Порочность
Шрифт:
— Поцелуй меня перед сном, и я лягу.
Я серьёзно только что сказала это?
Он облизнул губы, его глаза скользнули к моему рту, будто он обдумывал предложение. Моё сердце забилось чаще, когда его ладонь переместилась с моей шеи к моему лицу, обхватывая щёку и проводя подушечкой большого пальца по губам.
По мне снова побежали мурашки. Но на этот раз очень приятные мурашки.
— Ложись спать, — сказал он этим странным голосом, который я люблю и ненавижу одновременно.
Его слова просочились в мой разум, подчиняя мою волю.
Я ложусь на подушку, глядя на него.
— Ты обещал больше не внушать мне.
— Это ради твоего же блага, ангел.
— По-моему, это я должна решать, что хорошо для меня, а что нет.
— К сожалению, ты сейчас не в том состоянии, чтобы справиться с этой задачей.
Я бросаю на него скептический взгляд.
— А ты в состоянии?
— С трудом, — пробормотал он, оглянувшись на дверь.
Я шумно выдохнула.
— Ну, может тогда хоть кровь возьмёшь?
Его глаза резко вернулись ко мне, округлившись в ошеломлении. И не только он удивился.
Судя по всему, я потеряла контроль не только над своим телом. Но и над грёбаным разумом тоже. Хотя это не секрет, что я начала радоваться его ночным визитам, что мне безумно не хватает его особого лекарства, которое избавляет меня от всех тревог и забот в моей жизни, но всё же я никогда и подумать не могла, что я попрошу об этом.
Вслух.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Когда это перестало быть хорошей идеей? — возмутилась я, насупив брови.
— Вот только что. Ты начала жаждать этого. Ты ступаешь на опасную дорожку, — в его словах звучало предостережение, но в его глазах было что-то… довольное этим фактом.
— Ничего я не жажду, — солгала я. — Это просто поможет мне заснуть.
Он вновь облизал свои губы, глядя на меня в задумчивости — внутри него продолжалась борьба.
— Пожалуйста, — я собираю волосы и перекидываю их через плечо, открывая его любимую часть моего тела. — Всего один разочек… чтобы я смогла заснуть, — я пробежалась пальцами по своей шее. Это было жестоко, знаю, но меня это не волновало. — Если завтра что-то пойдёт не по плану, то иного шанса у тебя может и не быть.
Его челюсти сжались, а взгляд жадно впился в мою шею, и клянусь, я почувствовала тот самый момент, когда он принял решение, — момент, когда он сдался и уступил мне. Я чувствовала это всеми фибрами души.
Тьма заполонила его глаза, и в следующую секунду он уже навис надо мной. Моя голова кружилась, а сердце билось безрассудно в груди, но ещё никогда в жизни я не чувствовала себя такой живой. Моя кожа наэлектризовалась от предвкушения. Он убрал мою руку со своего пути и припал губами к моей шее.
— Прости меня, — прошептал он. Себе, мне или господу на небесах.
Его клыки удлинились и пронзили мягкую кожу прямо под моим ухом. Не было ни боли, ни страха, ни чего-либо ещё — только восторг и мгновенное улучшение самочувствия. Блаженство. Он простонал, не отрываясь от моей шеи, и впился сильнее, забирая больше.
Только тогда до меня дошло, что он, возможно, не в силах себя контролировать без тюремной двери, разделяющей нас, и гравитации, из-за которой я падала на пол, отстраняясь от него. Возможно, он не сумеет остановиться, пока не выпьет меня досуха.
Конечно, это была короткая мысль, промелькнувшая на секунду, и исчезнувшая в то же мгновение, когда мир вокруг начал терять свои краски, погружаясь во тьму. Я вновь ускользала из его мира, и мне хотелось поскорее раствориться. Мои глаза закатились, сердцебиение замедлилось. Это было знакомое чувство перед тем, как весь мир исчезнет, и я ждала его каждый раз, затаив дыхание.
Доминик резко прервался, отдёрнув голову, хотя его тело по-прежнему нависало над моим. Он вытер уголок своих губ и посмотрел на меня. В его тёмных глазах закручивались в единый вихрь дым и пламя.
Я задавалась вопросом, как ему удалось вернуть себе контроль? Остановиться, пока не зашёл слишком далеко? Я пыталась заговорить и задать вопросы, терзающие мой ум, но слова на выходе превратились в стон.
— А теперь спи, ангел, — произнёс он, вновь погладив меня по щеке, и скрылся из виду.
Я хотела подняться и пойти за ним. Найти его и заставить остаться со мной. Но мои конечности были слишком тяжёлыми, а усталость слишком непреодолимой, чтобы сопротивляться. Я закрыла глаза и погрузилась в сон.
ГЛАВА 10. ЛОЖЬ И СЕКРЕТЫ
Утром меня пришла будить Люси. Она принесла поднос с моими любимыми блюдами на завтрак — знак внимания от Энгеля. Как обычно, Люси не говорила ни слова и не смотрела на меня. Я хотела спросить её, откуда она родом и как попала сюда, но Мез стоял неподалёку и я знала, что мои вопросы к ней могут вызвать у него подозрения. Я не хотела рисковать тем прогрессом с Энгелем, которого я достигла за последнюю неделю, убеждая его, что я начала привыкать к жизни здесь. Честно говоря, мне невыносима была сама мысль о том, чтобы провести здесь ещё хоть один день, притворяясь, что меня не выворачивает наизнанку при виде Энгеля. Сегодня ночью мы собираемся, наконец-то, выбраться из этой дыры, и ничто меня не остановит. К тому же, если всё пойдёт по плану, то Люси тоже здесь не задержится.
— Спасибо, — сказала я ей, когда она поставила поднос передо мной.
Она склонила голову и торопливо покинула комнату.
Доминик пропустил её, пробормотав что-то так тихо, что я не могла услышать.
— Доброе утро, Принцесса, — приветливо улыбнулся он, заходя в комнату. Он держал в руках длинное изумрудное платье на деревянной вешалке. Он остановился перед большим шкафом и повесил платье на дверцу с зеркалом.
Моё сердце забилось чаще при одном только взгляде на Доминика.
— Для чего это? — спросила я, указав подбородком на платье.
— Подожди снаружи, — приказал Доминик Мезу.
Тот кивнул и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
— Это твоё платье для приёма сегодня вечером, — он поиграл бровями, будто это была хорошая новость. — Энгель принимает нескольких своих единомышленников и пожелал, чтобы ты тоже присутствовала.
Моё лицо скривилось.
— Какого чёрта, Доминик?
— Не переживай, ангел. Что-то мне подсказывает, что ты не сможешь посетить приём сегодня вечером. Как и Энгель, — он подмигнул, подходя к кровати. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, потянувшись ко мне рукой, чтобы убрать волосы с моей шеи. Я спрятала её, когда вошли Люси и Мез, просто на всякий случай. Не хватало ещё, чтобы кто-то заметил свежие проколы на моей шее и шепнул об этом Энгелю.
— Ты скажи мне, — ответила я, глядя на него из-под ресниц, и наклонила голову к плечу. — Я ещё не смотрела.
— Уже почти зажило, — он отстранился и дьявольски улыбнулся, явно гордясь своей меткой на моей шее.
— Так в честь чего этот приём? — спросила я, поднимая крышку с блюда. Яйца и бекон. Иными словами, рай на тарелке. — И что ещё важнее, это как-то меняет наши планы? — спросила я, цепляя вилкой кусочек бекона.
— Никак не меняет. Мы придерживаемся плана, и если всё пойдёт как надо, мы выберемся отсюда задолго до того, как начнётся приём.