Чтение онлайн

— Что-то было, — слышу голос парня. — Иди пока вперёд, я забыл телефон в машине. Щас догоню.

— Угу.

Я не оборачиваюсь, потому что знаю, если сделаю это, то совсем расклеюсь. Оставив на улице Мишу, я скрываюсь в подъезде.

Кто мы друг для друга? Кто мы, чтобы судить поступки? Просто кто мы?

Соня.

Я иду медленно по засыпающему городу, совершенно не горя желанием возвращаться в общагу, и тоскливо скольжу взглядом по когда-то таким родным и знакомым местам. От воспоминаний пробирает дрожь: я думаю о Егоре и о том, как мы когда-то давно бродили по этим местам, смеялись и обнимали друг друга. Здесь недалеко был зал, в котором занимался парень. Интересно, он ещё открыт? И как там пожимают родители Шторма? Наверное, ненавидят меня за то, что я испортила жизнь их сыну, который мог бы стать замечательным боксёром, если бы не травма.

Пахнет дымом и затхлостью. Пахнет клеткой, сжимающей загнивающие внутренности, которые пробыли на солнце несколько дней и в которых уже копошатся опарыши. Пахнет…

Я вспоминаю сестру. Я не хотела с ней пересекаться, потому что боялась. Чего? Не знаю. Я уже не ребёнок, чтобы просить прощение и говорить, что я больше так не буду. Слишком сложно извиняться, когда сделал кому-то больно.

Что мне делать? Мне нужно направление, какой-нибудь указатель, знак. Хоть что-нибудь. Зачем я вообще сюда приехала? Потому что меня выгнала тётя и мне некуда было идти? Но и сейчас я в такой же ситуации. У меня заканчиваются деньги, и общага — это единственное место, где я могу переночевать.

Чувствую себя такой потерянной…

Я поднимаю голову, отрывая взгляд от асфальта под ногами, и смотрю на здание общежития. Комендантский час в 23:00, а сейчас уже за полночь. Все двери заперты, и я понятия не имею, как мне пробраться внутрь. А хочу ли я?

Останавливаюсь, пряча руки в карманах джинс, и вздыхаю. Замечаю одинокую фигуру на стоянке, которая сидит на заборчике, где я сидела незадолго до того, как меня схватила полиция. Вижу, как мелькает огонёк сигареты, и едкое желание закурить одолевает меня. Сигарет, конечно же, у меня нет. Последнюю я выкурила несколько часов назад.

Направляюсь к одинокой фигуре, пытаясь разглядеть, кто это. Свет фонаря не достигает незнакомца, и трудно определить, знаю ли я его или же нет. Одно могу сказать точно: это парень. Надеюсь, он согласится угостить меня сигаретой.

Я подхожу ближе, замечая на земле у его ног рюкзак и чехол для гитары, сразу же вспоминая того страйкболиста, который подарил мне зажигалку. Хм… Какое совпадение.

— Угостишь? — спрашиваю я, когда до Андрея остаётся метров пять.

Парень смотрит в мою сторону из-под козырька кепки и затягивается, словно издеваясь надо мной.

— Без проблем, — бросает он, доставая из кармана пачку. — Чего не в общаге?

Я подхожу ближе и принимаю пачку, доставая две сигареты. Одну зажимаю губами, а вторую прячу за ухо. Вынимаю из кармана зажигалку и прикуриваю, облегчённо вздыхая.

— Копы поймали, — я бросаю взгляд на свой байк, припаркованный чуть в стороне. — А потом не хотелось возвращаться. А ты?

Отдаю пачку обратно.

— На тренировке был, — пожимает плечом. — Друзья задержались, поэтому проторчали там дофига. Хотя я изначально знал, что не успею. Так что… Сам виноват.

— М, — делаю вид, что мне не всё равно, но у меня плохо получается.

Я облокачиваюсь спиной на заборчик и затягиваюсь, поднимая голову вверх и смотря на редкие звёзды. Тьма кружит голову, дым растворяется в воздухе, словно медленно умирая, тишина давит со всех сторон. Спать совершенно не хочется из-за давящего чувства в груди. И почему мне так больно?

— Весело, да? — бормочет Андрей.

— Ага. Безумно…

Егор.

Я захожу в подъезд своего дома и неохотно поднимаюсь на нужный этаж по старым потрёпанным ступеням. Останавливаюсь возле двери своей квартиры, долго ищу ключи в карманах, думаю о сегодняшнем проигрыше. Почему проигрыше? Потому что из-за своей импульсивности я теперь должен пятьсот штук и двадцать процентов от них, и прислуживать Арчи я совершенно не горю желанием. Чем больше я буду находиться рядом с ним, тем сильнее увязну во всём этом дерьме.

Я вздыхаю и откидываю голову назад, устало смотря в потолок. Задумчиво хмурюсь, вспоминая Розину, и тошное чувство потери сжимает моё горло. Я тихо скулю и ударяюсь два раза лбом о дверь. Снова ищу ключи, но только через несколько минут понимаю, что это бесполезно. Я ушёл из клуба без футболки в одних спортивках, а все вещи, скорее всего, остались в административном помещении, где и всегда. Ключи тоже. И как мне тогда попасть домой? Чёрт… Придётся возвращаться. Да и машина тоже там осталась, я ведь пешком через город тащился…

— Егор? — я не замечаю, как позади меня открывается дверь. — Ты чего тут?

Я оборачиваюсь и смотрю на Кристину, которая выглядывает из-за своей двери. Ах, да. Я же выгнал её бойфренда. Опять… Она что, караулила меня?

— Ключи забыл на работе, — безразлично бросаю я, пряча руки в карманах.

Она осматривает меня.

— Замёрз, наверное? — бормочет Крис, чуть шире открывая дверь. — Можешь у меня переночевать. Поздно же уже.

Я пожимаю плечом. Каждый раз, когда девушка зовёт меня к себе, всё заканчивается сексом. А у меня сейчас нет никакого настроения даже разговаривать с кем-то. Я снова думаю о Розиной и мысленно кривлюсь.

— Ага, — соглашаюсь я. — Есть что похавать?

Подхожу к двери — Крис отступает в сторону, пропуская меня. Она в домашних шортиках и в майке, у неё упругая задница и небольшая грудь, а ещё ноги чуть колесом.

— Конечно, — оживляется девушка. — С ужина осталось мясо с картошкой. И рыба есть. Если хочешь, могу ещё что-нибудь приготовить.

— Не, — я захожу в квартиру, прикрывая дверь. — И это сойдёт.

Стаскиваю ботинки, останавливаясь возле зеркала, и смотрю на своё отражение. В кого я превратился? Если бы несколько лет назад мне показали сегодняшнюю фотографию, я бы ни за что не поверил, что это именно я.

Ну… Хоть поем. Крис всегда неплохо готовит. Но… Еда не решит моих проблем. Их вообще уже ничего не сможет решить…

Матвей.

Я прихожу в себя только через несколько часов. Голова раскалывается ещё больше, чем обычно, и дикое желание снова покурить начинает уничтожать меня. Тошнота пронзает желудок, и я шумно вздыхаю. Я сижу на диване в незнакомой квартире какой-то девчонки, которой недавно принёс посылку от Лёши. Тело ломит — я поднимаюсь на ноги, пытаясь избавиться от головокружения, и замираю, потому что в глазах темнеет.

Хочется пить, а ещё есть. Дико хочется есть.

— Проснулся? — тянет девчонка, замечая меня в дверях комнаты.

Она сидит на кухне и пьёт, наверное, чай. Тихо работает телевизор, но его звуки всё равно разрывают меня. Я прислоняюсь плечом к косяку и вздыхаю.

— Уходишь или остаёшься? — интересуется хозяйка. — Можешь переночевать, если хочешь. Но тебе ещё за деньгами в бар пилить, так что сам решай.

Я вспоминаю, что да, я должен был вернуться обратно, чтобы получить мои три сотни и сказать моему новому начальнику, что работа сделана.