Подопытный №1030
Шрифт:
Включив связь, позвал своего оператора:
– Аризона?
«Да, Феникс», - отозвался голос в правом ухе.
– Я на месте. Но машина не на ходу. Десять тридцать хорошо поработал над ней, - сообщил, заглянув в салон джипа.
«Поняла. Ожидай следующего приказа», - произнёс оператор и замолк.
Я осмотрел машину, обнаружил пропажу бутылки с водой, в которую был добавлен новый препарат, способный снимать почти все негативные воздействия внешних факторов: ожоги, порезы, яды. Это навело на мысль, что похищенный подопытный представляет большую угрозу, чем мне показалось на первый взгляд.
«Феникс, твой приказ: следовать за десять тридцать. Как найдёшь, выходи на связь для получения следующего приказа», - сообщила Аризона.
– Принято, только можешь сделать мне одолжение?
«Какое?» - женский голос прозвучал удивлённо и настороженно.
– Запроси информацию о подопытном.
«Это секретная информация», - тут же выпалила Аризона.
– Знаю, но если корпорация желает вернуть свою «игрушку», я должен знать, что от него ожидать.
Повисла тишина, и только тихий треск из наушника говорил, что оператор еще на связи.
«Я тебя поняла. Сделаю, что смогу», - с тяжёлым вздохом произнесла Аризона.
Я снова ушёл в радиомолчание в соответствии с протоколом. Из тайника в багажнике я достал запасной нож и пистолет. С заднего сиденья взял свою куртку на случай, если застряну в этом лесу на ночь.
По обе стороны от асфальтовой дороги, на обочине которой был брошен джип, возвышались деревья. Чтобы определиться с направлением, я глубоко и часто задышал. Водя носом из стороны в сторону, пытался понять откуда гарью пахнет сильнее. Если десять тридцать не догадается избавиться от запаха, который распространяет его балласт, то найти их не составит труда.
Улыбнувшись своим мыслям, я зашагал по яркому следу, который уловил мой нос.
Знакомьтесь, Феникс:
САЛЛИ
Совсем короткая передышка. Мой необычный спаситель спросил моё имя, а своё в ответ не смог назвать. Не совсем всё-таки он очухался после лопаты. Или не в лопате дело? В общем, предложила старое доброе «Бруно», и тот согласился, чтобы я звала его этим именем.
Возможности, чтобы обсохнуть, не было, поэтому сняв с себя мокрую кофту с футболкой, надела предоставленную Бруно куртку, которую он умыкнул из дома моего отца. Мокрые джинсы и хлюпающие кроссовки не давали покоя, навевая малоприятные перспективы заболеть и слечь с высокой температурой. Но Бруно упорно тянул меня вперед, напоминая, что сейчас у нас нет времени на длительные остановки.
Мрак начал рассеиваться, но я продолжала спотыкаться, уже от усталости. Мысли о тёплом питье и пледе грели душу. Я обманывала себя, уверяя, что в конце пути меня ждет именно это.
Наконец, Бруно остановился и объявил о привале. Он занялся установкой палатки, а я избавилась от остатков мокрой одежды, оставшись в одной куртке на голое тело. И это меня ни капли не смущало, я достаточно долго терпела это неудобство, чтобы стесняться в одном шаге от тяжёлой простуды или чего похуже. Мокрые вещи старательно отжала и разложила на траве, прикинув, куда будет светить лениво ползущее между деревьев солнце. И приняла меры, чтобы ничего не унесло случайно ветром, если тот вдруг поднимется. С обувью было сложнее. Бруно запретил думать о костре, поэтому я уже настраивала себя на то, что кроссовки еще долго будут сырыми. Но я, как смогла, выжала из них воду и оставила на прогалине ожидать восходящее на небосводе солнце.
Долго слоняться босиком мне не дали — Бруно закончил с установкой палатки и велел лезть внутрь. Я пошла первой, не беспокоясь, что мужчина увидит больше необходимого, потому что куртка прикрывала меня до самых коленок. А с его ракурса, стоя во весь свой рост у самой палатки, мои шансы сверкнуть наготой перед мужчиной стремились к нулю.
Устроившись под защитой тонкой материи, мы приступили к завтраку. Это был первый раз, когда я без сопротивления ела припасённые консервы из охотничьего домика. Бруно ножом вскрыл две банки, одну протянул мне, вручив честно украденную ложку, а сам стал поглощать свою порцию с помощью ножа.
Белёсое месиво с темными прожилками удалось определить как картошку с мясом, но в таком формате, в котором я никогда не ела. Несколько раз пришлось взять себя в руки и сцепить зубы, чтобы не выплюнуть застывшие комки жира, мастерски спрятавшиеся в холодном пюре. Съев две трети, отставила банку в сторону, и потянулась за бутылкой воды, чтобы смыть неприятный привкус и пропихнуть вставшую комом еду дальше.
– Будешь доедать?
– тут же поинтересовался Бруно, с лёгкостью прикончивший свою порцию.
– Нет.
– И скривила губы от нахлынувшего воспоминания о вкусе только что съеденной еды.
Его глаза загорелись как у мальчишки, которому предложили его самое любимое лакомство. Пока Бруно старательно выскрёбывал ложкой питательную массу из жестянки, я отползла вглубь палатки и, накрывшись единственным спальником, легла калачиком, уже давно мечтая отогреться.
Бруно еще какое-то время провозился в палатке, потом куда-то ушёл. А я задремала, накрывшись с головой. Твёрдая земля не помогала расслабиться. Не привыкла я к таким спартанским условиям. С отцом, когда ходили в поход, мы всегда брали с собой пенку, а иногда и надувной матрац. Но сейчас жаловаться было бессмысленно. Можно лишь порадоваться, что я жива и пока что здорова. А перетерпеть некоторые неудобства по пути к цивилизации можно, если только Бруно не планирует стать отшельником и настоящим дикарём, чтобы скрыться от корпорации.
Из дрёмы меня выдернул холодный воздух, просочившийся под одеяло, которым стал спальник. Я недовольно промычала, вытягиваясь в длину, чтобы поместиться под тёплым укрытием с присоединившемся ко мне Бруно. Устроившись рядом со мной, он замер и, кажется, мгновенно заснул.
Подумав, что можно рискнуть и использовать его, чтобы согреться, я плотнее придвинулась к спокойно лежащему рядом со мной мужчине. Осторожно положила руку на его мерно вздымающуюся грудь, явственно ощущая какой-же он тёплый. А если пробраться под его кофту, будет еще теплее! Подумав так, направила ладонь в медленное путешествие вниз. Достигнув низа живота, пробралась под край кофты. Я с блаженством выдохнула, ощущая жар его кожи. А вот моя ладонь показалась ледяной на этом фоне, но главное, Бруно не подал виду, что его это как-то побеспокоило.
Так и подмывало залезть на эту живую грелку и свернуться калачиком на его груди. Но такое ни с каждым знакомым мужчиной можно провернуть, а тут у нас экземпляр с маркировкой «не все дома».
– Убери, - услышала я в подтверждение своих мыслей.
Отдёрнула руку, не без испуга взглянув на мужчину. Он открыл глаза и повернул голову в мою сторону. У меня перехватило дыхание от ощущения, что меня сейчас прибьют, но о побеге не подумала из-за взгляда, который затягивал и парализовал.