Чтение онлайн

Эйден склонил голову набок, разглядывая Найта, будто зверюшку в клетке.

Юноша уже не боялся того, что с ним могут сделать, ведь страшнее казни под солнцем и лунами ничего нет. В книгах говорилось, что от боли демоны кричали до тех пор, пока изо рта у них не начинала идти черная кровь. Некоторые даже пытались убить себя, но их удерживали оковы и печати.

Вдоволь налюбовавшись его жалким видом, Эйден спросил:

– Боишься?

Найт не разомкнул пересохших губ.

– Все еще пытаешься прикидываться гордым и стойким? Стоит отдать тебе должное: большинство после того, как им отрывали крылья, надолго впадали в оцепенение или рыдали и умоляли о прощении, а ты все такой же наглый, словно тебе выдернули лишь парочку перьев. Мне это даже нравится – так намного интереснее.

– Почему вы все ненавидите меня? – спросил Найт спокойным и уверенным голосом, что совсем не вязалось с его положением.

– Ты ошибаешься. Ненависть – не то чувство, что мы, старейшины, и все Покровители испытываем к тебе. Когда видишь в своем доме жужжащую муху, ненавидишь ли ты ее? Нет, ты чувствуешь отвращение, раздражение, тебе хочется прихлопнуть эту тварь, чтобы она не прикасалась к твоей еде, не зудела над ухом и не укусила тебя во сне. К тому же муха – существо юркое и наглое. Если однажды ты ее прогонишь, она прилетит вновь, так что остается только взяться за мухобойку.

– Раз я – всего лишь муха, то почему было не убить меня сразу? Зачем вы позволили мне жить на Черничной горе?

– Каррин ведь сказала: тебя пожалели. Сибилла подумала, что от мелкой мушки, запертой в банке, не будет вреда. Но я с самого начала знал, что ты опасен. Стоило избавиться от тебя по-тихому, все равно бы никто не стал разбираться. Разве что Лейсан могла немножко поистерить.

– Но ведь я не сделал ничего плохого! – воскликнул Найт. – Я не убивал людей, а защищал их! Пока порталы были закрыты, арконцам приходилось сражаться из последних сил. Кто на моем месте мог бы их бросить?

– Ты и впрямь глупый, Найт, – вздохнув, сказал Эйден. Он впервые обратился к нему по имени, и парень от удивления широко распахнул глаза. – Думаешь, я не знаю, как все было? Мне абсолютно наплевать, кого ты защищал. Важнее другое: твоя сила значительно выросла за короткий промежуток времени, ты даже научился контролировать демонов. Как считаешь, может ли Совет позволить существовать подобной угрозе?

– Думаете, я переметнусь к Мартину? Нет, ни за что!

– Тогда как объяснишь черную печать на своей ладони?

– Контракт был заключен не по моему желанию. Это случайность!

Эйден хмыкнул:

– Только дурак поверит в это.

Найт понял, что бесполезно пытаться доказать свою невиновность. Что бы он ни сказал, все обернут против него.

– Просто вы презираете меня, – окончательно отчаявшись, тихо произнес юноша. – Вам претит мысль, что я тоже Покровитель.

Эйден вдруг расхохотался. Его смех, приятный, бархатистый, мог сбить с толку кого угодно, а прищуренные глаза смотрели на демона с Черничной горы почти снисходительно.

– Хотя бы это ты понимаешь.

– Жестоко лишь из-за этого...

– Жестоко? – Эйден вскинул брови. – Что ты знаешь о жестокости? Этот мир гораздо хуже, чем ты думаешь. Мы не можем позволить себе быть милосердными и снисходительными с теми, кто представляет для него опасность. Иначе все просто рухнет.

Найт кое-что осознал. Дело было вовсе не в нем самом, не в его отличии от других. Все гораздо проще.

Эйден ожидал, что его враг падет, сломается, будет молить о пощаде и тут же признается во всех грехах. Но Найт легко принял правила игры, перехватил инициативу, сжал зубы и упрямо молчал, прожигая старейшину своими угольными глазами. Это было неприемлемо!

Рэй как-то сказал, что у старейшин очень хрупкое эго. И из-за Найта у Эйдена оно все пошло трещинами.

Понимание этой истины вызвало у юноши улыбку:

– Ясно. Вы просто боитесь. – Он наклонился чуть вперед и вкрадчиво проговорил, понизив голос и глядя человеку напротив прямо в глаза. – Ты боишься меня, грозный Огнедышащий старейшина.

Рука Эйдена резко схватила его за волосы и дернула назад. Найт охнул от боли и услышал угрожающее рычание у своего уха:

– Думаешь, я могу бояться кого-то вроде тебя?! Не смей даже думать об этом!

Найта отпустили так же резко, как и схватили. Эйден отвернулся и направился к большому резному шкафу у стены.

– Пусть у тебя аура высшего демона, но твоя божественная кровь такая же, как у остальных Покровителей. Эти две силы противоположны друг другу и не могут поладить в твоем теле. – Сняв защитную печать и взяв что-то с полки, он вернулся к Найту. – Сейчас ты не можешь пользоваться аурой, но регенерация до сих пор действует, верно?

На стол опустился длинный черный кинжал. Он был почти таким же, как тот, который подарила Найту Аста.

– Когда божественная сила сталкивается с демонической, начинается их противостояние. Его невозможно контролировать. Во всяком случае, ты не сможешь, – сказал Эйден, вынимая кинжал из ножен и рассматривая черную поверхность лезвия. – У Каррин полно трофеев с войны, она деже выделила для них отдельный зал. Но и у меня немало занимательных вещичек. Например, этот кинжал. Посмотри, в нем еще осталось много темной энергии. Изначально я собирался воткнуть его в твоего Посланника и посмотреть на твою реакцию.

В груди Найта поднялась волна негодования. Одно дело угрожать ему, а другое – Хану, одному из смертных, которых Покровители должны защищать. И это говорит старейшина! Насколько же прогнило это место? За сверкающим золотом и пестреющим картинами фасадом скрывается жестокость и обман. Никому здесь нет дела до человеческого мира. Все Покровители думают только о себе и своих прихотях.

– Не смотри на меня так злобно, как будто я уже это сделал, – покручивая в руке кинжал, ухмыльнулся Эйден. – Я передумал и нашел для него другое применение. Разве интересно ранить смертного, когда я могу поразвлечься с тобой?

Он положил руку на столешницу, и железные путы на руках Найта затянулись сильнее.

– Что?..

Юноша увидел только, как кинжал быстро опускается, словно черная молния, а потом пришла мучительная боль, пронзившая правую ладонь. Он не смог сдержать крик. Руку словно заморозило изнутри – острые кристаллы льда разрывали плоть и крошили кости. Темная энергия проникала в кровь, словно яд, и сражалась с божественной силой.

Как только кинжал, проткнувший руку и деревянную столешницу, был вынут, регенерация тут же залечила рану, не дав Найту опомниться.