Попытки
Шрифт:
Я соглашусь, если вы мне скажете, что и я поступил не правильно, не попытавшись все наладить. Но вы не представляете какого мне было. Я впал в деперссию, разочаровался в лучшем друге, потерял шанс на любовь, я потерял уверенность в себе, ведь те, в ком я был уверен бросили меня, а значит я ошибался, значит то, что было для меня истиной теперь рухнуло. Я был опустошен и даже не пытался найти выход. Только пил и винил во всем себя... Задумайтесь теперь над тем, кто ваши друзья?
– Олеж, мне очень жаль... Мне, наверное, не суждено тебя понять, ведь я поступила бы по-другому, я не знаю, что тебе сказать, чтобы поддержать.
– А ничего говорить и не надо... Слова давно не помогают...
15
– Диан, ты не против, если я возьму перерыв, и схожу покурить? Займешь пока своих зрителей чем-нибудь?
– Не против.
Я уже изрядно поднакидался. Примерно до той стадии, когда от нахлынувшей грусти хочется просто уйти, не сказав никому ни слова. Это кажется правильным решением, ведь настроение портить никому не хочется.
"Скоро начнется рассвет..." - я подумал про себя, подкурив сигарету. Второй раз я встречаю его не один.
"А если подумать, то с чего бы мне грустить? Хм... ну тут все понятно. Недавно, буквально на прошлой неделе, я по военной обязанности, конечно, сам я этого не хотел, уехал на военные сборы к берегу реки. Я понимал, что жить придется в тяжких для более менее цивилизованного человека условиях. На самом деле так оно и оказалось. Погода сыграла с нами плохую шутку, и как только мы туда приехали, начался дождь. Несмотря на то, что нам сказали, что палатки не протекают, они все таки протекли. Не удивительно, ведь это реквизит нашей сраной бомжарской школы. Что еще от нее ожидать. Готовили в полевых условиях и всегда одну и ту же пищу: каша, суп, рожки и, если повезет, то гречку. Это было отвратительно. Но знаете, что я вам скажу. Там я знал свое место. Да нет! Каждый знал свое место и вс. Неделю, что мы там были, нам ни разу не приходилось думать о чем-то плохом, кроме еды, конечно. Нам не было скучно, потому что дни были загруженными. Друг от друга там некуда было деться , поэтому все научились друг с другом жить и ладить, помогать и поддерживать в любой ситуации. Я не понимал ценность этой недели до тех пор, пока не приехал обратно домой. Я увидел, как люди относятся друг другу здесь , и это с новой силой ударило по мне. Я понял, что я для многих лишь запасной вариант, так : "чтобы совсем не заскучать, можно и Олегу позвонить...". Увидел, что все друг на друга срать хотели, у каждого свои проблемы, у каждого на уме свое, они лишь ноют и просят, чтобы им помогли, а потом забывают. " Так не делается ребятки...". Видимо до того, как я уехал на сборы, я настолько привык к этому, что научился жить и не нуждаться ни в ком. Но сейчас это вызвало у меня очередную депрессию и повод задуматься над тем : кто я вообще, в чем мое призвание, кто для меня настоящий, а кто фальшивка, пользующаяся мной, есть ли люди, что всегда будут рядом и что мне все таки делать? Наверное, придется все таки свыкнуться со всем этим или ответить на вопросы....
Конечно, я понимаю, что всем окружающим ужравшимся малолеткам и дела нет до меня, они наслаждаются своей жизнью пока есть время, не задумываясь над всеми этими вопросами. Наверное, они и правы. Зачем все усложнять, когда можно поступить проще: найти себе какую-нибудь шерсть и драть ее с удовольствием, пить, курить и ходить на дискотеки, чтобы там, пока не видит та, которой они пользуются сейчас, трахать других и совершенно не париться.
Нет, таким я никогда не стану. Лучше выстрелю себе в висок, лишь бы только пуля добила меня окончательно с первого раза, чтобы больше не мучили меня эти мысли. Но и на это кишка тонка...Буду продолжать влачить свое жалкое существование по этой сточной канаве, пахнущей дерьмом, блевотиной и кровью из перерезанных вен, которая называется жизнью..."
От сигареты остался бычок, а в пачке пусто, как пусто и во всех пачках вокруг. Выпивка заканчивается, а это означает, что и беседа скоро подойдет к концу, ведь делать здесь больше нечего. Но пока есть последний стакан, я отвечу еще на один вопрос...
16
Подойдя к дивану, где красовалась собой перед камерой Жанна, я заметил стакан:
– Это последний - сказала Диана - Больше ничего не осталось, специально для тебя приберегла.
– с видной гордостью произнесла это она. Чем ты гордишься? Спаиваешь бедного парня. Хотя для меня это только хорошо, ведь рассвет заиграет яркими красками, если я буду достаточно пьян...
– Спасибо тебе, большое. Что бы я без тебя делал?
– конечно же, это бы сарказм...
– Ахахах, ну не знаааааю... ко мне подходили подружки. Просили, чтобы мы поцеловались...хорошо, что я камеру убрала.
– она покраснела.
– Ну что ж, почему бы и нет, один маленький поцелуй, чтобы твои подруги успокоились.
– я дотронулся краем пальцев до ее подбородка и аккуратно подтянул к себе, чуть-чуть поцеловав ее в губы. Это было неплохо!
"Ураааааааа, ахахахахха, смотрите, как это было мило, божечки ты мой!!!" - прозвучало где-то вдалеке.
– Олеж, этого я не ожидала, но честно признаться, ты меня приятно удивил. С тобой я совсем позабыла о своих проблемах.
– Так всегда бывает...
Стакан я почти допил... было понятно, что есть еще много вопросов, но , кажется я сбил Диану с нужной волны , и она не сможет больше ничего из меня вытянуть, или...
– Слушай, Олеж, ты рассказывал о периоде, когда ты сломался и потерял себя. Люди обычно просто так не справляются с этим. Как ты с этим справился?
– Хм... ну пожалуй я смогу тебе рассказать, как я вышел из самой глубокой в моей жизни задницы. Слушай.
Примерно полгода прошло с того момента, как я потерял ,казалось, в своей жизни все. Все, что меня спасало, это подготовка к экзаменам, но когда я их все сдал, то угнетенность вернулась обратно. Выпивка уже не помогала, друзья говорили одно и тоже, с каждым разом напоминая мне о прошлом все больше, что бесило меня, поэтому долго находиться с ними я не мог.
В это время, мне позвонил брат и предложил приехать к нему в Казахстан. Я подумал, что это шанс. Уехать отсюда и попытаться все забыть. Быстро собрав вещи и купив билеты, я уехал из этой залупы. Через несколько дней брат встретил меня в аэропорту и сообщил еще одну новость, что в Казахстане мы долго не засидимся и поедем на море. Я никогда не был на море. Радовало и то, что поехали мы туда на машине, а это означало, что я смогу сблизиться с Гришей как никогда, рассказать ему о своих проблемах и услышать его мнение. К сожалению, он сказал тоже самое, что и все. Проезжая по стране, мы делали остановки с ночевкой разных людей. Я слушал их, смотрел, как они живут. Все такие разные, но что-то их всех объединяло, общаясь с ними, я чувствовал себя частью чего- то большего. Прежде я никогда этого не чувствовал. Это помогло мне. Стало легче. Но депрессия не уходила. Я думал уже опустить руки. Но тут мы приехали на море. В первую же ночь мы с Гришей пошли в клуб, чтобы выпить и по возможности подцепить девчонок на ночь. Ничего не вышло. Но во второй день для меня все изменилось. Напившись, мы с братом пошли по берегу, чтобы найти что-то новенькое. Потеряв надежду, собрались домой, но увидели трех девчонок, которые куда-то целенаправленно шли. Это был шанс. Куда они так бежали? Тогда Гриша, не теряя времени подбежал к ним, объяснил нашу ситуацию, и знаешь что? Они пригласили нас в клуб, в котором мы еще не были. Он назывался "Гаваи" по- моему...Сам не знаю почему. Может, потому что он был весь в пальмах под открытой крышей и рядом с пляжем? Ну , это не важно. Игорь быстро заболтал всех, а я шел молча позади. Я уже говорил, что не умею знакомиться с девушками. Придя в клуб, Игорь заказал выпивку нам всем. Я все так же молча присутствовал в этой компании. Тихонечко попивая свой коктейль, я обратил внимание на то, что в компании я не был такой один. Одна из девчонок, сидевших прямо напротив меня, так же молчала и пила то, что было у нее в стакане:
– Слушайте, девчонки, сколько лет вы дадите моему брату?
– спросил Гриша , видно для того, чтобы как-то разбавить обстановку.
– 19! Нет, 20! Да, мы дадим ему 20 - в один голос прокричали они. Не подумайте, что они были придурошными, если кричали. Ведь музыка там долбила так, что спокойным тоном там ничего не расслышишь.
– Вы издеваетесь надо мной. Ему же 16. Вот ты гребаный акселерат!
– Игорь, не пали меня!
– ожил я.
С этого момента я смог заговорить с молчащей девушкой и узнал ее имя. Это была Настя. Фамилию ее на тот момент я не мог выговорить, не то что запомнить.
Слово за слово, и мы понял, что нам здесь мешают, что стоит поговорить один на один. Конечно, не я взял все дело под контроль, а она. Настя сказала всем, что ей хочется потанцевать, подошла ко мне и спросила : "Пойдешь со мной?" - не дожидаясь ответа, она схватила меня за руку и повела на танцпол. "Боевая девчушка, ничего не скажешь" - помню, тогда я так подумал. К тому моменту, как мы пришли на сцену, заиграл "медленный танец", ну что может быть лучше. Тогда , обняв ее и положив руки ей на талию, мы медленно закружились в танце, шепча что-то друг другу на ухо. Сейчас я уже не помню, о чем мы конкретно говорили, но это ведь и не важно, правда? Время вышло, клуб закрылся, мы распрощались с девушками, договорившись, что завтра мы встретимся еще. Я понимал, что жизнь могла сделать так, что мы бы не увиделись больше, от этого мне стало больно прощаться с ней. Она взяла с меня слово, что мы еще увидимся.
В следующий вечер Гриша им позвонил. Откуда он взял их номер? Наверное, пока я наслаждался танцем и разговором с Настей. Помню, что мы танцевали один и тот же танец, хотя музыка играла уже совершенно другая, она и я уже не замечали, что твориться во круг, смотрели друг другу в глаза и перешептывались друг с другом на ушки. Ну как я мог заметить, что там делает Гриша.
Вот радость! Они согласились прийти. Я ждал Настю. Звонок в дверь. Это они. Я готов. Все готово. Им будет удобно. Зашли они шумно, да так, что я опять начал смущаться. Конечно, когда мы присели на балконе размером с целую комнату, выпили пару стаканов мейстера, мой язык сразу развязался. Я заметил, что с Настей что-то не так. Сев к ней, я спросил: