Чтение онлайн

Граф Флит нахмурился. Сам он никогда таким не был.

— Простите, сэр Джордж, но дело в другом. — На камзол попали брызги, и граф без толку хлопал по черной материи. — Боюсь, оно не доставит вам удовольствия.

Граф был явно удручен тем, что должен сообщить плохие новости.

Сэр Джордж мягко проговорил:

— Я с нетерпением жду, что ты скажешь.

— Да, да, конечно. — Флит энергично закивал, потом, наконец, решился. — Ваш сын, сэр Джордж, активно поддерживает наших врагов. Он делает вид, что это не так, но это факт.

Граф говорил задумчиво, тыча пальцем в колено, будто подчеркивая значение сказанного:

— Если о его действиях станет известно соответствующим лицам, его арестуют, отдадут под суд и, без сомнения, упекут в тюрьму.

— Да. — Сэр Джордж по-прежнему говорил мягко. Отвернувшись от своего спутника, он смотрел на толпу, ждавшую лодок у причала Тэмпл. Тоби не скрывал от отца своих симпатий, но откуда о них проведал граф Флит? — Я надеюсь, Джон, ты знаешь наверняка?

— Наверняка. — Граф Флит был искренне расстроен, что принес дурные известия. — Боюсь, это совершенно точно.

— Тогда расскажи подробнее.

Граф, как и опасался сэр Джордж, начал с самого начала и методично изложил все действия Тоби. Сэр Джордж знал, что так оно и было. Тоби оказался замешанным в роялистский заговор, который, как понимал сэр Джордж, был обречен. Ядро недовольных в Лондоне составляли богатые торговцы, не поддерживавшие парламент. Некоторые из них послали королю в Оксфорд сообщение, что если он даст знак, то поддержка будет обеспечена. Они замышляли восстание против восставших, мятеж в сердце Лондона. И сэр Джордж знал, что Тоби должен был выяснить численность недовольных и то, сколько народу смогут повести за собой торговцы-роялисты.

Сэр Джордж знал все это от самого Тоби. В отношениях отца и сына царили любовь и уважение. И, хотя сэр Джордж не мог всецело одобрить тайную деятельность Тоби, он не мог и запретить ее, потому что сам тоже разочаровался в парламенте.

Граф Флит обратил к сэру Джорджу свое круглое озабоченное лицо:

— У одного из тех, с кем говорил Тоби, есть секретарь, человек неколебимой веры, и он сообщил обо всем, священнику своего прихода. Священник же, зная о моем родстве с вами, изложил дело мне. А я пришел к вам.

— И я благодарен тебе, — Сэр Джордж говорил искренне. — Понимаю, что это поставило тебя в затруднительное положение, Джон.

Лодка заворачивала на юг. Слева были пустыри и грязь Лэмбет-Марш, справа — богатые дома на Стрэнде. Граф понизил голос:

— Я должен действовать безотлагательно, сэр Джордж.

— Конечно, должен. — Сэр Джордж знал, что через несколько дней его зять как честный человек будет вынужден обратиться к соответствующим чиновникам. — Сколько у меня есть времени, Джон?

Граф ответил не сразу. Лодга достигла банки Саррей, где течение слабеет, но сейчас лодочники начинали широкий поворот, после которого река плавно вынесет их к Уайтхоллу, к Прайви-Стэрз. Граф взглянул на свой мокрый камзол и нахмурился.

— Я должен доложить до следующего воскресенья.

До воскресенья оставалось шесть дней. «Спасибо, Джон». Шесть дней на то, чтобы убрать Тоби из Лондона и отправить его в безопасный замок Лэзен. От этой мысли сэр Джордж просиял. Его жена, леди Маргарет Лэзендер, потрясающая женщина, будет приветствовать изменение его политических привязанностей. Без сомнения, она всецело одобрит и тайные действия сына в поддержку короля.

Сэр Джордж расплатился с загребным и выбрался на причал. Он оказался по правую руку от своего более высокого зятя, они стояли на дороге, ведущей через арки королевского дворца к Кинг-стрит.

— Я домой, Джон.

— А я в Вестминстер.

— Зайдешь пообедать до отъезда из Лондона?

— Конечно.

— Ну, вот и славно. — Сэр Джордж посмотрел на голубое небо над новым зданием Банкетинг-Холл. — Надеюсь, погода постоит.

— Хороший урожай будет, да.

Они расстались, и сэр Джордж медленно пошел домой. Уайтхолл никогда не казался ему таким красивым. Он будет скучать без него, хотя и признавался себе, что ему доставит удовольствие присоединиться к леди Маргарет в Лэзене. Жена, которую сэр Джордж обожал, отказывалась ездить в Лондон, заявляя, то это ядовитый притон юристов и политиков. Сэру Джорджу, напротив, очень не нравилось уезжать из города. Может быть, поэтому, признавался он себе с улыбкой, у них в браке все было так хорошо. Леди Маргарет любила его в Дорсете, а он любил ее в Лондоне.

Он перешел на другую сторону, желая избежать встречи с оголтелым пуританином, членом палаты общин, который бы наверняка задержал его минут на двадцать, чтобы сообщить последние сплетни о шашнях короля с римской католической церковью. Один раз сэр Джордж притронулся к шляпе, отвечая на такое же приветствие сэра Гренвилла Кони, проезжавшего мимо в своем экипаже. Сэр Гренвилл — влиятельный человек, вхож во внутренние советы парламента, казначей чуть не половины армии восставших. У сэра Джорджа возникло очень неприятное ощущение, что сэр Гренвилл, бросив один-единственный взгляд из своего экипажа, догадался о его колебаниях.

Сэр Джордж остановился на Чэринг-Кросс, глядя на Ройал Мьюз, потому что дорогу перегородил прибывший с запада дилижанс. У него были огромные широкие колеса, чтобы пробиваться по грязным, изрезанным колеями дорогам, правда, в то лето дороги были сухими и легкими. На крыше дилижанса пассажиры сидели рядом с наваленным багажом, и взгляд сэра Джорджа привлекла девушка, с изумлением и восторгом выглядывавшая из окошка с кожаными занавесками. У него дух захватило. Такой красавицы он уже давно не встречал. Он случайно перехватил ее взгляд и сделал вежливый приветственный жест рукой.

«Будь я на тридцать лет моложе…» Переходя к дому, он развеселился от того, что у него возникли такие мысли. Он завидовал девушке. Судя по выражению ее лица, она впервые попала в Лондон, и он завидовал всем тем впечатлениям, которые ожидали провинциалку. А он вынужден уехать из громадного города.

Миссис Пирс открыла ему дверь.

— Ваш сын наверху.

Она взяла у него шляпу и трость.

— Да? Хорошо.

Сэр Джордж бросил взгляд на лестницу. За шесть дней ему предстоит спровадить Тоби в безопасное место, подальше от мстительных пуритан. Тоби должен вернуться в Лэзен. Отец последует за ним. Сэр Джордж стал медленно подниматься по ступенькам.

Кэмпион заметила, как пожилой человек приветственно помахал ей тростью, и чуть не улыбнулась в ответ, но ее обуял ужас перед неизвестностью, перед огромным городом, и миг был упущен.

Она добралась до Лондона, и грандиозность ее достижения поражала и пугала ее одновременно.

Если ребенка наказывают часто и жестоко и если представление родителей о грехе таково, что даже самые невинные шалости могут повлечь расправу, тогда ребенок рано привыкает хитрить. Кэмпион с детства и в совершенстве овладела этим искусством, и именно хитрость помогла ей добраться до Лондона.