Чтение онлайн

— Чен, твою мать! Ты куда запропастился? Ты взял щенка? — Голос Стрельцова вызвал в Громове волну ненависти. Он ответит за всё!

— Твой ублюдочный поджопник передаёт тебе горячий привет из ада! А ты жди меня! — громко и членораздельно сказал в трубку Стас.

— О, чей голос я слышу! — даже очень обрадовался Василий. — Жду тебя, мой ненаглядный, на своей даче.

Стас ничего не сказал в ответ. Бросил телефон под ноги и безжалостно раздавил его толстой подошвой спецназовского ботинка.

К моменту возвращения Громова, Светлана более или менее пришла в себя. Она хотела что-то сказать Стасу, но он опять оборвал её.

— Не говори ничего. Возьми ребёнка. Накинь на него куртку и сама оденься. Стас усадил на её колени безмолвное дитя, положил рядышком вещи, захлопнул заднюю дверцу, обошёл машину спереди и сел за руль. Автомат пристроил между передними креслами. «Девяносто девятая» завелась без каприз. Отъехав на безопасное расстояние, остановил машину, и устало сложил голову на руль. Вызов брошен. Он должен ехать на последнюю в своей жизни разборку. Но рисковать жизнями двух дорогих ему людей он не имеет никакого права. Их нужно оградить от опасности. Но куда, куда их отвезти? В какое место спрятать? От мыслей отвлёк голос Светланы.

— Стас, это твой сын? — спросила она.

— Да, — не оборачиваясь, ответил он.

В их разговор вмешался отдалённый рёв тепловозного клаксона.

— Света, у тебя есть родственники или близкие друзья? — трогая машину с места, поинтересовался Стас.

— Здесь у меня никого нет. И вообще, есть только дальняя родственница в Южно-Уральском регионе…

Вопрос был решён. «Девяносто девятая», лихо, развернувшись, дала по газам в сторону железнодорожного вокзала.

В кабинет Василия ввалился запыхавшийся и облепленный грязью Кеша. Он прямо искрился от лютой ненависти.

— Скотина! Выблядок поганый! — медведем-шатуном ревел он. — Замочу, скотина!

— Кто? Кого? — Стрельцов едва не рухнул со своего кресла, здорово обескураженный вольготным поведением обыкновенного быка.

— Бригадир, это я не тебе, — перестав дрыгать конечностями, вовремя опомнился Иннокентий.

— Ещё бы мне! — хмыкнул Стрельцов. — Ты откуда такой нарисовался?

Кешу мучила жажда. Облизывая сухие губы, он пожирал глазами графин с водой на столе Василия. Стрельцов догадался о желании Глаголина и позволил ему испить водицы. Осушив полграфина прямо из горлышка, Иннокентий успокоился и очень красочно описал шефу совсем свежий эпизод из своей личной жизни.

— Сдаётся мне, что это и был Громов, переодетый в мента, — в концовке резюмировал он.

— Очень даже может быть, — согласился Василий. — Узнаем от него самого. Чуть позже.

— Не понял? — нахмурился Кеша.

— И не надо тебе ничего понимать. Иди, приведи себя в порядок. Позову, если понадобишься.

Отослав Кешу, Василий по рации связался с охраной на всех имеющихся на даче постах и распорядился препроводить гостя к нему в кабинет. Без оружия, естественно. И желательно без мордобоя. Имел Василий страстное желание напоследок пообщаться со своим заклятым врагом.

Вокзал жил своей обычной жизнью. Приходили и уходили поезда, оживлялся и вновь засыпал перрон. Стас, Светлана и Андрей попали в «мёртвый час» — время, когда до ближайшего поезда ещё далеко, и на всех сотрудников вокзала и пассажиров нападает дрёма. Всем всё по барабану. Стражей порядка из линейного отдела не видно вообще. Залили за воротник и дрыхнут себе в комнате милиции. Диспетчер зашторил своё окошечко и тоже потчует в обнимку с микрофоном. Пассажиры, всё равно, что предметы интерьера, путеобходчики в здание вокзала не заходят. Коммерческие киоски закрыты «на санитарный час». Кассиры становятся менее злыми и раздражительными, а главное, почему-то, чрезмерно доверчивыми. Днём бы Екатерина Семёновна Белкина, дежурный кассир, не на грош не поверила бы молодому человеку в камуфляжном милицейском комбинезоне с очень уставшим лицом, вещающему её печальную историю женщины с ребёнком, которая приехала в гости к родственникам, а их не оказалось дома, вследствие чего они оказались на улице и стали жертвами разбоя…

— … Пострадавшие обратились в наше отделение милиции, — продолжал сочинять «милиционер». — Мы во всём разобрались, преступников задержали. А вот женщине и её ребёнку необходимо уехать домой. Сложность в том, что преступники выбросили сумочку с документами, и найти её не удалось. Как бы её отправить?

Днём бы Белкина затребовала подтверждение в ГУВД, но на дворе стояла ночь, и Екатерина Семёновна хотела спать. Потому, даже милицейское удостоверение у милиционера не попросила предъявить.

— Деньги-то есть? — вот что она спросила.

— Есть, — кивнул Стас.

— Куда им ехать, и как их фамилии?

— Сейчас всё уточню. — Громов отошёл от окошечка и присоединился к «жертвам уличного разбоя», ожидающим на жёстких скамьях.

— Мне нужна твоя фамилия и город, до которого тебе нужно добраться, обратился он к Светлане.

— Стас, ты хочешь, чтобы я уехала вместе с твоим сыном? — вместо ответа спросила девушка.

— Да. И это не обсуждается. Так фамилия и город?

Светлана назвала всё, о чём просил Стас. Громов вернулся к окошечку билетной кассы, и всё передал Белкиной. Расплатившись деньгами желтокожего, попросил кассира ещё об одной маленькой услуге.

— Вы уж посодействуйте по своим каналам, чтобы их не особо беспокоили в дороге. Им и так порядком досталось. Я бы сам, но время поджимает.

— Хорошо. Я об этом позабочусь, — пообещала Екатерина Семёновна и зашторила окошечко.

Стас подсел к Светлане и погладил по голове уснувшего на её руках сына. Потом передал девушке билеты и деньги.

— В дороге вас не тронут, но старайтесь всё-таки не попадаться на глаза милиции, — вполголоса говорил он. — Денег достаточно. Вам хватит…

— Стас, а когда ты к нам приедешь? — перебила его Светлана.

— Куда? — механически спросил Громов.

— В маковку. Это… — и она взахлёб начала объяснять, как добраться до её родного села.

Стас слушал, и эта информация откладывалась где-то в подсознании. Независимо от его желания. А сможет ли он воспользоваться этой информацией? Пригодится ли она ему? Скорее всего, нет… Мёртвые в земные путешествия не отправляются…

— Ты всё запомнил? — строго взглянула на него Светлана.

— Да, — качнул головой Стас.

Девушка уронила голову на его плечо Стаса и еле слышно прошептала:

— Я люблю тебя.

Признаться в том же Стас просто не мог. Он размякнет, а во вражеский стан нужно идти с холодным сердцем.

— Береги сына, — лишь сказал он и, резко поднявшись, не оборачиваясь, зашагал прочь.

Стас знал, где располагается дача Стрельцова. В километре от неё остановил машину и вышел наружу. Циклон, обосновавшийся здесь ещё с начала сентября, и не думал отступать. По-прежнему дул холодный, пробирающий до самых костей ветер, по-прежнему из громоздящихся над самой головой туч, заполнивших, кажется, всё небесное пространство, сыпались все известные виды осадков. И без того тёмная осенняя ночь, была чернее, чёрного. Природа параллельно с человечеством сходила с ума…