Чтение онлайн

Линда словно впала в ступор. Она сама от себя не ожидала подобной реакции. Ей казалось, что, стоит ей попасть в подобный переплет, она будет вне себя от ужаса, но не случилось. Страх за Тони, которого чуть не застрелили прямо на улице, оказался сильнее собственного страха за жизнь.

Сейчас Линда сидела на диване в квартире Тони, закутанная в теплый плед, потому что ее наконец затрясло. Оливия, пристроившаяся на краешке стула, внимательно следила за Тони, шагавшим из угла в угол. В его руке был неизменный стакан с виски — уже четвертый за этот вечер. Никто по этому поводу и слова не сказал.

Полицейские, прибывшие на место происшествия, быстро опросили свидетелей и отпустили всех. Вряд ли удастся поймать снайпера: все было организовано слишком хорошо.

— Редд приедет, как только сможет, — сказала Оливия.

— Ладно. — Тони ослабил узел галстука и глотнул виски.

— Что сказали эксперты?

— Стреляли из винтовки «ЗИГ-Зауэр», предположительно модель SSG 2000. Заранее не готовились. Видимо, следили за моей машиной, и, когда я вошел в подъезд дома Линды, снайпер занял позицию. Он пробыл там всего несколько минут.

— Они могли знать заранее.

— Тоже верно. И это означает, что Линде угрожает опасность. Ви…

— Я поняла.

— Ты хочешь приставить ко мне охрану? — спросила Линда.

— Разумеется.

— Не стоит. — Она покачала головой. Не хватало еще, чтобы ретивые телохранители Тони отследили, что она агент секретной службы.

— Это не обсуждается.

— Тони, Тони, — окоротила его Оливия. — Если Линда не хочет, я думаю, не стоит усложнять ей жизнь.

— Да, мы сделаем ее жизнь несомненно проще, если любой праздношатающийся снайпер сможет пристрелить ее на улице.

— Я им не нужна. — Линда чуть не добавила «к сожалению». — Стреляли в тебя.

— Мы должны тебя обезопасить, — гнул свою линию Тони. — Если ты отказываешься от охраны, устроим скандал.

— Что? — непонимающе нахмурилась Линда.

— Ви, проскальзывала ли в прессе информация обо мне и мисс Тайлер?

— Разумеется. Светская хроника не упустит такой новости. Снимки с субботнего благотворительного променада появились в «Жизни знаменитостей» вчера.

— Отлично. Берем фотографов и едем на бал.

— Тони! Никуда ты не…

Он ее не слушал.

— Там после зажигательного танго на виду у всех я скажу Линде несусветную гадость. Она, как благовоспитанная девушка, огреет меня сумкой по голове и гордо удалится, стуча каблучками. С этого момента мы официально в ссоре. — Он повернулся к Линде. — Не забудь сказать, что ты меня ненавидишь и никогда больше не хочешь видеть.

— Тони, ты серьезно? — спросила она, не веря своим ушам.

— Солнышко, все продвинутые снайперы читают газеты. Тебя никто не тронет, если ты не будешь связана со мной. Хотя охрана подошла бы лучше.

— Ну уж нет.

— Тогда придется кричать на меня погромче. Можешь даже вставить — о боже! — несколько бранных слов.

Линда во все глаза смотрела на Тони и не знала, как на все это реагировать. Тони не сказал, что официально дает ей отставку, он только инсценирует ее.

— Ты чертов Дэвид Копперфилд.

Он усмехнулся.

— Да, я сам от себя балдею, детка.

— Что это такое? — спросил Алекс и положил перед Линдой газету.

— Периодическое издание. — Линда отодвинула бульварный листок. Она и так знала, что там увидит. — Алекс, это мое спасение. Ты наверняка знаешь о вчерашнем покушении на Мэтьюса.

— Да, и знаю, что ты была с ним.

— Еще бы, на пороге собственного дома. Тони решил обезопасить меня таким образом. Грозился приставить ко мне охрану, еле удалось отвертеться. Представляешь, как бы они обрадовались, если бы увидели, что я вхожу сюда? — Маленький кабинет шефа располагался на десятом этаже типового офисного здания, набитого сотрудниками, как улей пчелами. Линда периодически радовалась, что не работает здесь официально. Гораздо проще быть агентом под прикрытием… ну, так она думала до недавнего времени. — Они бы обделались от радости.

— Линда, где ты нахваталась подобных выражений? У Мэтьюса?

— Да, его стиль поборол мое английское образование. — Она теребила ремень сумки, испытывая настоятельную потребность что-нибудь вертеть в руках. — Если он виновен, почему его пытаются пристрелить?

— Потому что он виновен. — Алекс шуршал бумагами. — Он не угодил поставщикам, он слишком много знает, он грозится сдать всех копам — причин может быть множество, хотя достаточно одной. Вряд ли Тони Мэтьюса хотят убить потому, что он отдавил кому-то ногу в автобусе.

— Он не ездит в автобусах.

— Вот видишь.

— Алекс, я видела его в работе. Человек, торгующий героином, не может так разговаривать с больными детьми.

Шеф помолчал, потом негромко заговорил:

— Линда, я вижу, случилось то, чего я опасался: ты очарована Мэтьюсом. Сейчас тебе кажется, что он не способен совершить преступления, в которых мы его подозреваем, но, поверь мне, это не так. Я работаю в системе уже тридцать лет. Я видел всякое. Видел благообразных отцов семейств, убивавших школьниц и произносивших прочувствованные речи на праздниках в колледже. Видел скромных бухгалтеров, чьи тайные состояния, нажитые на экономии благотворительных средств, исчислялись сотнями тысяч. Видел торговцев героином, которые не испытывают никаких моральных терзаний и ходят в церковь по воскресеньям. И таких, как Мэтьюс, я видел тоже. Они чувствуют себя безнаказанными, потому что их защищает толща денег и работа по правительственным программам. Половина СМИ Мэтьюса пропагандирует официальную точку зрения на политические события. Он ходит к президенту на чай, если выдается свободный вечерок. И в какой-то момент такому человеку становится скучно. Он всего достиг, у него все есть, так отчего бы и не поиграть с законом? Острые ощущения, которых так не хватает. И вот он едет на мексиканскую границу, строит из себя боевика, а его личный самолет тем временем стоит на Карибах, его пресс-секретарь шлет в журналы поддельные снимки, чтобы босс мог насладиться экстремальным отдыхом. Линда, мы запросили все карибские отели. Все, включая клоповники, где останавливается беднота. Мэтьюса не было на курортах два месяца и три недели. Он появился в «Ройяле» на Антигуа за неделю до своего возвращения в Нью-Йорк, провел все время в номере — у бассейна с красотками его никто не видел. Его друг Котман в это время был в Лос-Анджелесе, где неизвестно чем занимался под прикрытием переговоров о покупке кинокомпании, а ассистент Оливия Хедж обеспечивала информационную поддержку здесь. Тони Мэтьюс виновен, Линда. Как только мы найдем доказательства его присутствия в Мексике — снимки, медкарту, свидетелей, что угодно, — мы его посадим и его не спасет никакая федеральная программа. — Алекс умолк.

Линда сидела неподвижно, глядя в лицо шефа. Он прав, а она не права, все, что он говорит, логично и справедливо. Тони может не быть тем, за кого она его принимает, она просто замечталась, влюбилась, создала себе идеальный образ, отшвырнув доказательства. Линда вспомнила, как водила кончиками пальцев по лицу Тони, на мгновение зажмурилась и тут же открыла глаза. Все, она больше не будет прятаться.

— Ладно, Алекс. Но я все равно не вижусь с Тони. Он сказал, что, пока не уляжется ситуация с покушением, он не допустит, чтобы мне угрожала опасность.

— И это хорошо. Ситуация усложнилась, Линда. Этим делом займутся другие, а ты можешь считать свою миссию выполненной.

— То есть я больше не буду с ним встречаться?

— Больше нет. Иди отдыхай.

— Спасибо, — сквозь зубы поблагодарила Линда.

Она вышла из кабинета Алекса, медленно дошла до лифта, спустилась на первый этаж и покинула здание. Сейчас ей не хотелось быть здесь. Все, что говорит Алекс, справедливо. Тони, судя по всему, виновен. Но что-то мешало Линде в так красиво сложенной головоломке. Маленькая деталь, которая беспокоила ее, когда она оказывалась рядом с Мэтьюсом. Что-то было не так, однако она не могла разгадать что. Линде казалось, что эта деталь — ключ ко всему.