Чтение онлайн

Как будто они и нужны ненадолго. Только чтобы…

У меня всё слилось в голове мгновенно. Еще и пустоты у несущих колон. Валет готовился к худшему и заранее кое-что предпринял.

Твою дивизию! Рефлекторно напряглись все мышцы — как перед броском.

— Женя, — хрипло выдохнул я. — Здание заминировано!

— Что?!

— Эти пустоты у колонн, панели и запах — тут везде заложена взрывчатка, это самоуничтожение здания!

Паук побледнел, быстро осматриваясь:

— Твою мать! Что делать?

— Немедленно эвакуироваться! — сказал я, и подскочив к одному из бойцов рявкнул: — Дай рацию! Ну!

Он сначала опешил, а потом вытащил из разгрузки портативную «Моторолу».

— Внимание! Всем срочно на выход! — вдавив кнопку эфира, прокричал я. — Быстро! Здание заминировано! Повторяю, здание заминировано!

Мы с Пауком обменялись быстрыми взглядами и тут же бросились к выходу, чувствуя, как адреналин накатывает волнами. Теперь стало ясно, почему всё здесь было так просто и доступно. Валет и не собирался оставлять улики. Он собирался стереть их с лица земли — вместе с нами.

Рации застрекотали эхом по коридорам и кабинетам, разнося тревожный приказ об эвакуации. Со всех этажей донёсся топот ног, приглушённые команды бойцов, грохот экипировки и оружия. Люди быстро и организованно стекались вниз по лестнице.

Мы с Пауком уже выбежали наружу, резко остановившись на свежем воздухе и чувствуя, как сердце колотится с такой силой, будто хочет пробить грудь и вырваться наружу.

— Фух! Успели, кажется, — тяжело проговорил Паук, вытирая вспотевший лоб и тяжело дыша после такого быстрого рывка на улицу.

Прошло несколько секунд. Минута, но ничего не происходило. Следак вдруг посмотрел на меня с лёгким сомнением и добавил:

— Может, ты ошибся, Макс? Может, нет там никакой бомбы?

— Дай бог, чтобы ошибся, — горько усмехнулся я, глядя на здание. — А если нет, то нам был бы пи…

Я не успел договорить. В этот момент раздался мощный, оглушительный взрыв, словно земля под ногами сама собою подскочила вверх и ухнула обратно, заставив нас чуть пригнуться и инстинктивно закрыть голову руками.

Стёкла разом высыпались наружу сверкающим дождём. У основания здания поднялись густые клубы дыма и пыли, окутывая нижний этаж мутной завесой. Само здание дрогнуло, пошатнулось, будто великан, которого подрубили под корень, и на секунду зависло, словно не решаясь падать. Но затем медленно, почти величественно начало проседать и рушиться, складываясь, как карточный домик.

С хрустом и тяжёлым треском оно осыпалось, стены и перекрытия валились вниз, складываясь внутрь и наружу. Железные ставни корежило, они с лязгом и грохотом падали на асфальт. Поднимались облака густой пыли, скрывающей всё вокруг. Мы отбежали чуть подальше, закашлялись. Казалось, здание само по себе поглощает всё, что внутри, не оставляя никаких следов того, что здесь было всего минуту назад.

Словно чёрная дыра.

— Ну ни хера себе… — тихо и ошеломлённо выдохнул Паук, глядя широко открытыми глазами на обрушение. — А ведь мы могли быть там…

— На то и был расчёт, Женя, — мрачно ответил я, играя желваками. — Потому-то Валет и не прихватил с собой никаких бумаг. Он знал, что мы будем там копаться, рассматривать всё это и — вместе с его уликами исчезнем к чертям.

От грохота взрыва в соседних дворах завыли сигнализации машин. А вскоре пронзительно и тревожно завизжали сирены. Издалека уже доносились звуки приближающихся скорых и пожарных машин — кто-то уже успел их вызвать.

Бойцы Росгвардии быстро выстраивали оцепление, теснили прохожих, которые сначала бросились врассыпную, а теперь, почувствовав, что угроза миновала, с любопытством и будто бы на инстинктах стягивались к месту происшествия, глазели, вытягивали шеи, стараясь понять, что здесь произошло.

Мы с Пауком стояли молча, не отрывая взглядов от рухнувшего здания. Всего несколько минут назад здесь стоял шикарный офисный комплекс, теперь же перед нами возвышалась лишь громадная груда дымящихся бетонных обломков, из-под которых продолжали виться тонкие струйки дыма.

— Это должна была быть братская могила, — голос Паука дрогнул. — Спасибо, Макс…

Темнело, моросил дождь. Начальник кадров подполковник Владимир Ильич Зуев подъехал на участок тихой набережной на своём роскошном, сверкающем новом «Лексусе». Он остановился у заброшенного заиленного пляжа, рядом с которым никто давно не гулял. И понятно, почему — место было глухое, заросшее камышом и кустами, комары роились злыми и прожорливыми тучами. Да и вообще здесь редко появлялся кто-то из горожан: слишком далеко от центра, слишком пустынно даже для отдыхающих или бродяг.

Едва он остановился и заглушил двигатель, как из кустов впереди моргнули фары другой машины. Зуев осторожно, по привычке как-то воровато оглянулся по сторонам, словно боялся, что за ним следят, и быстро вылез из машины. Он направился туда, откуда сверкнули фары, стараясь разглядеть хоть что-нибудь.

Серая, ничем не примечательная машина стояла в тени деревьев. Её практически невозможно было разглядеть издали. Это был простенький бюджетный «Солярис», совершенно не похожий на авто, в котором привык передвигаться Валет. Было непривычно видеть человека такого высокого полета в дешёвом и неприметном авто. Но Владимир Ильич понимал: Валет сейчас в патовой ситуации — не так ещё замаскируется.

— Долго будешь булки мять? — прикрикнул Валет, приоткрывая дверцу «Соляриса», когда кадровик приблизился и попытался заглянуть внутрь через тонированные стёкла. Голос у него был усталый и раздражённый. — Садись быстрее, чего встал?

— Да я… — начал было оправдываться Зуев, но сразу осёкся и быстро нырнул в машину.

— Боря, иди погуляй пока, — коротко приказал Валет своему водителю-охраннику, верному псу, который остался с ним до самого конца, даже теперь, когда вся криминальная империя в одночасье рухнула и пошла прахом.

Охранник с трудом вылез из тесного автомобиля, подвигал плечами, поправил пиджак и медленно отошёл в сторону, тяжело ступая по неровной земле. Когда его массивная фигура выбралась наружу, бедный «Солярис» даже качнулся, словно с облегчением освобождаясь от лишнего груза.

— Калитку-то закрывай! — поморщился Валет, недовольно покачав головой и бросив раздражённый взгляд на кадровика.

Тот поспешно хлопнул дверцей. Получилось громко, кадровик даже сам вздрогнул.

— Холодильником дома у себя хлопай, здесь двери потоньше будут.