Чтение онлайн

Вождь язычников созвал всех ярлов и конунгов, ему подчинившихся, на главной площади города. Надлежало собрать пену минувших дней – даром, что хмель шатал голову до сих пор. Его вассалы вели с собой свиту, свои хирды, которые также были достойны слышать волю конунга конунгов из первых уст.

Предводитель норманнов уселся на обрушившуюся каменную колонну. Укутанный в медвежьи меха, с густой бородой до нагрудника и увесистым полутораручным мечом, он и сам выглядел, как зверь. Янтарные глаза его, хоть и обладали теплым цветом, жгли морозом насквозь тех, на он кого смотрел.

За его спиной высился кол, залитый кровью. Местами черноватая была. На него насадили лорда Наррамора. Три дня и три ночи феодал наблюдал за бесчинствами дикарей. Семью порубили на куски и скормили собакам – его же собакам!

Лишь потом очередь в кои-то веки докатилась и до него.

Обтёсанный ствол берёзы пробился через задний проход сквозь все тело. А остриё выглядывало из раскрытого рта. Челюсти оттянуло донельзя.

Мученик сползал потихоньку вниз.

Дикари, засвидетельствовавшие казнь, помнили, как он кричал:

– Больно! Больна-а-а!..

Кричать-то кричал. Да недолго.

Лорд слишком суетился. Вот и пробило его быстрее, чем ждали язычники.

Эту чудовищную казнь северяне подглядели при дворе дельмеев, которым то проблемы доставляли, то служили верой и правдой. Раз на раз не приходится. Для многих всё решал вес золота. По крайней мере, так было до рождения конунга всех конунгов.

Внезапно похолодало. Стал идти крупный снег – медленно. Он припорошит кровь ниренов, которую пролили дикари.

Речь владыки Севера по Олдкаслу прокатилась раскатами грома. Словно говорил не он, а сам Всеотец, пожертвовавший одним глазом ради истины, ради силы.

– Свершилось пророчество, братья! – возвещал конунг всех конунгов. – Орм Сказатель не ошибался. Я привёл вас к победе. Наш закон держит Восток!

Особо пассионарные воины выхватили оружие. Стали чествовать вождя.

– Конунг Рериг! Рериг Объединитель! Слава конунгу всех конунгов! – гремели отовсюду голоса норманнов.

Среди них был и сам Орм Сказатель. Но провидец лишь улыбался блаженно, держась тенью в чёрном балахоне поодаль.

Рядом с непримиримым братом, сохранявшим хмурую мину: тот не видел для себя никаких поводов радоваться. И всё же, молодой воитель кивнул в знак уважения вождя и признания подвигов их рати.

Такие люди, как Рериг, рождаются не часто. Часто живут ярко и быстро гаснут, не оставляя за собой хоть сколько-нибудь соразмерных преемников. И кто знает, как долго союз норманнских племен продержится, когда его не станет. Но пока всё хорошо.

Конунг всех конунгов прожил полвека, оставаясь внешне сравнительно молодым и свежим. Что называется, пышет здоровьем. Неудивительно, сколь много для норманнов он успел сделать за это время.

Диты. Белеги. Скавеи. Скоды. Кельсы. Фаады. Веккары. Поморы, скорвены и чёрная скивь из молвян. Железом и словом он добился преданности их князей, объединив народы в единый ударный кулак под своим началом. Лишь так они могли упасти от краха Дителаг за Серым Морем.

И вот они – продвинулись дальше, чем когда-либо. Всё аж до самого Эстуария под пятой норманна. Ниренская корона ослаблена вековечной войной в Бештии. Королю остается только ждать, когда и с его головы дикари сорвут венец.

Шутка ли, язычники не упирались в единый фронт. Последовательность им оказалась не чужда. Они согнали на север велатов Изумрудного Острова близ Нирении. Заложили первые поселения Эбландии, ставшие перевалочным пунктом их работорговли. Били по ниренам с севера и юго-востока, мерно подбираясь к столице.

Без прежних пахотных земель, с последними армиями за проливом густонаселенный Эстуарий долго не протянет. Норманны уже победили. Можно было просто выждать, пока подбитый зверь не истечет кровью сам и не издохнет. Вот, как хотел поступить Рериг. Между тем конунг всех конунгов смотрел дальше на юг.

Орм Сказатель умел убеждать. И теперь ничто, кроме юга, не интересовало вождя всех норманнов также сильно. Тот заявил строго:

– Наши войска расходятся здесь, в Олдкасле. Пусть конунг Сван додавит гнусную змею в Эстуарии. Пусть ждёт нашего возвращения с Юга. Туманные Острова будут наши!

В приближенных Рериг Объединитель не сомневался нисколько. Союзники стали ему братьями, за которых он был готов сложить голову. И эта готовность у них встречала взаимность. Хирд Свана приветствовал такое решение, предвкушая сладостный триумф над ниренами. Их вождю всего-то и надо, что добить лежачего. Его люди легко сдюжат.

– Арнульф Злоглазый, плыви к Изумрудному Острову. Эбландия нуждается в крепкой руке. Рыжие дикари покорятся норманнам. Ежели нет, гони друидов до самого моря. Сверши над ними казнь на сизом песке. Их земля наша. По праву сильных.

Тот вождь скрестил руки на груди, расправляя широкие плечи. Кивнул Реригу. Ломать хребет врагу, лишать его последних проблесков воли – это его стихия.

– Бранислав Ярый, Китовое Море ждёт, – возвещал конунг всех конунгов. – Полно скивским князьям грызть глотки друг другу. Император луров уже зашёл слишком далеко. Если мы не разрешим их свару, они следующие.

Предводитель чёрной скиви не сказал ничего, не дернулся даже – и тем самым выразил своё немое согласие. Равно как и его бойцы. За них высказались миндалевидные щиты, ударившиеся об каменную кладку площади. Громогласное «да!»

– Королю ниренов не дождаться своих войск из-за пролива. После всего, что они учинили там, так просто бешты их не отпустят. Их война близится к концу – не в пользу ни тех, ни других. Мы воспользуемся этим, – рассуждал Рериг и взглянул на одного из вассалов. – Хельги, наши дальние родичи в Бештии пошли от предателя Сигурда. Но они не глупцы. Они видят, к чему их ведет упадок в стране. Гелесгантам стоит напомнить о том, чья кровь течет в их жилах.

Хельги ждало опасное путешествие. Но отказываться зарёкся. Доказывал свою преданность из раза в раз. И впредь не оступится.

Конунг всех конунгов хотел было продолжить свою мысль. Но тут выступил вперёд брат самого Орма Сказателя. Он позволил себе грубость, задавая вопрос Объединителю в открытую. Если бы Рериг не чувствовал себя частью войска, на пол упала бы еще одна голова.

– Мой вождь, мы отправимся в Вестанию, к Эльверонам?

Ярл, которому служил воитель, хотел было подойти. Даже занёс бродакс, намереваясь омрачить их триумф кровью мальчишки. Объединитель заметил это и выставил вперед раскрытую ладонь. Сказал: