боль подсказала ей эти слова, но гордость не позволила им слететь с языка.

— Очень хорошо, спасибо, — сухо ответила она. — А ты как?

Почему бы ему не перейти к делу? В какие игры он с ней играет? В конце концов, сам целовал ее, горя страстью, а теперь делает вид, будто этого не было. Неужели он из тех, кто соблазняет женщин, чтобы посмотреть, как далеко они могут зайти?

Нет, она никогда не поверит, что он такой негодяй!

— Тоже хорошо, спасибо, — не сразу ответил он.

Разговор явно зашел в тупик, и Джоди уже собралась повесить трубку, когда Рик снова заговорил: