Чтение онлайн

– Ты и так веришь, что я техномаг, – проворчала я, оценивая наряд. Он и правда казался уместным и очень правильным.

Глеб не ответил, протянул руку и поправил на мне шляпку.

– Мне кажется, тебе нравится наряжать меня как куклу, – буркнула я.

– Вообще-то, – я поймала в отражении улыбку Глеба, – куда больше мне нравится девушек раздевать. – Он наклонился чуть ближе и тихо добавил: – Но ты же пока не готова к такому уровню доверия.

Я задохнулась. То ли от тугого пояса, то ли от его наглости.

Глеб уже успел отвернуться и деловито сказал:

– Идём, ревизор. У тебя завтра важный день.

Когда мы вернулись домой, всё, чего я хотела, это упасть на диван, никогда не выходить из комнаты и не видеть Глеба. У Глеба были другие планы. Для начала он подписал моё поддельное разрешение на использование магии. Ага, а раньше я ей не пользовалась только потому, что у меня документов не было…

– Садись, – велел он, даже не посмотрев в мою сторону. – Ты должна как следует отрепетировать свою речь.

– Может лучше кофе? – без особой надежды спросила я, хотя не отказалась бы от возвращения к должности бариста.

– Вон там, в банке, – он равнодушно махнул рукой, записывая что-то в своем блокноте. И милостиво разрешил: – Свари себе, если хочешь.

Кофе я не хотела. Но это нехитрое занятие принесло хоть какое-то ощущение стабильности, которого с Глебом не было и, кажется, быть не могло. Я протянула ему чашку с напитком, он мне – лист из блокнота. Но местных букв, тем более в торопливом исполнении Глеба, я так и не знала. Поэтому вернула лист обратно.

– Чему вас в магакадемии учат? – проворчал Глеб и начал зачитывать вопросы: – «Как осуществляется контроль за магической стабильностью кристаллов?», «Произведите демонстрацию безопасности батареи третьего поколения»…

– Я должна запомнить это за один вечер? – вздохнула я, потому что не понимала, о чем вообще должна говорить на фабрике. – Может, ты сам станешь спрашивать обо всем?

– Полина…

Глеб склонился надо мной, как в первую нашу встречу над Фонарёвым. Посмотрел на меня так пристально, будто хотел спросить, где я спрятала труп. А я бы призналась, даже если бы не знала, о ком он говорит. И я поняла: Глеб бывает не только раздражающим или милым, иногда он может пугать.

– Ты техномаг, – вкрадчиво сказал он. – Ты, а не я. Скажи мне, ты видела когда-нибудь ревизора, который бы слова не мог вымолвить?

– Может, тогда сказать, что я на практике?...

– На практике тебя угостят чаем с конфетами. А нам надо пройти туда, куда не пустят даже полицию, – сурово сказал он и выпрямился. – В твоих словах должна быть как минимум угроза увольнения, а не “я на практике”.

Глеб принес мне новый блокнот и протянул карандаш.

– Я буду диктовать, ты записывай так, как умеешь.

После чего стал медленно повторять вопросы. Я записала всё, как можно тщательнее. Он посмотрел на ровно выведенные строки. Кажется, испытал то же, что и я, когда пыталась прочесть его заметки.

– Слова на незнакомом языке… – задумчиво протянул он.

Я думала: вот сейчас он мне поверит, что я из другого мира. Но Глеб вдруг улыбнулся и единственный раз за этот день похвалил меня:

– Это же гениально! Люди пугаются, когда техномаги начинают писать. Особенно что-то непонятное и молча.

Потом он принялся изображать главного инженера фабрики. Андрей Лебедев мертв, вопрос о наследстве не решен, но фабрика продолжала работать. И, конечно, кто-то сейчас занял место её руководителя. Глеб сказал, что без веских причин к высшему руководству мы не попадем, но нам это и не нужно. Там найдется, кому нас встретить. Именно такого человека и пытался отыграть Глеб.

– Приветствую, госпожа ревизор. Что вас интересует?

– Эм… добрый день, – я чувствовала себя глупо уже сейчас. – Я хотела бы… эээ… ознакомиться с условиями хранения батарей.

Это звучало так нелепо, что захотелось вымыть рот мылом. Или хотя бы съесть что-нибудь сладкое, чтобы заглушить вкус самозванства.

– Хранение у нас отличное, сейчас всё покажу. Вот, проходите! – Глеб демонстративно отошёл в сторону, как будто открывал дверь.

Я неуверенно прошла мимо него, представляя, как иду на какой-нибудь склад.

– Ты вообще в курсе, что ревизор не должен ходить туда, куда его зовёт инженер? – остановил меня Глеб. – Тебя развели, обманули, покормили конфетами и отправили домой ни с чем. Это он должен идти за тобой и пытаться не дать тебе попасть туда, где что-то идет не по правилам.

– Тогда зачем ты вообще заставил меня учить эти идиотские вопросы? – разозлилась я.

– Чтобы ты знала, что в первую очередь может заинтересовать ревизора. Ты всегда действуешь по инструкции?

– Да, если не имею никакого представления, как вообще себя ведут настоящие техномаги, – буркнула я.

Глеб потер лоб, раздумывая. Я хотела предложить найти вместо меня кого-нибудь другого. Или хотя бы отложить визит на фабрику на годик-другой. Но он вдруг сказал:

– Ладно, просто с важным видом ходи и спрашивай “А что у вас тут?”. Иногда говори какие-нибудь умные слова из списка или… откуда ты там?… Из своего мира. Если что, я тебе подскажу, как действовать.

– Ты наконец поверил, что я не из этого мира? – спросила я с надеждой.

– А откуда ещё быть девушке, которая с одного взгляда нашла в толпе любовника вдовы, но непробиваемо тупа, когда дело касается серьезных задач?

Вообще-то было обидно. Я поджала губы, сдерживая злые слова. Было бы, куда идти, то давно бы хлопнула дверью. Но Глеб, кажется, понял, что перегнул палку.

– Ладно, ладно. Завтра ты будешь шикарна, как и всегда. Громов до сих пор под впечатлением от встречи с тобой.

Он зачем-то погладил меня по голове. Наверное, это его способ быть милым. А потом вернулся к прерванному занятию:

– Образ немногословной ледяной девы тебе подойдет больше. Но тогда тебе нужен уверенный взгляд. Подбородок выше, – он прикоснулся пальцами к моему лицу. – Смотри на всех так, чтобы у любого начальника от напряжения свело левую лопатку. Они должны думать, будто ты знаешь, сколько стоит их магоборудование, и сколько лет им сидеть, если ты решишь, что они используют его не по назначению. Ты видела, как ведет себя вдова Лебедева. Ты должна быть надменнее её, ведь можешь лишить её всего имущества одним словом.