Чтение онлайн

– Я думал о том, что здесь произошло, – сказал он. Хотя он не мог проникнуть в мысли Йим, но заметил, что она стала напряженнее. – За все время моих путешествий я ни разу не встречал никого, похожего на того человека в замке. Наверняка он обладал неестественными способностями. Ты что-нибудь узнала о нем до того, как я его убил?

– Нет, учитель. Я спала с того момента, как он застал меня здесь врасплох, пока вы не спасли меня.

– Спал?

– Это было похоже на сон, только с ужасными сновидениями. Я бы предпочла не думать об этом.

– Мне и самому снились странные сны после того, как я обезглавил его. Я рад, что ты пришла меня разбудить.

Хонус увидел, как Йим расслабился. В его голове снова возникла мысль о том, чтобы встретиться с ней лицом к лицу. Но зачем? Она не скажет правду. По крайней мере, так она не сможет держать меня в долгу.

***

Эдмун ехал под тем же голубым небом, что и Йим и Хонус, но, в отличие от них, его сердце было спокойно, а все мысли – радостны. Его стареющий отец уже сбавил обороты, и Эдмун взял на себя многие обязанности графа. После обеда ему предстояло выполнить приятное поручение – благословить свадьбу в соседней деревне. Когда его лошадь проезжала по полю, усыпанному весенними цветами, он радовался за жениха и невесту. Такой прекрасный день казался благоприятным временем для начала новой жизни.

Эти мысли прервал звук скачущей лошади. Эдмун повернулся и узнал Яуна.

– Брат! – позвал он. – Я рад, что ты приехал.

Яун пришпорил свою лошадь, пристроившись рядом с лошадью Эдмуна.

– Мне нужно было выбраться из дома.

– Ты видел слишком много мрачных вещей, – сказал Эдмун. – Этот праздничный день пойдет тебе на пользу.

– Все, что угодно, лишь бы быть подальше от отца.

– Почему ты так говоришь? Он был очень рад твоему возвращению.

– Не играй со мной, старший брат. Прошлой ночью я слышал упрек в каждом его слове.

Эдмун изумленно посмотрел на Яуна.

– Мы сидели за одним столом? Не припомню такого.

– Это потому, что ты был беспечен. Скоро ты получишь свое состояние.

– Разваливающийся дом и титул? Моим главным наследством будет доброе имя.

Яун усмехнулся.

– Я что, муха, которую можно поймать на медовые слова?

– Брат, давай не будем ссориться. Я рад, что ты вернулся домой.

– Значит, моё фиаско тебя устраивает. Я знаю, что ты был против моего отъезда.

– Мое удовлетворение заключается исключительно в твоем благополучном возвращении. Правда, я советовал тебе не уезжать. Война страшна и опасна. Теперь ты это знаешь. Я боялся, что Аларик вскружил тебе голову своими грандиозными историями.

– Я хотел славы. Разве у меня не должно быть честолюбия?

– Слава для воина – всего лишь безделушка, на которую многие обменивают свои настоящие сокровища. Думаю, Аларик отказался бы от славы, чтобы вновь почувствовать весенний ветерок. Радуйся тому, чем он не может насладиться.

– Отец был рад избавиться от меня.

– Ты, кажется, забыл, что присоединиться к Аларику было твоей идеей. Помнишь, как ты несколько дней уговаривал, пока отец не дал свое благословение? А когда он согласился, то не пожалел средств на твою экипировку. Он не мог позволить себе этот драгоценный меч.

– Мужчина должен носить достойное оружие.

– Будь моя воля, мечи выглядели бы так же уродливо, как и работа, которую они выполняют. Украшать оружие – значит оскорблять Карм.

– О, избавь меня от своего ханжества. Мне нет дела до того, что думает богиня.

– Я бы хотел, чтобы ты так не говорил, – сказал Эдмун. – Она – источник нашей удачи.

– Твоей удачи. Ты любишь ее, потому что она тебе улыбается. А для меня она всего лишь трусиха, которая общается с одними и отказывает другим.

– Моя удача может стать твоей удачей, – сказал Эдмун. – Когда я стану графом, я поделюсь всем. Тебе нужно только остепениться и заслужить настоящую славу, не кровавыми, а добрыми делами.

– Это добрые слова, брат, – сказал Яун, – и я раскаиваюсь в своих жестоких поступках. По правде говоря, несчастья открыли мне глаза. Клянусь, между нами все будет по-другому.

Эдмун улыбнулся.

– Ты не представляешь, как я рад этому. Тебе был нанесен тяжелый удар, но твоя жизнь изменится. Я уверен в этом.

Яун тоже улыбнулся.

– Я тоже в этом уверен. Давай направим наших лошадей к реке. Там мы благословим нашу новую жизнь.

В ответ на недоуменный взгляд Эдмуна Яун сказал:

– Этому заклинанию я научился в Лурвике. Текущая вода смывает прошлое.

Эдмун с радостью согласился, и они поскакали к небольшой реке, где заставили своих лошадей зайти в нее. Там Яун начал свою клятву.

– Река, река, смой прошлое и прими мою кровь в обещание лучшего будущего. Эдмун, достань свой кинжал и порежь мне руку.

– Я не хочу брать твою кровь.

– Тебе нужно только уколоть меня, нескольких капель будет достаточно.

Эдмун неохотно подчинился. Затем он протянул Яуну свою руку.

– Теперь возьми мою кровь в знак нашей связи.

Яун выхватил кинжал и уколол тыльную сторону руки брата.

Эдмун отдернул руку.

– Жжет!

Яун усмехнулся.

– Я думал, только женщины боятся уколов.

Эдмун, не обращая внимания на грубость брата, с ужасом смотрел, как скрючиваются и застывают его пальцы, превращая руку в жесткий коготь. Кисть онемела и посерела, а недуг перешел на руку, которая скрутилась в гротескную форму. Когда он посмотрел на Яуна, его глаза были полны страха.

– Что ты со мной сделал?

Яун отказался от притворства и рассмеялся.

– Это, брат, я меняю свою жизнь.

Яд не позволял Эдмуну отвечать иначе, чем булькающими вздохами. Его черты исказились, и только глаза остались неизменными. Когда они смотрели с его сереющего лица, в них читались неверие и отчаяние. На мгновение Яун ужаснулся тому, что натворил. Он вспомнил свое детство и старшего брата, который всегда вставал на его сторону. Но вслед за этими воспоминаниями пришли мысли о ядовитых словах лорда Бахла. Они смыли угрызения совести, заменив их маниакальной ненавистью.

Тогда Яун возликовал.

– Где теперь Карм? – спросил он, выбивая ногу брата из стремена и сталкивая его с лошади. Эдмун шлепнулся в мутную воду. Яун смотрел, как он медленно уплывает. Затем он схватил поводья коня Эдмуна и повел его от реки.

– О, отец родной, – сказал он пустому пейзажу. – Я поехал верхом и нашел лошадь Эдмуна. Я проследил его следы до реки, куда, боюсь, бросили моего брата! Зовите домочадцев! Мы должны немедленно разыскать его! О, Боже! О, Боже! У них такие ужасные новости! Эта вонючая, раздувшаяся тварь – твой милый, драгоценный Эдмун!