Чтение онлайн

Он держал, высоко подняв над головой, маленький сверточек в красно-зеленой фольге, перевязанный золоченой лентой. На знакомой бирке с Санта-Клаусом была знакомая машинописная надпись: «Джону Себастиану».

Джону пришлось дать успокоительное. Доктор Дарк оставался с ним, пока тот не заснул.

Сойдя вниз, доктор застал всю компанию возле коробки, которую Эллери открыл.

— Как Джон, доктор? — подавленно спросила Расти.

— Это всего лишь нервы, дорогая моя. Он и всегда взвинченный, а тут все эти загадки. Они его очень расстраивают. — Доктор откровенно потянулся к графину с виски. — Что же сегодня преподнес нам домовой, Куин?

Эллери поднял миниатюрный заборчик, покрашенный в белый цвет.

— Доктор, он идеально встает вокруг домика.

— А послание?

Эллери подал ему белую карточку. На ней были четыре аккуратно отпечатанные строчки:

— Даже и вирши-то нескладные, — пробурчал доктор и протянул карточку обратно.

— Погодите, на сей раз на обратной стороне снова есть пометки. Вам, доктор, они что-нибудь говорят?

Толстяк быстро перевернул карточку и увидел:

— Так дети забор рисуют. А что это значит?

— И я хотел бы знать.

— Зло, — тягостно сказал Артур Крейг. — Здесь говорится о зле. Впервые намекают на… нечто такое.

— Если не считать труп в вашей библиотеке, мистер Крейг, — не без иронии заметил Эллери.

— Да, но это направлено против Джона.

Расти вдруг хихикнула.

— По-моему, меня сейчас вырвет.

Она выбежала из гостиной и помчалась вверх по лестнице. За ней устремился доктор Дарк. За ним выбежала Оливетт Браун. Вэл Уоррен тоже привстала, но под взглядом Эллери опустилась обратно в кресло.

Эллери рассматривал кукольный домик с новым фрагментом.

— Эксперимент Луриа ничего не доказал, а это происшествие только подчеркивает тщетность его усилий. Если кто-то неизвестный прячется в доме, то он мог подложить четвертую коробочку на кровать Джона, пока мы все сидели тут, лишенные свободы передвижения по инициативе лейтенанта. С другой стороны, если даритель — один из нас, как, по-моему, считает Луриа, то он мог еще днем что-то предугадать в намерениях лейтенанта и, вернувшись с катка, подложить коробку в комнату Джона перед тем, как спуститься. Вы помните, Джон спустился одним из первых.

Эллери покачал головой.

— Что касается меня, то я отказываюсь от намерения помешать тому, кто эти вещицы подбрасывает. Слишком велики шансы за то, что он сумеет подложить маленькую коробочку в этом большом доме. Отныне меня интересует только содержимое. Пока у нас семь предметов, появившихся в четыре приема. В этом есть какая-то закономерность, но пока я ее не вижу. Когда предметов станет побольше, может быть, и увижу.

— Вы уверены, мистер Куин, что это не просто глупый розыгрыш? — прогромыхал Крейг.

— Уверен.

— В таком случае даже и не знаю, как выразить, до чего я рад, что вы здесь. — Бородач опустился в кресло. — Если вам только удастся понять, что все это значит… пока не поздно…

— Идите спать, Артур, — тихо сказал Дэн Фримен.

— Предлагаю всем пойти спать, — сказал Эллери. Все еще храпящего Мариуса они оставили в гостиной.

Во время завтрака явился Луриа и испортил всем аппетит. Достаточно было одного взгляда на его насупленные брови, и Эллери понял, что сегодня лейтенант не в настроении для рождественских подарков.

— С каждым из вас по очереди я буду разговаривать в библиотеке, — объявил Луриа без всяких предисловий. — Где Гардинер?

— В городе. В церкви, — сказал Крейг.

— Его это тоже касается, когда придет.

И он обрабатывал их, сидя за столом в библиотеке и верша в одиночку нечто вроде тайного судилища, делал пометки в толстой записной книжке. Эллери держался в сторонке и пошел последним, он и обнаружил, что ничего нового не прибавилось — у лейтенанта, как и всегда у полиции, не было иного выбора, кроме как еще раз идти нахоженной тропой — где вы видели покойника раньше? что именно делали во вторник утром и когда именно?

Когда лейтенант Луриа с шумом захлопнул записную книжку и поднялся, Эллери сказал:

— Кстати, вчера как раз после вашего ухода Джон Себастиан нашел четвертую коробочку у себя в спальне.

Луриа снова сел. И снова встал.

— О, черт!

Потом он спросил:

— Что в ней было?

— Маленький белый частокол — прелестнейшая штучка. Ну, и намеки на какое-то грядущее зло.

— Чушь все это! Знаете, с ума вы тут все посходили. Пора мне.

— Минуточку, лейтенант. Что насчет мертвеца?

— Пусто. Ни из одного участка ничего — ни по фотографии, ни по описанию, ни по отпечаткам. У меня такое ощущение, что его ни разу не задерживали. Он определенно не из этих мест, насколько мы пока смогли проверить. И как мне это нравится? Да я просто балдею!

Вскоре после обеда позвонили из Нью-Йорка. Вызвали Эллери. Он взял трубку в библиотеке, предварительно прикрыв дверь.

— Докладывает инспектор Куин, — доложил инспектор Куин. — Как прикажете подать вашу астрологию — прямо или окольным путем.

— Как всегда, прямо, — мужественно сказал мистер Куин.

— Ты говорил, что эта крошка Расти Браун нарисовала восемь мужских прищепок и четыре дамские брошки и на каждой — свой знак зодиака?

— Именно это я и говорил.

— У тебя с арифметикой неладно. Восемь и четыре будет двенадцать, по крайней мере, было, когда я в школу ходил. Но дело в том, что у Мойлана сказали, что изготовили тринадцать вещиц. — Когда на другом конце провода надолго замолчали, инспектор спросил: — Эллери, ты умер или как?

— Прихожу в себя после сердечного приступа, — слабым голосом ответил Эллери. — Говоришь, сделали тринадцать? По заказу, конечно, не по ошибке?

— Естественно, по заказу. У Мойлана не ошибаются.

— И еще скажи-ка, — голос Эллери становился все крепче. — Тринадцатая вещь изготовлена не по отдельному рисунку? На ней тоже знак зодиака, точное повторение одного из двенадцати?

— Да, это был…

— Стоп, ваше величество. Сам догадаюсь. Дубликаты изображали козлов, точнее, Козерогов? Два зажимчика для Козерога. Как мои успехи?