Подвиг 1973 №04
Шрифт:
– Я пришла, чтобы остановить тебя.
– Остановить меня? – недоверчиво сказал Хонус. – Тогда ты зря потратила время. Возвращайся к Коммодусу. Это дело тебя не касается.
– Касается, – сказала Йим.
– Завтра я должен повиноваться богине и исполнить свое предназначение.
– Убийство не удовлетворит Карм. Кровь оскверняет ее! Теодус никогда бы не допустил такого безумия.
– Теодус мертв, – сказал Хонус, его голос ожесточился от отчаяния. – Я должен поступить по-своему.
– Ты всего лишь Сарф.
– А ты была всего лишь рабыней до сегодняшнего утра, – ответил Хонус. – Неужели я должен жалеть о том, что дал тебе свободу?
– Я была твоим Носителем.
– Не оскверняй Теодуса этой ложью! Ты носила мою поклажу, потому что я тебе приказал!
– Нет. Я носила ее, потому что такова была воля Карм. Даже ты должен это понимать.
Хонус уставился на Йим с растущим волнением.
– Хватит меня мучить! Ты не собьешь меня с пути богини.
– Вместо этого я приведу тебя к ней.
Хонус беззлобно рассмеялся.
– Ты заблуждаешься. Что ты знаешь?
Йим заколебалась, прежде чем ответить.
– Карм говорит со мной. Она пришла ко мне сегодня утром. Я делаю то, что необходимо.
– Ты говоришь это только для того, чтобы спасти меня. Почему? Ты не любишь меня.
– Я не могу. Я могу любить только богиню. Моя жизнь посвящена ей.
– Глупости! – сказал Хонус. – Какой Провидец выбрал тебя?
– Никакой. Карм сама выбрала. Я – Избранная.
– Такие, как ты, постоянно приходили в храм. Глупые девчонки с грандиозными иллюзиями. Провидцы читали их мысли и отправляли их прочь.
– У меня есть сила, чтобы скрыть свои мысли от твоего взгляда, – сказала Йим. – Я сниму эту защиту и позволю тебе увидеть правду.
Хонус, раздираемый нерешительностью, надолго задумался, прежде чем вздохнуть и сказать:
– Я сделаю это только в том случае, если ты согласишься после этого вернуться к Коммодусу.
– Согласна.
Хонус поднялся с камня и спрыгнул на берег.
– Повернись лицом к лунному свету.
Йим повиновалась, и Хонус переместился на расстояние вытянутой руки от нее.
– Кажется, ты боишься того, что я увижу.
– Да, – ответила Йим.
Хонус пристально посмотрел в глаза Йим, используя все свои силы, чтобы проникнуть в ее разум. Сначала он не увидел ничего, кроме усталого и печального выражения. Затем пелена спала, и зрачки Йим стали похожи на бездны-близнецы. Хонус погрузился в их глубины. Затем он увидел свет, более яркий, чем солнечный, и возвышенно прекрасный. Он освещал и наполнял его, словно он был сделан из стекла. Это было непостижимое ощущение, нечто настолько сильное и святое, что просто невыносимо.
Хонус закрыл глаза, а когда открыл их снова, он стоял в лунном свете и смотрел на лицо Йим. На его лице отразилось изумление. Когда он отвел взгляд, его глаза наполнились слезами. Хонус опустился на землю и зарыдал у ног Йим.
– Прости меня, Кармаматус, – сказал он. – Пожалуйста, прости меня.
41
Коммодус сидел в своей опочивальне, потягивая на ночь горячее вино со специями, ибо ночь была прохладной, несмотря на время года. Странный был день, подумал он, и закончился он странным ужином. На протяжении всей трапезы Йим была вежлива, но раздражительна и замкнута. Что-то в ней его настораживало, хотя он не мог точно сказать, что именно. Коммодус подумал, не пожалеет ли он о том, что решился сделать Йим своей подопечной. Для него было нехарактерно действовать без расчета. Я должен был сделать это ради Хонуса, напомнил он себе. Он нуждался в этом утешении. Воспоминания о том, как разбилось сердце в глазах Хонуса, заставили Коммодуса вновь взгрустнуть. Путь богини труден, Теодус научил меня этому. Какие бы беды ни принесла Йим, я не раскаюсь в том, что сделал.
Одну беду Коммодус уже предвидел: Йим увлекла Доммуса. Легко поддавшись влиянию красивого лица, он уже подумывал о женитьбе. Коммодус считал это в лучшем случае преждевременным и гадал, как много его сын знает о Йим. Знает ли он, что Хонус любил ее? Коммодус решил, что нет, поскольку Доммусу не хватало умения читать людей по глазам. У Йим это умение есть. Хонус намекал и на другие. Какими бы они ни были, Коммодус был уверен, что они сделают Йим непростой невестой. Он сомневался, что Доммус сможет с ней справиться.
Стук в дверь прервал размышления Коммодуса.
– Да, – сказал он. – Кто там?
– Это Йим, – ответил приглушенный голос. – Нам нужно поговорить.
– Мы можем поговорить завтра.
– Мы должны поговорить сейчас.
Вот тебе и вежливость, подумал Коммодус. Надеюсь, это не предвещает наших отношений.
– Входи, – раздраженно сказал он.
Йим вошла в дверь и закрыла ее за собой. Она все еще была одета в белый халат, который надела на ужин.
– Простите, что побеспокоила вас.
– Разве это не могло подождать?
– Боюсь, что нет.
Коммодус заметил, что Йим смотрит на него, и сделал раздраженный жест, словно смахивая с лица паутину. Затем он отвернулся.
– Не пытайтесь меня обмануть, юная леди. Я знаю, как победить этот взгляд. Итак, что вам нужно?
– Мне нужно знать планы Хонуса.
– Я уже говорил тебе. Он постится.
– Он не намерен возвращаться. Почему?
Как она узнала об этом? – задался вопросом Коммодус.
– Я не могу тебе сказать. Я поклялся не говорить.
Он снова взглянул на Йим и с досадой обнаружил, что она по-прежнему смотрит на него. Коммодус попытался повернуть голову, но на этот раз не смог. Он чувствовал себя беспомощным, как мышь в пасти кошки. Его мир быстро сужался, пока не стал состоять только из темных глаз Йим. Когда она заговорила снова, казалось, что ее слова прозвучали в его голове.
– Что намерен сделать Хонус?
Коммодус услышал ответ своего голоса.
– Исполнить свое предназначение.
– Как?
– Завтра на рассвете он войдет в храм Пожирателя. Там он воплотит в себе гнев Карм.
– Он будет убивать, – сказала Йим, ее голос был тяжелым и обескураженным.
– Он будет убивать всех, кого сможет, пока не погибнет сам.
– Где он сейчас?
– Я не знаю.
Коммодус почувствовал, как Йим ослабила хватку, и снова оказался в своей спальне. Он уставился на женщину, стоявшую в другом конце комнаты, со смесью благоговения и страха.
– Он не понимает! – сказала Йим.