Чтение онлайн

— Мы с вашим братом собрали печати, детка, — полковник посмотрел на сэра Гренвилла. Деворэкс чувствовал себя вольготно, небрежно развалившись на стуле. — Леди Лэзендер считала вас покойником, сэр Гренвилл, что вселило в нее доверие ко мне. Она немного поторопила события, но не слишком сильно.

Сэр Гренвилл не произнес ни слова. Он просто следил за Деворэксом. Свои мысли и чувства он держал при себе.

Деворэкс снова повернулся к Кэмпион. За стальными прутьями шлема сверкали глаза.

— Сэр Гренвилл, детка, прибыл сюда, потому что поверил, будто Кит Эретайн ищет его в Лондоне. Ты должна поблагодарить меня, детка. Назвавшись именем твоего отца, я убил преподобного Верного До Гроба Херви. — Деворэкс расхохотался. — Он умер исключительно вонючей смертью, он очень испугался. Кит Эретайн гордился бы мной.

— Жаль, что его здесь нет, — с горечью произнесла Кэмпион.

Деворэкс усмехнулся:

— Не верь неудачникам, детка.

— Мою жену зовут леди Лэзендер, — возмутился Тоби. Деворэкс посмотрел на него, как на непослушного ребенка. Голос у него был скучающий:

— Если не будешь сидеть тихо, щенок, я тебе отрежу пол-языка.

Люди Деворэкса, смешавшись с охраной Эбенизера, молча наслаждались происходящим. Они обнажили мечи, держали наготове пистолеты или мушкетоны. Деворэкс был совершенно трезв и с наглой уверенностью главенствовал в каменном сарае. Сквозь прохудившуюся крышу он взглянул на темное небо.

— У нас есть время, пока прилив не поднимется. Я думал скоротать его за беседой. Можете даже развлечь меня мольбами о сохранении жизни. — Он медленно переводил взгляд с сэра Гренвилла на Тоби, с Тоби на Кэмпион. — Но начнем мы с печатей. Насколько я понимаю, святой Лука у тебя, детка. Положи на стол.

Кэмпион не шелохнулась. В сарае было холодно. Она чувствовала, как подались вперед солдаты, разглядывая ее. Деворэкс вздохнул:

— Или ты кладешь печать на стол, детка, или один из моих людей обыщет тебя. Решай сама.

Тоби выпустил руку Кэмпион. Заметив движение, Эбенизер поднял свой тяжелый пистолет, но Деворэкс протянул огромную ручищу и положил ее на ствол.

— Думаю, то, что нам нужно, у щенка, мистер Слайз.

Тоби сунул руку под воротник и вытянул печать, которая золотом заблестела в свете свечей. Он стащил цепочку через свои темно-рыжие кудри и положил печать святого Луки на грубый дощатый стол. Улыбаясь самому себе, Эбенизер вытянул руку с длинными белыми пальцами и за цепочку подтащил к себе печать. Деворэкс посмотрел на сэра Гренвилла.

— Вряд ли вы пришли с пустыми руками, сэр Гренвилл. Ваши две, пожалуйста.

Стул под сэром Гренвиллом скрипнул. Кэмпион слышала, как море обрушивается на глинистый берег. Охранник позади сэра Гренвилла оттянул затвор пистолета так, что тот громко щелкнул.

Сэр Гренвилл моргнул и нехотя потянулся рукой к карману. Пистолет Деворэкса был нацелен на него. Толстяк скривился, роясь в туго натянутом кармане, помедлил и наконец извлек печати, уронив их на стол.

Стражник отступил. Эбенизер с любопытством и осторожностью взял сокровища в руку — печати были собраны.

Матфей, Марк и Лука собрались вместе, как не собирались уже целую вечность. Золотые цепочки переплелись, пояски из драгоценных камней мерцали, как огненные звездочки. Здесь было целое состояние.

Эбенизер смотрел на печати глазами черными, как сам грех. Мыслями он унесся далеко вперед, уже упиваясь славой и властью.

Сэр Гренвилл смотрел на печати бесцветными, выпученными глазами. Он лихорадочно думал, сознавая, что еще ничто не потеряно, поскольку стулья мирно стоят вокруг стола, а мужчины разговаривают, а не убивают.

Кэмпион смотрела на печати и думала, сколько они принесли горя и смерти, в каком страхе вынудили ее жить. Она нащупала пальцами теплую руку Тоби.

Вэвесор Деворэкс смотрел на освещенные длинными свечами лица присутствующих, и на его собственном было написано удовлетворение.

— Может быть, нам следует молча вознести молитву нашему отсутствующему другу, святому Иоанну.

Кэмпион презрительно произнесла:

— А не следует ли вам поблагодарить вашего отсутствующего друга Мордехая Лопеса?

Вэвесор Деворэкс хмыкнул, издав глубокий, рокочущий звук, свидетельствовавший, что происходящее его чрезвычайно забавляет.

— Детка хочет, чтобы я почувствовал себя виноватым. Мой «друг» Лопес — Он с издевкой посмотрел на нее. — Мой друг Лопес — еврей, который слишком долго платил мне жалованье. Он думает, что мне достаточно поглаживания по головке. Так вот, недостаточно. От жизни, детка, я хочу большего, чем просто кожаная куртка и меч. Пора мне тоже немножко разбогатеть!

Он оживлялся, постепенно приходя в то раздраженное состояние, которое Кэмпион считала для него обычным.

Он протянул руку и сгреб все три печати.

— Вот моя награда за долгую службу, детка, вот! Он тряхнул печатями, и цепочки зазвенели. Сэр Гренвилл впервые открыл рот:

— Если вы враг Лопеса, Деворэкс, тогда вы мой друг. Деворэкс захохотал. Он опустил печати, и цепочки легли поверх пистолета Эбенизера.

— Сегодня вечером что-то очень модно слово друг. Я становлюсь богатым, и все превращаются в моих друзей. Мне друзья не нужны!

— Так что же вам нужно?

Сэр Гренвилл растерянно ожидал ответа.

Деворэкс мельком посмотрел на него:

— Мне нужен один публичный дом в Падуе, сэр Гренвилл. Это даст мне возможность в старости вести привычный образ жизни.

Сэру Гренвиллу удалось, по крайней мере, завязать диалог. Он указал на три золотые печати:

— На эти деньги можно пол-Европы превратить в публичный дом, Деворэкс — Сэр Гренвилл говорил терпеливо, спокойно, как один разумный человек с другим. — А без друзей вам нелегко будет защищаться от врагов, которых вы себе наживете.

— Врагов? — Это слово Деворэкс произнес с явной иронией. — Каких врагов? Вы о себе, что ли, сэр Гренвилл? Сегодня ночью ваш труп плюхнется в болото.

Он наблюдал, как в выпученных, тусклых глазах проступал страх.

— Лопес? Еврей стар и знает, на что способен мой меч. Он мстить не станет.

Кэмпион вцепилась в руку Тоби. Она не подаст виду, что боится.

— Мой отец.

— Твой отец? — Бородатое лицо обратилось к ней. — Кит Эретайн бросил тебя, детка, так что с чего ты решила, что он прибежит теперь, даже если бы и смог? А если даже и так, то почему, собственно, он должен предпочесть дочь, которую никогда не видел, роскошному борделю в Падуе? — Деворэкс засмеялся. — Ты забываешь, что я знавал твоего отца. Изучил его склонности. — Он следил за выражением ее лица. — Конечно, если хочешь спасти себе жизнь, можешь поехать со мной и работать у меня.