Чтение онлайн

Я погладила лениво развалившегося Аркадия и направилась в сторону кухни. Мейн-кун гордо прошествовал за мной. Димка играется с новым роботом, которого недавно ему принес Матвей, а Влад заполняет школьный журнал с оценками. 

Еды, вроде бы, валом. Но я, как идиотка, вытаскиваю какао и достаю из холодильника плитку шоколада. Тесто месить десять минут, пирог готовится полчаса. Пока мужчины мои поужинают первым, пирог будет готов. 

– Марф, - кричит из зала брат, - к нам сейчас парни подтянутся.

– Парни?
– переспросила на всякий случай. 

– Ага, Тин, Матвей точно. Олег еще под вопросом. 

– Великолепно. 

– Мы пива попьем, - продолжает отчитываться брат. Конечно, приятно - раньше он так не делал. Но я вообще-то сегодня и вправду рассчитывала на свидание.
– Ты с нами будешь? 

– Влад, ты меня видел? Куда мне пиво? 

– А что?
– брат оторвал голову от журнала и перевёл на меня взгляд. 

– Мне пивного живота не хватало. От этого как-то избавиться бы.

– Не придумывай. Ты неплохо выглядишь. Да, возможно, пару сантиметров на боках лишние. Но бороться с этим можно. Хочешь - будем ходить в наш школьный спортзал.

– А что там?
– заинтересованно уставилась на Влада.

– Пару тренажеров и много пространства. Если договориться с физруком, то он просто даёт ключ от зала. 

– Спасибо, - я на радостях подскочила к Владу и клюнула его в щеку. Скулы брата тут же покраснели, а я решила не нарываться и убежала на кухню.

Первым из парней приехал Матвей. Он вручил Димке пакет конфет, пожал руку брата и повернулся ко мне: 

– Мне птичка нашептала, что ты снова с криминалом связалась.

– Матвей, ну, хватит, - завыла я. Знаю уже по опыту, что он меня подкалывать начнет. 

– Это мы тебе должны сказать: "Ну, хватит лезть на рожон". 

Я показала парню язык и ушла на кухню. Но друг Влада решил идти за мной.

– А если серьезно, Марфа, то стоит действительно быть осторожной. Те люди, с которыми ты вчера познакомилась, далеко не простые.

– Что? Ты говоришь, что мне угрожает опасность? 

– Не говорю. Но возможно все. Просто будь осторожной и не шляйся по кустам больше. 

– Спасибо за заботу. Но я...

Договорить мне не дал Тин, который появился в дверях кухни. Парень поставил на стол огромный пакет и подошёл вплотную ко мне. В тот момент я настолько ошалела, что не могла и двинуться. Он что, снова будет меня целовать? При всех?! 

Но Тин только шлёпнул меня по плечу: 

– Там жук сидел. И где ты только его откопала в январе? 

– Ты что, забыл, - протягивает Матвей, - она мастер находить приключения. 

Тин хмыкнул и принюхался.

– Это что, шоколадный пирог?
– на лице его растягивается глупая широкая улыбка. А глаза, с вкраплениями наглости и самодовольства, смеются надо мной. Я оставила без комментариев его реплику и стала разбирать пакет. 

Много пива, закуски и сладостей. 

Понятно, похудеть мне не дано. Не такая уж у меня сила воли, чтобы отказаться от шоколадных эклеров с клубникой внутри. Мои любимые, между прочим. Парни вышли из кухни и я услышала, как Димка принялся им рассказывать о новом мультфильме. 

За столом мы говорим о всякой чепухе. Пока речь не заходит о ЛГБТ. Я, конечно, не приверженец такого строя. Понять людей мне сложно, потому что сама я не отношусь к ним. Но и осуждать их вовсе не хочется.

– Погоди, - я остановила речь брата, - что ты имеешь ввиду против парней нетрадиционной ориентации? 

– А что быть "за" них? Нет уж, спасибо, - отмахнулся Влад, отпивая из огромной чашки пиво.

– Нет, но ты мог бы менее экспрессивно и осуждающе говорить об этом.

– А ты что, тоже из ЛГБТ?
– интересуется Матвей.

– Нет. Но мы же не можем в головы залезть к этим людям и поменять им что-то.

– Это ненормально, - сухо заметил Влад. 

– Нет уж, меня раздражает эта узколобость. Кто создал параметры "нормально" и "не нормально"? Разве можно оценивать что-то из психологических процессов? Пусть эти критерии и рамки остаются для ядерных реакторов - там без них не обойтись. А вот человека никто не может оценивать по нормальности. Никто на 100% не изучил психику и ее подводные камни. Так что мы не можем никак оценивать действия трансгендера или бисексуала. Просто так сложилось.

– Тише, малышка, - хмыкнул Матвей.
– Мы поняли, что ты ярая защитницы. Но давай предположим такую ситуацию. Тебе уже 50. Ты приходишь домой, а твой сын с порога заявляет: "Мама, это Рома. Мой парень и мы будем жить с вами." Ты что же, с радостью примешь выбор сына стать геем?

– Конечно, мне будет сложно. Все-таки сын не сможет иметь детей или будет прибегать к услугам доноров и суррогатных матерей. Но я же не выгоню его на улицу, не лишу наследства и не откажусь от сына. 

Я во время своей речи уже чуть ли не перешла на крик, поэтому пришлось выпить тоже пива для пересохшего горла. Хотя и не прикоснулась к нему до этого. 

– А вот, если...
– Матвей снова начал придумывать аргументы. 

– Хватит, - неожиданно высказался Тин, до этого молчавший.
– Брейк. А то вы сейчас переключитесь на пожары в Австралии, массовые заболевания в Китае и ужасную экологическую ситуацию. Поберегите мои нервы. 

Ближе к девяти я пошла укладывать Димку спать. Маленький вымогатель, строя мне глазки, попросил сказку. Пока я вникала в трудности русского фольклора, племянник засопел и сладко уснул. Вышла из его комнаты и направилась в свою: сегодня должны были с работы написать по поводу качества перевода первой части книги, которую я скинула пару дней назад. 

На смартфоне так ничего и не появилось от работодателя. Зато написал Олег. Бывший снова спрашивал, когда и куда он может приехать. Не понимаю, чем же ему так неймётся? Что изменится, если он расскажет мне о своих извращенческих приключениях? 

После того случая, когда я застукала бывшего с его мачехой, я поняла одну важную вещь. Все эти ЛГБТ - хорошие люди. А вот если ты трахаешь жену отца, то у тебя появляются серьезные проблемы психического характера. В таком случае точно понадобится помощь хороших специалистов и полные исследования. Со злорадством представляю, как бывший в смирительной рубашке сидит перед делегацией врачей, а те ставят на нем опыты.

Перехожу в чат с бывшим и пишу ответ: Я еще не спрашивала разрешения у хозяев. Напишу ответ завтра. 

Как же хорошо, что понятие "завтра" слишком растянуто. Оно никогда не наступает. Всегда остаётся "сегодня", а завтра и остаётся неизменно в будущем. В тот момент, когда я собралась выходить из комнаты, гаснет свет во всем доме. Я думаю о том, что Димка захотел спать очень вовремя. Резкое выключение электричества могло напугать малыша. 

Когда открываю дверь, ведущую из спальни в зал, меня снова толкают обратно и зажимают рот ладонью. Мой воспалённый мозг тут же подкидывает воспоминания сегодняшнего вечера, где Матвей говорил о вчерашних участниках задержания. Неужели, это пришли по мою душу?..