Чтение онлайн

– Я должна буду обратиться к его величеству с просьбой вынести решение по делу о моей опеке, согласно двести тринадцатому пункту уложения об Императорском суде, - и послушно пробубнила весь остальной текст.
– Я все правильно повторила, актар?

– Превосходно, моя девочка. Ты отлично все запомнила, - хвалят меня. – Завтра на суде ты повторишь это императору слово в слово. Ты поняла?

– Да, актар. Слово в слово.

– А потом, Вина, ты, в присутствии высшего совета и императора, выберешь своим опекуном меня. Повтори.

– Я выберу вас своим опекуном, актар.

Фух, пока все не так сложно, как я боялась. Бросаю быстрый взгляд из-под ресниц. Владыка доволен, его прямо таки распирает от собственного превосходства. В глазах промелькнул сумасшедший огонек, а губы скривились в предвкушающей усмешке. Отточенным жестом он убирает у меня выбившуюся прядь за острый кончик уха и ласково трепет по щеке.

– Молодец. Послушная малышка. Завтра после суда ты окончательно станешь моей, Вина, - еще сильней понижает он голос. – Никто больше не сможет отнять тебя. Я приготовил все для ритуала. Твоя задача – не расходовать магию в течение этого и завтрашнего дня. Думаю, времени хватит, чтобы наполнить твои каналы. Ты хорошо их разработала. Я вижу, как они укрепились и стали активны. Сейчас наполнение идет намного быстрее. Так? Ты ведь будешь хорошей ученицей, кайтес? Сделаешь как я говорю? А Вина?

– Да, мой оджи, - решаю добавить немного льстивых ноток. Почему-то в голове вспыхнула искра веселья. Я больше не боюсь, особенно после утреннего разговора с императором. Теперь я чувствую себя намного увереннее с такой поддержкой в его лице. Надеюсь, он был честен со мной и все пройдет так как задумано. Надо только еще чуточку потерпеть и больше я не увижу этого эльфа.

– Мне нравится, как ты говоришь это, девочка моя. Повтори еще раз. Ты будешь послушной ученицей?

Я чуть не поперхнулась от неприличного смешка. А владыка-то оказывается поклонник ролевых игр. Ох, не вовремя я развеселилась. Нужно же доиграть свою роль с максимальной серьезностью. Соберись, Вина.

– Да, мой оджи. Я буду послушной. Сделаю все, что скажете.

– Ты меня сегодня очень порадовала меня, кайтесс, - владыка в последний раз очерчивает пальцем контур моего лица.
– Завтра будет сложный день, постарайся сегодня хорошенько выспаться. Он поднимается и увлекает меня за собой, плотно обхватив мою ладонь. Дойдя до императора, отпускает, многообещающе сжав ее напоследок.

Брр… вымою руки с мылом потом несколько раз. Точно.

Тарояр благодушно кивает нам обоим и величавым жестом отпускает меня. Владыка остается. У них опять свои государственные дела, скорее всего. Но в груди все равно тревожно екнуло. Как все пройдет завтра?

Вспомнила, как утром я с затаенной грустью провела последнюю встречу с отцом. До суда их больше не будет. А вечером еще владыку терпеть. В расстроенных чувствах не сразу поняла, что ко мне обращаются.

– Что же мне делать с тобой, Вин-Сола, - задумчиво вопрошает император.

Это он у меня интересуется? Поза расслабленная, а вот взгляд у него пристальный, резкий и острый, как бритва.

– Вы просите у меня совет, ваше величество? – осторожно поинтересовалась я. Может он просто вслух размышляет?

– Если ты готова его дать, то не откажусь, - усмехнулся мужчина. – Мне важно узнать твое мнение. Я заметил, что ты не до конца открываешься отцу. Ты желаешь вернуться в светлый лес, владыка был прав? Это твой окончательный выбор? В моих силах склонить мнение совета в любую сторону.

– Ваше величество, я нашла один, подходящий к данной ситуации, параграф в Большом уложении, - мысленно вдохнула, выдохнула. Это шанс заранее проверить, как отнесется Тарояр к моей идее.

– И о чем он? – подбадривает меня император, делая заинтересованное лицо.

– Я бы хотела попросить на суде, когда в конце мне дадут слово, вашего личного решения по моей опеке. Точнее, чтобы вы разрешили мне самой выбрать кто станет моим опекуном, - нервно облизываю губы. План-то я придумала, а вдруг меня сейчас завернут с ним обратно. Правители обычно не любят, когда вмешиваются в их игру.

– Я помню этот пункт, - кивнул Тарояр. – Но ты уверена, что сможешь при всех обратиться ко мне с такой просьбой. Хватит смелости?

Он что, меня подначивает? На слабо берет?

– Мне просто хотелось бы быть уверенным, что ты не передумаешь Вина. Кстати, его величество, очень переживала за тебя. Интересовалась, как твое самочувствие. Она хотела прийти, чтобы поддержать тебя в этот день, но я решил, что это лишнее. Ну так что, Вина? Я бы не хотел расстраивать свою императрицу плохим финалом. А она симпатизирует гоцаргу, особенно после того что он сделал для Империи.

– Вы тоже ему симпатизируете, ваше величество?

– Мои симпатии не имеют значение, важны интересы Империи, прежде всего, - отчеканил он.

– И в интересах Империи мне нужно выбрать…

– Я не говорил этого, Вин-Сола. Я не буду влиять на твой выбор. На интересах Империи он никак не скажется в данный момент. В твоей власти выбрать свою судьбу, девочка. Мне просто хотелось лучше понять тебя. И если завтра ты обратишься ко мне с такой просьбой, я поддержу тебя и удовлетворю ее. Надеюсь ты меня не разочаруешь, Вина.

Вот такое ободряющее напутствие. Но в меня оно вселило уверенность в хорошем исходе. Я справлюсь. Теперь, когда император дал добро, мне гораздо спокойнее и легче дышать в ожидании самого процесса.

Большую часть суда я провела молчаливой тенью на жесткой холодной скамье. Лэраваил хорошо подготовился. Его речь изобиловала громкими фразами и пространными рассуждениями о нормах морали и нравственности в контексте моей ситуации. Владыка сыпал предположениями и многократно ссылался на слова и воспоминания моей погибшей матери, которые никто не смог бы подтвердить или опровергнуть. На основании этого, он обвинял гоцарга в жестоком обращении с женой, собственно из-за чего бедняжка сбежала без оглядки и просила об убежище на территории светлого леса. Конечно, благородный владыка не мог оставить без защиты эльфийку, которая пострадала от рук человека, и взял ее под опеку, а потом и ее дочь, которая родилась и воспитывалась среди своего народа. И теперь отрывать меня от истоков было бы слишком жестоко и безжалостно.

Отец ответил с достоинством на все эти грязные выпады и голословные обвинения. Если Лэраваил хотел его вывести из себя своими словами, то ему это не удалось. Гоцарг спокойно ответил по всем пунктам и привел свои доводы. Его речь хоть и не была столь же эмоциональной, как его противника, но он смог развеять сомнения в спорных вопросах, которые возникли после выступления владыки. По крайней мере для меня. Но это было слово одного против слов другого. Почему-то свидетелей никто из соперников не предоставил. Поэтому совету нужно было решить кому стоит доверять больше на основании только их слов.