Чтение онлайн

Наконец, устав терзаться сомнениями, открываю глаза и застываю, продолжая лежать на спине.

Дан стоит рядом с моей кроватью и смотрит на меня.

Я смотрю на него.

Не тороплюсь открывать рот и кричать. Не тороплюсь открывать рот даже для того, чтобы просто задать вопрос — что он здесь делает?..

Жду, что он сам ответит.

Так проходит секунда, вторая, третья… а потом я уже перестаю считать. Может, это сон? И в моей комнате никого нет? Ну, не может человек долго стоять так неподвижно!

— И когда ты перестанешь холить свою обиду? — спрашивает Дан, спустя то ли пару минут, то ли целую вечность.

— Обиду? — хмурясь, повторяю. — Я не обижаюсь на вас.

Его лицо не отражает никаких эмоций, потому я поясняю спокойно:

— Я просто сделала выводы.

— Сделав выводы, ты должна была понять, почему мы подумали так, как подумали. А потом ты должна была прийти к нам, и мы бы всё обсудили.

— Я никому ничего не должна, — абсолютно убеждённо отвечаю.

— Ты убеждаешь себя в этом? — ровный голос, тихий вопрос.

— У нас нет команды одарённых, — произношу чётко и даже чуть громче, чем нужно, — у нас нет какой-то общей цели. Мы все сами по себе. С какой стати ты навязываешь мне какие-то долги перед вашей компанией?

— Кукловод не перестал быть угрозой, — отвечает Дан.

— Ну, это вообще не причина приходить ко мне ночью и журить за отсутствие желания разговаривать с вами. Ты же знаешь, он мой дружбан, — растягиваю на губах кривую улыбку, — так что…

Резко замолкаю, когда Дан неожиданно наклоняется ко мне и упирается в кровать ладонями — по разные стороны от моей головы.

— Хватит, — только и произносит он, а я ощущаю, как неспокойно дергается сердце.

Его чёлка мягко касается моего лица, свисая вниз; его взгляд — слишком неоднозначен, чтобы я могла равнодушно отвернуться или потребовать, чтобы он немедленно покинул мою спальню.

Зачем он пришёл?

Нет, не этот вопрос самый главный.

Кто его послал?

— Это Лика, верно? — произношу глухо, глядя ему в глаза.

Во взгляде Дана появляется непонимание, но я больше не хочу играть в эти игры.

— Ну, конечно, это всегда она, — невесело усмехаюсь, а затем всё-таки отворачиваю голову.

— О чём ты? — без эмоций спрашивает Дан.

— Она послала тебя ко мне, потому что знает, что я к тебе неравнодушна, — так же без эмоций отвечаю, глядя в сторону, — передай ей, что попытка была неплоха, но я слишком хорошо выучила её методы.

— Я ничего не буду передавать, — сухо произносит Дан.

— Твоё дело. Мне безразлично. Будь добр, возвращайся в астрал — я собираюсь спать, — и я закрываю глаза.

Да, пусть это выглядит демонстративно. Но с ним по-другому нельзя.

— Мы с тобой договорились, что будем честны друг с другом. Моя честность в тот день тебе не понравилась. Это твой выбор. Ты имеешь на это право, — игнорируя мою просьбу, произносит Дан. — Но я требую ответной честности.

— Чего тебе надо? — не особо напрягаясь вежливостью, выдавливаю из себя.

— Ответь — тебе комфортно так? В одиночестве? Отрезанной от всех нас?

Открываю глаза, не смотрю на него.

Комфортно ли мне? Да я никогда не чувствовала себя такой легкой, как в эти несколько дней! Я делала то, что было нужно, не запаривалась проблемами спасения от Кукловода, не искала в себе одарённую, не пыталась использовать свою силу. Моей важнейшей целью был поход в школу.

Без лишних мыслей, без переживаний.

— Да, мне комфортно, — отвечаю, не колеблясь.

Некоторое время Дан молчит.

И почему он не сваливает?!

Лежу, начиная чувствовать беспокойство от этого молчания, как вдруг тихий голос произносит:

— Наверно, ты просто забыла. Я тебе напомню.

Хочу сказать, что не нуждаюсь в ничьих напоминаниях, но так и не издаю ни звука.

Хотя нет, один звук всё-таки вырвался на свободу — рваный вдох, когда Дан прикоснулся губами к моему подбородку: почти невесомо, осторожно, мягко.

А затем — к моей шее.

Затем — к моей ключице… и уже готов был двигаться дальше, как я пришла в себя:

— Хватит! Остановись! — пытаюсь оттолкнуть его, но силы не равны.

— Тебе это нравится, — спокойный ответ.

— Это неважно! — брыкаюсь, отвоёвывая свободу сантиметр за сантиметром.

— Почему? — чуть более холодный вопрос.

— Это будет иметь ценность только тогда, когда тебе это тоже будет нравиться! — выпаливаю, совершенно забывая о спящей маме в соседней комнате.

— С чего ты взяла, что мне это не нравится?

— Это не игра в одни ворота, Дан, — вспомнив слова Лики, уже совершенно серьёзно произношу, проложив расстояние между нашими телами своими вытянутыми руками, — в отношениях нет места холодному рационализму.

— Рационализму? — склонив голову, переспрашивает парень.

— У нас слишком разный подход ко всему этому, — поджав губы, произношу, — для меня это важно. Для тебя — это очередной этап в твоей затянувшейся хандре, которую ты лечишь близостью со всеми подряд.

— Ты сказала «в отношениях», — замечает Дан, а я резко сжимаюсь в комок нервов.

Действительно — сказала?!

— Я…

— Ты хочешь отношений со мной? — вновь нависая сверху, спрашивает парень.

— Я… Зачем ты об этом спрашиваешь?! — пытаюсь натянуть на себя одеяло, но Дан пресекает мои попытки, фиксируя мои руки.

— Ты хочешь отношений со мной? — четко повторяет он.

— Нет! Ты слишком сложный! — цежу, волком глядя на него.

— Ты думаешь, с Мироном тебе было бы легче? — холод в его вопросе заставляет мою кожу покрыться мурашками.

— В отличие от тебя, он никогда не спрашивал — хочу ли я отношений с ним! Он просто появлялся рядом, не задавая вопросов и не спрашивая разрешения, — отвечаю, ощущая приток необъяснимого удовлетворения, когда в глазах Дана что-то меняется.

— Тебе нравится, когда решение принимают за тебя? — как-то неожиданно хлестко спрашивает он. — Что, так не хочется напрягаться?