Чтение онлайн

— Очень, отв?тилъ я добр?е.

— И способности въ ней находите?

— Не особенно блестящія, по прочныя; учится она прекрасно и д?вочка пресимпатичная.

Графъ трясъ мн? руку и глаза его были влажны.

Мн? стало его не на шутку жалко; врага я въ немъ не видалъ, но не могъ идти къ нему и въ друзья, даже еслибъ между нами и не легла пропасть обмана.

— Графиня, чуть слышно вымолвилъ онъ, строгонька къ ней и не особенно ласкова…. Тутъ есть причина… я не им?ю права объяснить ее… но причина есть. Я преклоняюсь передъ строгостью ея нравственныхъ началъ…

Фраза вышла у него до того искренне и горячо, что я чуть не фыркнулъ: очень ужь см?шно мн? стало, и горько въ то же время, сопоставить ее съ т?мъ, чему учила меня графиня ровно за пять сутокъ до этого разговора. Врядъ-ли въ состояніи былъ бы я выслушать еще н?сколько фразъ въ такомъ вкус?; но «евангеліе» графа Платона Дмитріевича появилось въ дверяхъ кабинета и прервало нашу бес?ду.

Догадалась ли графиня о томъ, что графъ изливался мн?? Думаю, что н?тъ. Онъ же не посм?лъ сообщить ей этого.

Но въ ея присутствіи онъ еще разъ пожалъ мн? руку и обращаясь къ ней сказалъ:

— Вотъ нашъ в?рный другъ, Barbe. Чувствую, что мы съ нимъ скоротаемъ нашъ в?къ.

Сл?довало бы мн? провалиться на м?ет?; но я вынесъ, даже глазомъ не моргнулъ! Наставниц? не м?шало похвалить меня за выдержку.

Ничего не изм?нилось въ моемъ дн?. Даже занятія съ графиней пошли по-старому. Графъ зналъ объ нихъ изъ писемъ жены и настаивалъ на томъ, чтобы я продолжалъ учиться. Въ то время, какъ я бралъ уроки въ зал? или боскетной, мужъ запирался въ кабинет? и писалъ тамъ разныя записки.

За уроками графиня вела себя, какъ ни въ чемъ не бывало, т.-е. такъ, какъ и безъ графа. Подъ конецъ учебнаго вечера, она говорила мн? дв?-три фразы — не больше, добродушныя и невозмутимый. До дальн?йшихъ объясненій она не допускала меня.

— Мы ?демъ около Рождества въ Москву, объявила она мн? заблаговременно; не хотите ли теперь отправиться въ вашъ первый объ?здъ, чтобы потомъ быть свободнымъ до весны.

Умъ этой женщины работалъ неутомимо; она вполн? поняла, что мн? необходимо исчезнуть хоть на время. Даже и въ этомъ она меня предупредила.

Я у?халъ черезъ два дня, напутствуемый сладостями графа. Никакого особаго прощанья съ нею не было. Съ прі?зда мужа она не выходила изъ роли наставницы, в?роятно, чтобъ успокоить сколько-нибудь мою «студенческую сов?сть».

Выпалъ сн?гъ, и я, зас?вши въ кибитку, началъ шнырять по восьми у?здамъ двухъ губерній. Им?нья графа были крайне разбросаны, и я нашелъ въ нихъ порядочную безтолочь, хотя мужику жилось почти везд? настолько хорошо, насколько можно было при кр?постномъ прав?. Графъ позволялъ обкрадывать себя; но живодерства и грабительства крестьянъ не любилъ. Мн? пришлось распоряжаться диктаторски съ разными бурмистрами, прикащиками, земскими и старостами. Съ глазу на глазъ съ крестьянской нуждой я нашелъ въ себ? прежнюю стойкость хуторскаго отшельника, и разжалобить меня не удалось ни одному шельм?-писарю. Не смутился я т?мъ, что на меня полет?ли жалобы къ его сіятельству. Мужикамъ я говорилъ везд? одно и тоже: «воля не за горами; но сум?йте дождаться ея; я вашъ заступникъ и выхлопочу вамъ все, что только могу». Въ одномъ торговомъ сел? оказалось, что вся почти ос?длость была куплена крестьянами еще у стараго барина, т. е. у отца графа Платона Дмитріевича; но останется ли она за ними безъ выкупа — они сильно сомн?вались. Я ихъ обнадежилъ, и тутъ обратился мысленно къ своей союзниц?. Внутренній голосъ говорилъ мн?:

«С ней ты этого добьешься; только будь умникъ, не смущайся вздоромъ».

Но молодость брала свое. Я ни одного дня не провелъ безъ думы объ ней, безъ тоски но ней, — и все-таки съ каждымъ днемъ зр?ло во мни новое р?шеніе: «обманомъ жить нельзя». Время лет?ло очень быстро въ разъ?здахъ, ревизіяхъ, сходкахъ, разбирательствахъ и диктаторскихъ переворотахъ; но я считалъ каждый день и зналъ, что онъ приближаетъ меня къ разрыву, къ смертной операціи, къ самой смерти. Да, я не лгалъ себ?. Я могъ тогда сгибнуть отъ такого исхода, а все-таки шелъ на него.

Переписки между нами не завязалось. Меня оставляли успокоиться, и самъ я не писалъ. И что могъ я писать? Пришли только въ разныя м?ста моихъ стоянокъ два письма графа. Онъ изв?щалъ, что волю ждутъ къ Новому году, или много много къ маслениц?, и что онъ собирается въ Петербургъ ненадолго, а меня ждетъ въ Москву въ январ?. М?сто члена отъ правительства въ одной изъ губерній, гд? онъ пом?щикъ, — за нимъ, и его предложеніе принято министромъ съ заявленіемъ особаго удовольствія.

Онъ былъ переполненъ «событіемъ» гораздо больше меня, и это удвоило мою р?шимость. Посл?днія два им?нія я обревизовалъ наскоро, разсчитывая начать съ нихъ весной и какъ фельдъегерь мчался въ Москву.

На этотъ разъ я остановился въ гостиниц? Шевалдышева. Графиня могла черезъ мужа знать, что я прі?ду около Новаго года; но я попалъ только посл? Крещенья. Въ нумер? я не сп?ша разложился, отдохнулъ, съ?здилъ позавтракать въ Лоскутный и тогда только вел?лъ извощику везти себя на Садовую. На меня напалъ особаго рода столбнякъ, и я свиданія нисколько не боялся. Мн? даже см?шно было вспомнить, съ какимъ волненіемъ подъ?жалъ я въ кибитк? къ розовому дому, съ колоннами и графскимъ гербомъ.

Лакеи съ удивленіемъ посмотр?ли на меня, и одинъ изъ нихъ, ходившій за мною въ Слободскомъ, съ очень глупой миной сказалъ:

— А в?дь для васъ, сударь, антресоль приготовленъ. Вотъ ужь которую нед?лю отапливаютъ.

Я ничего не зам?тилъ на это, но видъ хранилъ отм?нно-суровый.

— Графиня дома? отрывисто спросилъ я.

— Никакъ н?тъ-съ, у?хали съ визитами.

— Барышня дома? продолжалъ я такъ же.

— Барышня учится, и мамзель дома.

Наташу я нашелъ въ классной и при ней д?вицу — «кандидатку», зам?нившую меня не части русской грамоты. И миссъ Уайтъ мн? обрадовалась. У меня что-то не хватило духу сказать имъ, что я не буду жить съ ними въ одномъ дом?.

Съ Наташей на кол?нахъ (кандидатка удалилась) застала меня графиня.

Мы оба вскочили. Графиня стояла предо мной въ б?лой шляпк?, въ темно-малиновомъ бархатномъ плать?, съ улыбкой, н?сколько удивленная. Отъ нея пахло воздухомъ и зимой, щеки чуть-чуть порозов?ли. Она была удивительно хороша.

— Что за сюрпризъ? спросила она, подавая мн? руку такъ, чтобы я ее поц?ловалъ.

— Сегодня только прибылъ, доложилъ я.

— А написать трудно было. Пожалуйте-ка за мной.

Она вышла изъ классной, Наташа выпустила мою руку и жалобно погляд?ла на меня.

Мы не дошли до угловой. Въ гостиной графиня остановилась и выговорила вполголоса

— Обрадовать васъ новостью?

— Какой? хмуро откликнулся я.

— Вы — отецъ…

Я отскочилъ, а она, приблизившись ко мн?, взяла меня за руку и, тономъ серьезной, спокойной жены, совершенно какъ и быть сл?дуетъ, продолжала:

— Вотъ у васъ еще ц?ль: будете воспитывать вашего ребенка, не говоря уже о Наташ?. Не сердитесь на меня: я невиновата.

Она улыбнулась и громко сказала:

— Вы не думаете ли въ трактир? жить? Я сейчасъ пошлю за вашими вещами. Пойдемте въ угловую.