Чтение онлайн

Я поглаживаю ее волосы и позволяю окутать её своею умиротворенностью. Но замечаю, что теперь это не так эффективно, как было до этого, потому что она все еще продолжает вздрагивать, иногда тихо постанывая, а ее ресницы подрагивают.

— Гейб, — она зовет меня охрипшим голосом.

— Я здесь, Фрэнни.

Она прижимается ко мне еще ближе, и я обнимаю ее, чувствую ее дрожь. Ее дыхание становится глубже, медленнее. Она выдыхает, щекоча мне шею, и это сводит меня с ума.

Я борюсь с этим чувством. Я точно знаю, что это, так как чувствую постоянно последнее время, пора признаться в этом себе. Но когда она буквально прижимается еще крепче ко мне, я отчетливо ощущаю ее тело — так близко — я сдаюсь и прижимаюсь к ней ближе. Поглаживаю ее спину и она издает довольный стон, похожий на мурчание, что заставляет меня желать ее еще больше.

Кажется, будто она прижимается еще ближе, засыпая, и я отвлекаю себя мыслями о нашем следующем шаге. Мне нужно узнать слабые места Люцифера, а Фрэнни — единственная, кто может добыть эту информацию. Мы должны поработать над ее Влиянием, узнать все подробности и направить точно в цель. И мы не можем тянуть с этим.

Почувствовав руку Фрэнни, скользящую по моей груди, я забыл о чем думал. Пытаюсь оттолкнуть, охватившую меня, волну желания.

Думай, Габриэль.

— Мой Ангел, — шепчет Фрэнни с закрытыми глазами, но с улыбкой на лице.

Я очерчиваю пальцем линию ее подбородка.

— Я здесь.

Её губы находят мои, прежде чем я успеваю отстраниться. Мягкие. Теплые.

Всё внутри меня взрывается. Я дышу часто и прерывисто, пытаясь сделать вдох. Мою голову пронзает ощущение необходимости. Её руки обжигают меня с каждым прикосновением.

Пресвятой Отец, помоги мне.

Даже если Он и слышит меня — Он молчит потому, как все о чем я могу думать, это ненасытное земное желание внутри меня. Я углубляю наш поцелуй, чувствуя ее пальчики, прокладывающие обжигающую дорожку на моей спине под футболкой. Я снимаю ее и позволяю своим рукам наслаждаться ее телом, каждое малейшее движение приближает меня к самоуничтожению.

Но теперь я не в состоянии контролировать это.

Это было неизбежно. Я был дураком, думая, что смогу остановить это.

На секунду я отрываюсь от ее губ и просто смотрю на нее. Я поднимаю руку и провожу пальцем вниз по ее щеке, шее. Она вздрагивает и последняя мысль, всплывающая в моей голове: «Если это и есть мой конец, так тому и быть!»

И тут я что-то замечаю.

С каждым ее вдохом и выдохом я вижу блик от падающего розового света из открытого окна. Затемнённая металлическая подвеска на тонком кожаном шнурке совсем рядом с крестом Люка на ее груди.

Подняв голову лишь для того, чтобы рассмотреть поближе, я чувствую давление ледяного страха у себя в груди. Эту метку я видел всего несколько раз за все свое существование. Уджат. Не Египетский вариант вроде сатанического культа, а именно настоящий Уджат — спиралевидный глаз. Знак Самого Люцифера. (Уджат (Глаз Гора, Всевидящее око Уджат, Удьят, глаз Хора) — это амулет в виде глаза, под которым изображена спиралевидная линия энергии и вечного движения — прим. пер.)

Я хватаю его, намереваясь сорвать с ее шеи, но он обжигает меня, и я отдергиваю руку. Я встряхиваю ее, когда запах горелой кожи витает в воздухе,

— Фрэнни!

Распахнув глаза, шокированная, она резко садится.

— Что…? — спрашивает она, но выражение шока все еще не сходит с ее лица.

— Откуда это у тебя?

— Что?

— Подвеска на твоей шее — откуда она у тебя?

Она сжимает распятие.

— Люк, — отвечает она сконфуженно.

— Нет. Другая.

Её глаза расширяются будто что-то осознавая, потянувшись рукой к Уджату.

— Парень, — произносит она хмуря лоб. Она трясет головой. — Я не знаю. Я видела сон и, когда проснулась, он уже был.

Она откидывается на подушки и смотрит на мою голую грудь тревожными глазами.

Я накидываю на нее простыню.

— Мне нужно узнать подробнее о твоем сне.

— Я … все было так, как я сказала, — говорит она. — Я была Мэгги — ну, по крайней мере, у нее в голове.

— Что еще?

— Не знаю … возможно Маг был там … но потом появился парень, — она снова встряхивает головой. — Я не знаю. — Последнее прозвучало как мольба. Но потом ее глаза встречаются с моими, она снова вздрагивает и прикасается рукой к моей груди, у грохочущего сердца. — Гейб, что произошло? Только что — с нами?

Люк

Выходя из комнаты, первое, на что я обращаю внимание — Габриэль не на диване и не стоит даже напрягать голову, чтобы знать, где он. Полчаса спустя я смотрю на чашку с холодным кофе, когда открывается дверь спальни Фрэнни и Габриэль проскальзывает в гостиную. Сквозь яркий утренний свет, который пробивается прямо из окна гостиной, я замечаю его помятую одежду. Часть меня не может принять тот факт, что они спали вместе, но судя по его виду — он не раздевался.

— Ты ведешь себя, как человек. Раньше тебе не нужно было пользоваться дверью, — говорю я, кивая головой на комнату Фрэнни.

Он смотрит на меня и пожимает плечами, но чувство вины, отобразившееся на его лице, делает его совсем не похожим на ангела — моя кровь закипает. Ярость проносится по всему телу, будто выстрелы из дробовика при одной только мысли о нем в ее постели — где мне больше не рады.

— По-моему, ты слишком усердно наслаждаешься своими привилегиями в спальне, херувим, — рычу я. — Ты же не воспользуешься моментом, не так ли? Ненавистно даже подумать о последствиях. Они не слишком радужные.

Никогда не смогу забыть, как видел воочию — крылья Мэтта были оторваны от его тела ангелами мести.

Он отводит взгляд, что дает мне уверенность в том, что ночью за той дверью действительно что-то произошло. Она сказала, что не может быть ни с одним из нас, и я верю — она действительно это имела в виду. Но у Габриэля есть некоторые возможности, которыми он может воздействовать на неё. Так, как когда-то сделал я. Если он решит смухлевать, у нее не будет шансов выстоять против Ада.

Отправляясь на кухню, он садится на стул.

— У нас проблема, — начинает он, изучая свою босую ногу, подпирающую ножку стола.

— Всего одна? — я присоединяюсь к нему за столом, опускаясь на стул напротив него, и сердито смотрю на него, барабаня пальцами по деревянной столешнице.

Его глаза встречаются с моими.

— Нет.

— Хорошо. Давай выкладывай.

В ответ он покачивает чем-то на ремешке над столом. Потускневший металлический кулон.

Мне хватает всего секунды, чтобы осознать увиденное, как я вскакиваю, опрокинув при этом стул.