Чтение онлайн

Служанки взялись готовить меня к предстоящему празднику. Они нанесли хной на мои руки и ступни изящные мехенди*, вплели в волосы нити жемчуга, после чего украсили причёску золотым гребнем. В завершение на меня надели пешваз — роскошное платье из тончайшего шёлка цвета индиго, расшитое золотыми нитями. Поверх него накинули лёгкий дупатта — длинный шарф из полупрозрачной органзы, отделанный по краям мельчайшим бисером. Мою шею украшало многослойное ожерелье из рубинов и изумрудов, на запястьях позвякивали широкие золотые браслеты.

В сопровождении Фатимы и Майи, нёсших за мной шлейф, я направилась в главный зал гарема.

Когда я переступила порог, все разговоры мгновенно стихли. Десятки глаз, любопытных и настороженных, завистливых и оценивающих, устремились на меня. Наложницы тихо перешёптывались, видимо, обсуждая недавние слухи о приезде персидской принцессы. Каждая чувствовала, что грядущие события будут непростыми и затронут весь дворец.

Зарнигар-ханум, стоявшая неподалеку, почтительно поклонилась. Но даже с этого расстояния я отлично видела, что поклон дался ей с трудом. В глазах распорядительницы гарема сквозила явная неприязнь, словно это почтение было всего лишь вынужденной уступкой моему положению.

Сохраняя спокойствие, я величественно прошествовала к возвышению, где в прошлый раз восседали Махд-и-Муаззама и Шади-бегум с Залиной. Сейчас здесь было пусто. Я опустилась на мягкие подушки, чувствуя пристальные взгляды. Вскоре в зал вошла сестра падишаха. Девушка улыбнулась мне и присела рядом.

— Нала, дорогая, ты сегодня просто ослепительна, — прошептала Залина. — Ты в этом цвете просто сияешь! И, конечно, прими самые искренние поздравления с твоим положением будущей матери. Да хранит Аллах тебя и твоего ребёнка. Надеюсь, ты хорошо себя чувствуешь?

— Со мной всё хорошо, принцесса, — ответила я, чувствуя себя спокойнее в её обществе. — Как ваше здоровье? Мы давно не виделись.

Залина не успела ответить, так как раздался громкий голос Далат-хана, эхом отразившийся от расписных стен и высокого потолка:

— Повелитель Мира, Благословенный Падишах, Тень Аллаха на Земле, Защитник Верующих, Его Величество Арсалан Джахан-салар!

В зале воцарилась полная тишина. Все присутствующие склонились в глубоких поклонах. Мы с принцессой тоже быстро поднялись со своих мест, принимая почтительную позу в ожидании появления правителя. Он вошёл и поднялся на возвышение. Через минуту я услышала его властный голос:

— Нала-бегум.

Я подняла глаза. Падишах протянул мне руку.

— Подойди ко мне.

Вложив свои пальцы в ладонь Повелителя, я встала рядом с ним.

— Сегодня, в этот благословенный день, я хочу объявить, что Нала-бегум, мать моего будущего ребёнка, отныне занимает особое положение при дворе. С этого момента все должны ей оказывать почтение, достойное первой среди жён. Да прибудет благословение Аллаха на мою жену и на дитя, которое она носит под сердцем.

По залу пронёсся вздох. Наложницы изумлённо переглядывались, а Зарнигар-ханум побледнела.

Первая среди жён? Я? Мои глаза невольно скользнули по лицам собравшихся в зале. Изумление, зависть, неприкрытое возмущение. Зарнигар-ханум превратилась в каменную статую. Но я ведь вторая жена, а этот статус, как мне казалось, подразумевал определённые рамки, определённое место в иерархии. Да, глупый поступок Шади-бегум мог послужить причиной такого решения падишаха: унизить одну, возвысив другую, показать свою непреклонную волю. Но что же Махд-и-Муаззама? Мать Падишаха, могущественная и властная, когда-нибудь вернётся. Какова будет её реакция на такие перемены?

В это время падишах вновь повернулся ко мне и протянул небольшой бархатный футляр.

— Это мой дар тебе, Нала-бегум. Открой его.

Немного волнуясь, я подняла крышку, ожидая увидеть внутри драгоценности. Но к моему удивлению в футляре лежали свитки, перевязанные шёлковыми шнурами. Я подняла на Повелителя недоумённый взгляд.

Его губы тронула лёгкая улыбка.

— Я дарую тебе земли, Нала-бегум. Отныне и до конца твоих дней ты будешь владелицей джагира* Фаридабад, что находится к востоку от столицы. Все доходы с этих земель, все пошлины и налоги отныне будут принадлежать тебе. Я дарую тебе право управлять ими, назначать своих сборщиков налогов и судей, проявляя мудрость и справедливость, достойную первой супруги императора.

В зале повисла абсолютная тишина. Даже не особо пока разбираясь в местных порядках, я догадывалась, что это неслыханный жест, поднимающий меня на совершенно иной уровень. По спине пробежали мурашки. Что мне с этим делать?

— Мой Повелитель, — поспешно произнесла я, понимая, что молчание затянулось. — Я безмерно благодарна за ваше доверие. Обещаю вам, что приложу все свои силы, чтобы этот великий дар служил во благо. И оправдаю каждую каплю возложенной на меня чести.

Вот это я завернула!

Падишах ласково погладил меня по лицу и подвёл к месту, которое до этого занимала его мать.

— Пока Махд-и-Муаззама гостит у своей сестры, ты будешь считаться «главной госпожой». А теперь отдыхай, душа моя.

Арсалан развернулся и направился к выходу. Музыканты тут же заиграли красивую мелодию. Но гарем всё ещё пребывал в состоянии глубокого шока. Залина склонилась ко мне и прошептала:

— Поздравляю тебя, Нала-бегум. Повелитель возвысил тебя до небес. Но помни, эта высота коварна. Удержаться на ней гораздо сложнее, чем подняться. Любой неверный шаг может стать причиной падения, а падение с такой высоты заканчивается печально. Тебе потребуется вся твоя мудрость...

Это я знала и без подсказок. Но разве не к этому ты всегда стремилась? А, Люся?

Я не была наивной девушкой, чтобы полагать, будто падишах ослеплён любовью и совершает такие грандиозные поступки под её влиянием. Он увидел мой ум, рассудительность, способность действовать взвешенно даже в самых сложных ситуациях. Повелитель был проницателен. И если он возвысил меня, значит, верил в мою способность справиться с этой ношей.

Теперь ни шагу в сторону! Ни единого промаха. Моя дорога усеяна испытаниями, но я была готова к этому вызову.

____________

* мехенди — Орнаменты включают цветочные мотивы, геометрические узоры, арабскую вязь, изображения животных и символов. Цель — украшение тела к праздникам, особенно к свадьбам, религиозным торжествам и другим важным событиям.

* джагир — это система земельных наделов, которые падишах жаловал своим высокопоставленным чиновникам, военачальникам или членам семьи в качестве вознаграждения за службу или как знак особого расположения. В эпоху Могольской империи (как и в других восточных монархиях) дарование джагира было одним из самых значимых и весомых проявлений императорской милости. В отличие от полноценной частной собственности, джагир давал право на сбор налогов и других доходов с определённой территории (селений, городов) и управление этими землями, включая назначение местных чиновников, сборщиков пошлин и иногда даже судей. Дарование джагира женщине, особенно жене или наложнице из гарема, было крайне редким и исключительным событием. Такие привилегии обычно получали лишь самые могущественные и влиятельные женщины при дворе: например, мать падишаха или его самые любимые жёны. Получение джагира Налини означало не просто обретение личного богатства, но и получение реальной экономической и административной власти. Это давало ей независимый источник дохода, возможность создавать собственную свиту и аппарат управления, а также напрямую влиять на жизнь целой области. Это был не просто дар, а мощный инструмент, который поднимал статус до уровня очень влиятельных вельмож и делал её одной из самых могущественных фигур при дворе.