Подвиг 1973 №06
Шрифт:
– Как вышло, что ты их усыновила? – после небольшой паузы поинтересовался лотр.
– Зачем? Почему они зовут тебя матерью? Года не прошло, как не стало Сириллы, а они зовут матерью тебя.
– Они нуждались во мне, Эвандер. А я нуждалась в них. Тебя считали погибшим, дети остались одни. Кто-то должен был о них позаботиться.
– Ну конечно, и в череде близких родственников не нашлось никого, кто взял бы на себя ответственность за них, - горько констатировал найденыш.
– Твой род их не принял, ты и сам знаешь. А со стороны твоей жены была только Пифис с мужем. Ей я их сама не отдала.
– Мама точно знала о внуках, - отвел глаза, чтобы я не рассмотрела их выражение Эвандер. – Сирилла ей никогда не нравилась, я пошел наперекор всему роду. Ребяческий поступок, о котором очень быстро пожалел. Но на свет появился Димис и отыграть назад было уже невозможно.
Мы говорили очень долго. Дети успели вернуться с прогулки и приготовиться ко сну. Тревор так и не пришел, видимо, помешали, какие-то дела. Весьма серьезные, если он не пришел именно сегодня, когда я предупредила, что у меня для него важные новости.
– Я сегодня собиралась еще в лекарскую заглянуть, - вдруг вспомнила о собранном ящичке с настоями. – День выдался таким суматошным, что просто забыла.
– Когда ты спишь, травница? – с усмешкой выгнул бровь найденыш.
– Мне хватает несколько часов, я не такая, как люди. Я ведь из другого мира.
– И до завтра лекарская подождать, конечно, не может?
– Завтра снова может что-то случиться, что помешает мне туда попасть, - пожала плечами.
– Я тебя провожу. Сама в ночи не пойдешь, - безапелляционно заявил он.
Усмехнулась по-доброму.
– Тебе-то, в отличие от меня, спать все же нужно.
– Я тоже уже не тот, что прежде, травница, - загадочно заявил лотр.
С легким сердцем оставила детей с Харишаф. Стражей у входа предупредила, куда иду, чтобы могли найти при необходимости. Я уже так привыкла к постоянно сменяющимся лотрам, что практически перестала обращать на них внимание. Поначалу пыталась подкармливать, чувствовала неловкость, что им приходится стоять у моих дверей постоянно. От еды они всякий раз отказывались, заявляя, что это нарушает приказ их руководства. Со мной были неизменно вежливы, но и с разговорами лишний раз не лезли. Молчаливая, непритязательная охрана, не отпугивающая, к счастью, покупателей.
– Когда ты все вспомнил? – спросила в экипаже по дороге в лекарскую.
– Не поверишь, - криво улыбнулся найденыш. – История слишком невероятная… даже для тебя.
– Это связано с Дшэршем? – предположение само пришло на ум, тем более после того, чему недавно стала свидетельницей.
– Связано, - осторожно ответил лотр.
– Он ведь жив? Так? – пристально смотрела на Эвандера, отслеживая реакцию. В полумраке экипажа это было непросто, но парень не пытался отвернуться.
– В некотором роде.
Закусила губу.
– Неужели у вас получилось пройти слияние? – выпалила на одном дыхании.
– Слияние? – Эвандер моргнул.
– Пожалуй, можно и так сказать. Как ты поняла? Я не первый?
– Думаю, ты как раз первый, что невероятно. Димис... теперь тоже не совсем человек. Он умирал и один диаракхорнчик, Эрохан, не позволил ему этого.
– Что с ним произошло? – разволновался Эвандер.
– С Димисом?
– Привалило камнями. Очень сильно, - зажмурилась, так тяжело было вспоминать.
– Димис даже не упомянул об этом, - нахмурился найденыш.
– Думаю, побоялся. Ты ведь тоже не стал рассказывать об изменениях в себе с порога.
Подалась ему навстречу, протянула руку к груди.
– Можно? – Кивнул, молча позволяя. Коснулась того места, где у Барнаса и Димиса билось второе сердце. Так и есть, у Эвандера оно тоже было. Под рукой ощутила ровное биение. – У тебя теперь два сердца.
– И два сознания, и две ипостаси, - спокойно подтвердил найденыш.
– Дшэрш… от него что-то осталось?
– Многое, - последовал уклончивый ответ. Парень явно не слишком хотел говорить на эту тему.
– Как это случилось? Расскажешь? – продолжила расспросы.
– Я просто пришла однажды в пещеру, а вас нет. Вся стая вас искала. Очень долго.
– Прости, что заставил переживать, - накрыл мою руку своей Эвандер.
– Дшэрш не хотел жить, травница. Когда понял, что умирает, подозвал ближе, полоснул когтем прямо здесь, - парень показал место на шее, прямо под яремной веной, там остался заметный шрам. – Прижал лапой и не отпускал. Я думал, Дшэрш хочет меня убить. Я и был на грани… но потом что-то случилось. Он стал будто прозрачным, это последнее, что помню. Затем темнота. А когда очнулся – я уже был таким, как сейчас.
– Горячий, - прошептала то, что чувствовала под рукой.
– Ну, горячим я был и раньше, - спошлил парень. – Прости, - тут же извинился. – Когда это произошло, Дшэрш стал рваться наружу, это было больно. Снова думал, что умру. А когда оказался в небе, да еще и понял, как выгляжу, запаниковал. Мы боролись очень долго. День, ночь сливались в одно. – Эвандер закрыл глаза, снова переживая те моменты.
– Он охотился, я же старался не сойти с ума окончательно, постепенно стал бороться. Прошло много времени, не знаю, сколько именно, но я победил. Память стала возвращаться, а вместе с ней Дшэрш уходил. Сейчас он со мной, но больше не пытается взять верх. Как бы стал частью меня. А еще я чувствую себя намного сильнее и будто моложе. Знания Дшэрша… их мало, но они тоже со мной. Димис тоже стал двуипостастным?
– Ты почти не изменился, - имела в виду внешность. – Только волосы стали темнее. У Димиса изменились глаза. Свейлон тоже стал таким, как вы. Он прошел слияние с вожаком – Рауторорком.
Экипаж остановился, Эвандер помог мне выйти, сам расплатился с извозчиком и предложил пройтись немного, не заходить пока в лекарскую.
– Свейлон тоже?
– Свейлон не простой человек, Эвандер. Он такой же, как я.
Торопливо, не вдаваясь в подробности, рассказала парню историю Ириши и ее сына.
– Свейлона нет в столице, - с волнением заявил Эвандер. – Возможно, ему нужна помощь? Он мог не справиться с Рауторорком. Это непросто.
– Нет, дело не в этом. Ты ведь слышал о представлениях на арене, что твой дядя устраивал периодически?
– Будто сам побывал, - горько заметил он. – Мне досталась память Дшэрша, травница, а вместе с ней те воспоминания, без которых я легко мог бы прожить.
– У Рауторорка была пара – драконица Эшрата. Свейлон почувствовал с ней связь после слияния. Это чувства Рауторорка, но он их стал воспринимать своими.
– Рассказала коротко о событиях, предшествовавших исчезновению Эшраты и о ее гибели по косвенной вине Свейлона.
– Думаю, он в Аоршских горах, - закончила рассказ. – Свейлон сказал, что чувствует стаю, их чувства, разделяет их боль. Он истинный Адали этого мира. Думаю, это его предназначение.