Подопытный №1030
Шрифт:
Погрустив со стариками, мы позавтракали и принялись за сборы. Салли общалась с Лари и Марджори. Я слышал, как она отказывалась от их помощи, но в итоге старики отвезли нас на автобусную станцию и купили билеты до Хермистона, вручив в дорогу упаковку с сэндвичами и бутылку воды. Убедившись, что мы благополучно сели на автобус, Лари с Марджори уехали. Их жизнь возвращалась в обычное русло: дом, работа, проблемный сын.
Выйдя в Хермистоне и сориентировавшись, мы направились к шоссе в сторону Кеневика. Там, поймав машину, по уже отработанной схеме, быстро добрались до города, где у Салли жила родственница. Пришлось потратить время, чтобы найти агентство, но яркая вывеска с улыбающейся блондинкой в летах подсказала точные координаты.
– Агенты по недвижимости любят быть на виду, но нам это не помешает. Мы же быстренько, только деньгами разживёмся и дальше двинемся, - успокоила Салли, заметив моё недоверие.
Агентство «Солнечный кипарис» расположилось в центре Кеневика, но в маленьком проулке, что меня натолкнуло на мысли о тяжёлых днях в сфере недвижимости.
Просторное помещение было заставлено столами, и только за одним из них сидела женщина, на нашу удачу — та улыбчивая дама с рекламного баннера. Салли направилась к ней.
– Тётя Ирма, привет!
– Ой, Салли. Привет... Привет, - растерялась блондинка, вскакивая со своего места.
Женщины обменялись поцелуями в щёку.
– Что ты тут делаешь? Опять с отцом поругалась? Из колледжа отчислили?
– забеспокоилась тётя Ирма.
– Нет. С отцом я не могу поругаться, для этого с ним надо разговаривать.
– Салли, может пора уже перестать дуться. Он всё-таки твой отец.
– Ирма, я не хочу об этом говорить, - процедила сквозь зубы Салли, а её тётя заметила меня.
– А вы?..
– Вместе с Салли, - сказал, чтобы меня не попытались взять в оборот как обычного клиента.
- Это Бруно, - представила Салли.
– А это моя тётя Ирма.
– Ну, Салли, я устала тебя просить звать меня просто «Ирма».
– Женщина жеманно поправила свою короткую стрижку и оправила пиджак на пышной груди. Тётя была ниже и шире Салли, с круглым лицом, но обворожительной улыбкой. В целом, женщина радовала глаз своим стилем и ухоженным видом.
– Ирма, в общем, мы здесь не просто так, - приступила к главному Салли.
– Мне надо спрятаться на время от отца.
– Что? Почему? Что случилось?
– перепугалась женщина, взмахнув руками.
– Тут такое дело, - Салли потупила взор и затеребила край футболки.
– Мы с Бруно случайно сожгли охотничий домик отца.
– Что? Как?
– Нам было холодно. Мы включили обогреватель, а потом вышли прогуляться, забыв его выключить. В общем, всё сгорело... Остался только погреб. Отец меня прибьёт, поэтому хочу переждать разгар бури подальше от него. Дом-то ему важнее единственной дочери, - насупившись проговорила она.
Опять сочиняет. Но я бы тоже поверил в эту историю, несмотря на то что не знаю отца Салли. А Ирма, не вдаваясь в подробности, охотно подыскала нам домик на отшибе Кеневика, снабдила едой и деньгами на первое время.
Мы остались одни, и Салли принялась рассматривать дом. Я шёл за ней как привязанный. Но с домом надо было ознакомиться. И с прилегающей территорией тоже. Машины у нас по-прежнему нет, поэтому придётся уходить отсюда, в крайнем случае, своим ходом.
Салли вертелась передо мной и наклонялась, призывно отпячивая зад, якобы внимательно разглядывая каждый уголок комнат и шкафов. Меня настораживал и напрягал её звонкий смех, раздававшийся каждый раз, когда она «неловко» натыкалась на меня отступая или резко останавливаясь посреди прохода. Настораживал тем, что я видел, чего она хочет. И напрягал, потому что мои мысли стали съезжать с серьёзной темы — опасности, таившейся где-то там, в большом мире. Подумал, что надо бы разжиться бельём: сложно было скрыть проснувшийся член, оправляя топорщащиеся штаны.
– О, какая спальня!
– восхищённо воскликнула Салли, плюхнувшись на край широкой кровати.
– Большая, можно будет спать вдвоём и не заметить этого, - подметила она, поглаживая ладонями шёлковое покрывало.
Игривый настрой Салли набирал обороты, как и мои мысли выебать её, чтобы успокоилась и не мешала сосредоточиться на более важных вещах.
Я подошёл к кровати, наклонился, чтобы взять её руку. Выпрямился и приложил горячую ладошку Салли к паху.
– Прям так?
– спросила она, сжав мой член через штаны.
– Ты же этого хотела.
№846/ Феникс
Дом, который я сжёг, принадлежал по документам Эдварду Джей Эвансу. У него была одна единственная дочь — Саломея Арья Эванс, студентка факультета журналистики в Центральном колледже Сиэтла. Программа поиска по лицам прошерстила социальные сети и выдала двадцать три предполагаемых подельников Саломеи, или как она называет себя в сети — Салли.
Солт был на месте, где бросили угнанный из порта грузовик. Он должен был обойти территорию колледжа, ориентируясь полученной информацией: имена и лица подозреваемых, расписание занятий, на которых тех можно было найти, и запах того, кто контактировал с угонщицей. Нам пришлось подгадать время до начала каждого урока, чтобы не привлекать внимание к постороннему человеку на самих занятиях. Необходимо было как можно меньше мозолить глаза большому количеству людей и следить, чтобы никто из студентов не снял наши лица на камеру. Операторы потом прочешут сеть и подчистят за нами, но не стоило прибавлять им работы.
Пока Солт обходил колледж, я сидел в машине. С моим лицом за студента сойти не выйдет, да и внешность у меня выделяющаяся. Сейчас «чёрным» проще слиться с толпой, чем американскому индейцу. И никакая кепка не поможет скрыть мою этническую особенность.
«Феникс, - раздалось у меня в ухе.
– Я всех проверил, кроме одного».
– Кого?
– спросил, открывая в планшете список подозреваемых.
«Клайв Грин. Они с той девушкой на одном потоке. И я тут порасспрашивал, их последний раз видели в пятницу на той недели. Я думаю, что ловить нам здесь больше нечего, надо сделать запрос на парня и заглянуть к нему в гости».