Послание из прошлого
Шрифт:
Сделав несколько шагов в темноту, он увидел дверь с надписью «Раздевалка», и, подумав мгновение, нажал на ручку.
Дверь беззвучно открылась и он увидел довольно большое помещение с рядом шкафчиков и несколькими скамьями посередине. На стенах раздевалки висели плакаты с изображением олимпийских чемпионов в разных видах спорта, а над маленькими окошками, выходящими прямо на стадион, красовалась надпись: «Боритесь за новые достижения в спорте».
Витя несмело оглядел пустое помещение и мгновение спустя, в самом углу заметил мужчину. Тот сидел без движения и отрешенно смотрел прямо перед собой. Витя тотчас узнал его, каждое утро он видел его на плакате – тот самый номер один – Илья Шаров, восходящая звезда бега, которому не было равных в легкой атлетике.
Ну вот, – подумал Витя. – Сейчас он услышит, что я скажу и выгонит меня. А когда все узнает тетя Оля, то расскажет маме и… – Витя зажмурился от ужаса.
– Привет, – раздался голос в гулкой пустоте. – Тебя как сюда занесло? Беги на трибуны, через пару минут начинаем.
Витя поднял голову и посмотрел на мужчину.
Собственно, это был еще молодой парень, лет может быть двадцати двух, хотя Вите он казался очень взрослым. Но все равно, в его глазах было что-то бесконечно детское и чуть печальное.
Витя кивнул, но не сдвинулся с места.
– Понимаешь, – сказал зачем-то парень, – я не могу… не могу заставить себя выйти на дорожку! – Он покачал головой и покосился на дверь. – Сейчас придет мой тренер и вытолкает меня. – Но я не могу… – почти с мольбой повторил он. – Несколько лет назад мне нагадали, что я проиграю один важный старт, потом еще один, попаду в аварию и сопьюсь… и с тех пор я словно сам не свой… ноги не слушаются. Мне очень, очень страшно… – парень обхватил голову руками и всхлипнул. – Тренер говорит, чтобы я выкинул эту ерунду из головы, но я не могу, понимаешь?! Каждый день, каждый вечер, я прихожу с тренировки и не могу уснуть… только об этом и думаю…
Витя замер у входа.
Значит, все, о чем говорил мужчина в магнитофоне, хоть еще и не случилось, но в какой-то степени правда? Как такое возможно?!
Маленькими шагами, оглядываясь на белую дверь, Витя приблизился к парню и присел рядом на скамейку. Жара усиливалась и резкий запах пота в раздевалке становился невыносимым.
– Вы… – тихо сказал Витя. – Вы… сможете. Я знаю.
Парень поднял голову и посмотрел на мальчика, сидящего рядом. Обычный мальчик, ничего особенного, но что-то в нем было… что-то странное.
– Да что ты можешь знать… – вздохнул Илья и начал подыматься, но Витя взял его за руку и задержал.
– Погодите. Постойте!
Спортсмен удивленно взглянул на мальчика, но снова сел на скамью.
– Если тебе автограф, то давай…
– Нет. Слушайте… я должен вам это сказать. Должен! На три восемьсот, вы на любимой второй дорожке и следите за первой дорожкой, но опасность будет справа, справа, тридцать четвертый делает резкое ускорение и никто, никто его не замечает, потому что вы выходите против солнца, на миг слепнете и упускаете момент! – выпалил Витя и сжался от испуга. Что же он наделал??
Спортсмен удивленно и как-то очень медленно повернул лицо и взглянул на мальчика.
– Остапенко? На предпоследнем круге? Не может быть!!! – он оглянулся через левое плечо, потом посмотрел направо и назад – будто бы перенесясь в самую гущу бегового сражения и по его расширившимся от удивления и какого-то странного озарения глазам, Витя понял – он попал в цель.
Шаров увидел. Он все увидел. Как все будет. До мельчайших деталей, до самой мелкой крапинки на беговой дорожке, до самого тоненького луча, до самого победного вздоха…
Витя выдохнул и не дожидаясь, пока спортсмен опомнится, стремглав выскочил из раздевалки.
– Стой! – услышал он вслед. – Постой, мальчик! Эй!!!
Но Витя помечался по темному коридору, резко свернул направо к выходам на стадион, вынырнул в сверкающую чашу и зажмурился от яркого солнца и разогретого воздуха. Не оглядываясь, он побежал дальше, на трибуны, быстро нашел свой ряд и юркнул на свое сидение.
Тетя Оля обмахивалась веером, сделанным из газеты.
– Ну слава богу! – сказала она. – Я уж хотела идти тебя искать. Все нормально? – спросила она, глядя на запыхавшегося мальчика.
– Да… – сказал Витя, с трудом переводя дух. – Только… только давайте все-таки пересядем подальше от линии старта. Например, вон туда, посередке и повыше, чтобы лучше видеть. Там и козырек и воздуха больше.
Тетя Оля оглянулась и пожала плечами.
– Ну пойдем, а то здесь действительно ни ветерка.
Они поднялись наверх и уселись за пожилой парой в смешных панамках.
Как раз в этот момент спортсмены начали выстраиваться на линии старта. Все кроме одного. Номер один отсутствовал.
Витя забеспокоился.
Но через пару минут Илья Шаров все же появился. Передвигался он какой-то неуверенной, странной походкой, постоянно оглядывался, будто кого-то искал.
Витя опустился поглубже в сиденье и надвинул пилотку из газеты на глаза.
Будь что будет, – подумал он.
В этот миг чашу стадиона взорвал выстрел стартового пистолета, бегуны дернулись и время побежало с неумолимой быстротой.
Глава 7
2010 год
– Несмотря на то, что в отношении вас… – майор с уставшим лицом и черными мешками под глазами вскользь пробежал по его делу – картонной папке, на которой Виктор успел увидеть цифры «Дело № 822/Ф4-41», – …вынесено решение об отмене обвинительного приговора в связи с пересмотром дела, вам придется являться сюда каждую неделю и отмечаться. В противном случае…
Виктор напрягся. Родина не слишком была рада его видеть, даже после того, как выяснилось, что он вовсе невиновен.
– В противном случае… эй, Михалок, какая санкция в случае неявки?
В соседней комнате засвистел чайник и перекрывая его режущую слух сирену, еще громче заорал напарник участкового:
– Сначала штраф, потом…
Виктор закрыл глаза. Он не мог этого больше выносить.
– Гражданин Крылов, вы все поняли? Тогда распишитесь. Здесь и здесь.
Виктор очнулся, потер виски, взял со стола оранжевую шариковую ручку с отгрызенным кончиком и расписался в журнале.
– Можете идти. И приходите в следующий раз без напоминаний.