Чтение онлайн

— Вы все знаете? — удивился я.

— Да, знаю. Я знаю о ней все, — дедушка задумался, — Джем не любит, когда кто-то лезет в ее жизнь, но раньше я ей говорил о Фреде. Он совсем не мне нравился, но я молчал, боясь ее обидеть. Все-таки уже не маленькая, сама может во всем разобраться. Она уже так повзрослела, а совсем недавно, маленькая, сидела у меня на коленках и засыпала, когда я рассказывал ей сказки. Бегала по всему дому с куклами в руках. А по вечерам устраивала нам спектакль. Мы все смотрели и смеялись. А сейчас она такая самостоятельная. Уже работает, вот скоро уедет от нас совсем. Поступит в институт, и у нее будет мало свободного времени. Ну а ты, Эрик. Куда собираешь поступать? — он вдруг проснулся от воспоминаний и перевел взгляд на меня.

Мне было интересно слушать. Я мысленно представлял себе эту картинку, все в точности, как описывал дедушка. Но когда речь зашла об институте, и о том, что Джем скоро уедет, то веселая картинка, которая вырисовывалась у меня в воображение, стерлась черной полосой. Сразу стало мрачно и грустно. Я все-таки надеялся, что она одумается и не станет уезжать. Но, видимо, ошибался.

— Еще не знаю. Может тоже уеду, — я положил пустую чашку из под кофе на журнальный столик.

— И почему вы так стремитесь поскорее повзрослеть? Жить одному намного труднее. Нет рядом родителей, которые тебе помогут в трудную минуту, не будут ждать тебя с учебы, а возвращаться в пустой дом не очень приятно. Это мне хорошо знакомо, — на минуту он замолчал и, схватив книгу, начал мять ее в руке, пролистывать, иногда пробегал по строчкам, затем продолжил говорить, — у меня не было родителей. Погибли в автокатастрофе, не знаю, правда, или нет. Когда их не стало, мне было три года, я даже не помню, как они выглядят. Видел только по фотографии. По одной маленькой, бесцветной бумажечке. На воспитание меня взяла тетя. Очень добрая, милая, женщина. Она заменила мне родителей, а я заменил ей ее ребенка. Нас объединяло одно общее. Мы оба потерями близких людей. У моей тети родилась девочка, но умерла еще в больнице. Она была очень слабой, врачи долго боролись за нее жизнь, но бесполезно. После этого муж ушел от нее к другой. К той, которая смогла родить ему детей.

— А почему она не родила еще? — спросил я. Мне было интересно, поэтому я сидел тихо, вслушиваясь в каждое слово.

— Во время родов пошло что-то не так. Возможно, врачи были не опытные, или просто так было суждено. Она больше не могла иметь детей. Мы остались одни. Тетя заботилась обо мне, как о родном. Отдавала мне все самое лучшее, покупала все, что я хотел, устроила в школу, нанимала репетиторов, когда я отставал по учебе. Вскоре я пошел в институт, там и встретил Сьюзи.

— Эта ваша жена? — тут же выдвинул свою догадку.

— Да. Сьюзи моя жена. Она была очень красивая, очень добрая. Я никогда больше не встречал таких. Я влюбился в нее сразу. И это было взаимно. Мы поженились после того, как закончили институт. Начали жить отдельно, строили огромные планы, мы были счастливы вместе. Я люблю вспоминать эти времена. Те дни, которые мы проводили вместе, — он замолчал. Я заметил, как его глаза наполнились слезами, но дедушка не заплакал, он продолжил говорить. Мне самому было не по себе, — затем она родила мне детей. Четверых. Сейчас, они уже взрослые, у каждого своя семья, все живут своей жизнью.

— А как же Сьюзи? Она умерла? — на это он не ответил. Через некоторое время я понял, что не стоило задавать этот вопрос.

— Да, уже как десять лет, — вдруг сказал, — она оставила нас, десять лет тому назад. А тети нет уже как двадцать. Они оба бросили меня тут, — затем он будто очухался и встал с места, — Эрик, я наверно, надоел тебе со своими воспоминаниями.

— Нет, ни капельки, что вы.

— Эрик, — вдруг сказал и улыбнулся, — если ты не глуп, то, наверно, уже давно понял, что Джем тебя любит.

— Меня? — удивился я. Это уже второй человек, который так говорит.

— Да, тебя. Я хорошо ее знаю, вижу, как она меняется, когда речь заходит о тебе. Сразу заулыбается, повеселеет.

Джем? Он сейчас о ней говорит? Хотя, о ком еще. Я и сам это заметил. Я заметил изменения не только в ней, но и в себе. Даже отец это понял. Как только я услышал то, что сказал ее дедушка, то мне стало приятно. И почему же тогда, я ничего не предпринимал? Она, вероятно, долго от меня этого ждет.

— Джем вчера к тебе собиралась? — спросил меня хозяин дома.

— Да, — я встал и подошел к нему ближе.

— Вчера родителям наврала, что к подруге пойдет. Сьюзи тоже часто родителям врала, чтобы ко мне приехать. Иногда ей это удавалась.

Если она вышла, то почему ко мне не пришла? Что случило, что она вдруг передумала, да еще и телефон не брала. Но как только я хотел об этом спросить, то дедушка меня опередил и задал мне тот же вопрос.

— Что у вас там случилось, что они пришла рано, и была очень расстроена? — я задумался, не зная что и ответить. Сам не понимал, что происходило.

— А во сколько она вышла из дома?

— Примерно в девять, — было мне ответом.

Теперь все понятно. Ну, я же сказал в одиннадцать, почему она всегда все делает наоборот? Интересно, и что она подумала? Поэтому не брала телефон и не отвечала на сообщение. Я попрощался с ее дедушкой и вышел из дома. Время близилось к двум часам. Сейчас ко мне придет Стив. К сожалению, но с Джеммой мне придется поговорить чуть попозже. Хотя я мог бы поехать сейчас к ней. Но брата бросить не могу.

Настанет время, и я обязательно разберусь с этой непослушной ревнивицей.

Глава 16

Когда подъезжал, то застал Стива у двери. Он только-только подходил к дому. К счастью, я успел. Мама ушла, обиженная на меня. Если честно, я рассчитывал провести сегодняшний день совсем иначе, но все как всегда пошло не по плану. Вчера он хорошо подружился с Джем, и сегодня я хотел пригласить ее, но она занята.

Стив зашел ко мне. Выглядел он напуганным. Постоянно смотрел по сторонам, будто боялся кого-то увидеть. И я даже знаю кого. Видимо, Стив знает, что моя мать будет ему не очень рада. Конечно, это не удивительно. Мою мать можно понять. Она все это время жила с человеком, который ей изменял, у которого была еще одна семья, дети. С человеком, который постоянно врал и обманывал.

— Проходи, мы дома одни, — сказал, что Стив хоть на пару минут расслабился, а то ходит как на иголках.

— Она ненавидит меня. Да? — он сел на диван и поднял на меня свой взгляд.

— Нет, не тебя. Она ненавидит нашего отца, — Стив заметил фотографии на полке и начал разглядывать с далека.

Это фотографии нашей семьи. Но в основном мои. Где я маленький, даже ходить еще не умел, затем, как первый раз пошел в школу, еще куча фотографий с родителями. Я редко на них обращаю внимание, но мама постоянно смотрит и любит вспоминать прошлое.

— Как у тебя обстоят дела в школе? — я вдруг решил перевести тему. Думал, что это поможет не думать о плохом, но стало только хуже.

— Плохо, — коротко ответил и замолчал.

— Почему? — но на этот вопрос он решил не отвечать. Видимо, не желал говорить. Настаивать я не стал.

— А где Джемма? — Стив заметно повеселел, когда вспомнил о ней.

Мы прошли на кухню. Я достал из холодильника баночку газировки и схватил одну Стиву. Бросил ему в руки и сел за стол, напротив брата. Не понимаю почему, но между нами нет понимания и доверия. Он говорит со мной, как с учителем, который спрашивает домашнее задание. Говорит очень медленно, обдумывая каждое слово, будто боится чего-то лишнего сказать. У меня с ним тоже самое. Я могу расслабиться и общаться с ним, как это делаю нормальные братья.