Чтение онлайн

Его губы обхватывают мои, жадно втягивают и терзают. Его язык настойчиво раздвигает мои губы и проникает в рот.

Ммм, как сладко.

Я лишь могу хватать ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. В то время как мужчина уже хозяйничает у меня во рту.

Его ладонь с моего подбородка перебирается на затылок, зарывшись в мои волосы и мягко массируя кожу. Одна за другой волны дикого огня прокатываются по мне.

Мир меркнет и сужается до одного конкретного мужчины. Ноги слабеют. Боюсь упасть.

Его язык настойчиво движется внутри моего рта. Он завоевывает пространство, в то время как я таю в его руках.

Нежные поглаживания нёба, заигрывания с языком, легкие касания кончиком языка моих губ распаляют меня, и я включаюсь в игру.

Несмело, неопытно пытаюсь поймать его язык губами.

Он рычит в ответ, хватка на моем затылке становится жестче, не давая мне отстраниться.

— Ты сводишь меня с ума, — рычит он мне в губы. — Ты — ведьма.

— О, да… — выдыхаю ему в ответ.

Его ладонь мнет синтетическую ткань моего платья, тенет ее вверх. Быстро, уверенно, почти грубо.

Слышу треск ткани, и начинаю дрожать от предвкушения.

Сама помогаю незнакомцу избавить меня от платья. Мятая тряпка улетает в темный угол.

Я стою перед ним обнаженная, в одних кружевных трусиках. Подтягиваю руки к груди, но он перехватывает их.

В полутьме его глаза неестественно блестят.

— Ты прекрасна, — он касается тылом ладони моей шеи.

Откидываю голову и закрываю глаза, полностью отдаваясь незнакомым ощущениям.

Волна за волной на меня накатывает возбуждение и дикая жажда. Жажда чего-то нового, опасного и испепеляющего.

Низ живота вспыхивает и тут же гаснет, отдаваясь болезненным спазмом.

Мужская ладонь скользит вниз, пальцы очерчивают ключицу, соскальзывают на грудь.

Подушечки пальцев вырисовывают замысловатый узор на моей груди, кружат вокруг соска.

Жар спускается в промежность, заставляя влагалище болезненно сжаться.

Его пальцы на миг отпускают мою грудь, и тут же уже влажный палец касается набухшей горошины соска.

В голове словно разбивается огромное стекло, за которым все эти годы жило мое второе «я».

И это «я» громко кричит: да, прощу тебя, не останавливайся!!!

Мысли разлетаются, остается только сладострастный туман. Я уже не знаю, кто я, где я. Лишь бы он никогда не переставал меня гладить.

Теряю равновесие и падаю. Или парю? Совсем рядом, под ладошками ощущаю грохот огромного мужского сердца.

Я не упала, это он подхватил меня и куда-то несет.

Прихожу в себя, когда гладкая прохлада кожаного дивана касается моего распаленного тела.

Неужели это я поскуливаю от нетерпения?

— Сейчас, малышка, сейчас, — шепчет он, хватаясь за пряжку своего ремня.

До дрожи, до онемения кончиков пальцев хочу прикоснуться к его телу, провести ладонь вниз по рельефному торсу…

Пытаюсь расстегнуть его рубашку. Пальцы дрожат, пуговицы не поддаются.

Он дергает ворот. Рубашка улетает в темноту вслед за моим платьем.

Жадно касаюсь его распаленной кожи. Под ней перекатываются упругие мышцы, исследую каждую.

В ответ раздается стон и рык.

Сильные руки, обхватив меня за ноги, рывком тянут на себя. Соскальзываю ниже, оказываясь прижата мощным телом.

Звяканье пряжки, звук расстегиваемой молнии.

Горячие пальцы лишь на мгновение касаются моей набухшей промежности, отодвигая тонкое кружево.

Горячая головка упирается в мои намокшие складочки.

Да, сейчас все случиться. Может, стоит сказать, что я…

— Аааа!!! — кричу и задыхаюсь своим криком…

Вскакиваю на постели.

Комната тонет в темноте.

Мое тело дрожит, холодный пот струится по спине. Откидываю за спину тяжелые пряди и глубоко дышу.

Опять этот сон.

Каждый вечер, засыпая, я не знаю, что увижу во сне: бледное лицо Кати в багровых разводах или горячего незнакомца, который забрал…

Впрочем, не важно.

Откидываю одеяло и пускаю ноги на пол. Сегодня мне больше не уснуть.

На часах пять — двадцать. Уже не плохо.

Пора заваривать кофе и собираться. Впереди у меня много дел.

Ну что, прощай, родной город! Видела я от тебя что-то хорошее? Да ни фига!

Затягиваюсь и метко отправляю бычок прямо под колеса паровоза. Тут же получаю в ответ недовольный взгляд проводника, что лазит под вагоном. Да вот вообще пофиг!

Отворачиваюсь и поправляю дорожную сумку на плече.

Мой взгляд быстро и цепко осматривает перрон и проходящих людей. Каждая спешащая в мою сторону мужская фигура заставляет вздрогнуть. Так, спокойно, он не придет! Не должен! У него своих проблем выше крыши, чем искать по вокзалам подружку бывшей.

Ремень на старой дорожной сумке режет плечо, снова поправляю его и отворачиваюсь к вагону.

Ну, блин, сегодня подморозило, аж пар изо рта идет. Когда уже пускать будут?

Зябко обхватываю себя за плечи. Осеннее пальто этой осенью вообще не спасает. Влажный холодный воздух пробирает до костей. Сапоги подвели в самый последний момент — отвалилась подошва. Да, так всегда. Пришлось обувать кроссовки. Ну, ничего, нормально. Я видела в инстаграмме, так в столице многие ходят. Только холодно.

Пританцовываю на месте, стараясь согреться.

— Готовим билеты, паспорта! — разносится над перроном хриплый голос проводницы.

Окоченевшими пальцами достаю документы, раскрываю на нужной странице и замираю. С новенького паспорта на меня смотрит моя собственная фотка, а вот фамилия и имя не мои, буквы жгут мне пальцы и глаза огнем.

Кажется, что каждый на этом чертовом перроне видит мой обман и смотрит с укором. А проводница так и вообще сейчас превратиться в черта и откроет для меня персональный люк в ад.