Потерянный мир
Шрифт:
– Интересно, теперь понятно, почему вы не использовали видеозвонки, а вели классическую переписку. Тогда поясните, что на самом деле от меня нужно. Я так понимаю, вы в курсе всего происходящего.
– Да, все верно, и наше к вам дело состоит не в том, о чем мы говорили в письме. Буду откровенен: сейчас речь не идет о восстановлении бывших ваших предприятий, нам больше нужны ваши профессиональные навыки в механике и биологии.
– А почему же вы не сказали сразу, что вы меня приглашаете для другого дела? Я бы тогда не тащил с собой кипу старой проектной документации. А, возможно, захватил бы необходимый инструмент и мануал для выполнения задачи.
– Извините, но вы же понимаете, что в условиях прифронтовых действий необходимо соблюдать максимальную скрытность. Но поверьте, то, что вам предстоит делать, очень вам понравится. По окончании работ, если все будет выполнено наилучшим образом, вы получите верительную грамоту о том, что ваши предприятия после боевых действий будут вам полностью возвращены. Так что мы просто немного недоговорили, но основное свое обещание мы выполним.
– Странно, конечно, это все, но раз уж я здесь, объясните, что мне предстоит делать.
– Вам нужно будет помочь настроить оборудование.
– Какое оборудование, каково его назначение?
– Ну, тут вам все подробно расскажет Алекс. А пока побудьте моим гостем. Редко в этих краях встретишь образованного человека.
– С удовольствием приму ваше приглашение.
Вечер прошел за непринужденной беседой: обсуждали охоту, рыбалку, места, куда можно будет съездить после войны. Вернувшись назад в избу, Виктор застал Матрену за вязанием.
– Добрый вечер. Что-то вы припозднились. Ужинать будете?
– Нет, спасибо, я уже отужинал.
– Я вам постелила, вещи рядышком лежат. Если чего нужно, говорите.
– Спасибо, ничего не надо.
Наутро, выпив чаю и съев каши, Виктор вышел на улицу. Свежий морозный ветерок обдувал и освежал лицо. В комендатуре Штауфмана не оказалось, только дневальный, который, увидев пришедшего Виктора, немного разволновавшись, произнес:
– Господин Ваганов, вам просили предать ваш пропуск.
– Спасибо. А когда будет господин Штауфман?
– Он не сообщил о времени своего возвращения. Но я оповещу его, что вы хотели с ним встретиться.
Виктор развернулся и собрался уже уходить, но дневальный остановил его:
– Извините, совсем забыл, нужно расписаться в получении пропуска.
– Да, конечно, где расписаться?
– Вот здесь, в журнале, и вот тут к сканеру нужно приложить вашу ладонь.
Виктор расписался и, приложив руку к сканеру, дождался, когда луч закончит считывание, затем спросил:
– Ну что, теперь все?
– Да, благодарю.
Вчерашнего мороза как будто и не бывало, ярко светившее солнце прогревало землю, и там, где снег был вперемешку с грязью, тут же начали образовываться лужи, а вчерашняя мерзлая земля превратилась в месиво. Обратный путь был еще тем приключением: Виктор несколько раз чуть не упал, а ближе к дому неудачно поскользнулся, ловя равновесие, наступил ногой в лужу и промочил ногу.
Сняв на входе обувь, спросил у Матрены:
– Где у вас можно обувь помыть и просушить? А то испачкался, пока шел.
– Да вы снимайте, я все сама сделаю.
– Да ладно, что вы будете мои ботинки мыть? Я и сам смогу.
– Нет, нет, мне поручено вам во всем оказывать помощь, мне проблемы не нужны, давайте мы не будем спорить. Вы снимайте свою обувь, а я все сделаю.
– Ну, ладно. Я и не собирался жаловаться на вас, у меня к вам претензий нет.
Весь оставшийся день Виктор провел, лежа на кровати, за чтением книги.
Часам к десяти следующего дня прибежал запыхавшийся дневальный.
– Господин Ваганов, разрешите обратиться.
– Говори.
– Господин Штауфман просит вас прибыть на объект. За вами через час подъедет автомобиль, будьте готовы проследовать к указанному месту.
– Хорошо, я в принципе готов. От безделья уже начал уставать.
Дневальный развернулся и, не прощаясь, убежал.
Через час за окном просигналила машина. Виктор взял чемодан и вышел на улицу. Водитель, улыбаясь, поприветствовал его и положил чемодан в багажник.
Разместившись на заднем сиденье, Виктор открыл книгу и погрузился в чтение.
Какое-то время водитель ехал молча, но по прошествии пяти минут после выезда на шоссе посигналил и произнес:
– Ну, вот, сразу видно, что женщина за рулем. Знаешь, почему я так уверенно говорю?
– Почему? – нехотя произнес Виктор.
– Да потому что ведет себя как макака. Ты только посмотри, выехала со второстепенной дороги, и ей бы газу дать, а она встала, ее ступор накрыл, не знает, что ей делать. И ведь нет никого рядом, чтобы в голову ее пустую донести, что надо ехать, а не ворон ловить.
– Так, может быть, она выбирает время для безопасного маневра.
– Э, да какой там маневр! Я не знаю, кто вообще решил, что женщинам надо за руль садиться. Я вот тут недавно вез одну, вся такая расфуфыренная. Села, значит, сзади, и все внимание в планшете. Ну, я, значит, еду по выделенной полосе, а впереди автобус служивых везет. Я решил, что надо выйти со своей полосы и обогнать его. А она, представляете, мне говорит: «Надо ехать по выделенной полосе, так будет быстрее». Ну, думаю, ладно, сейчас я тебя проучу. У нее же нет мозгов, что автобус медленно едет и мы из-за него будем так же медленно ехать. В итоге я вернулся на полосу и встал за автобусом, а тот едет еле-еле, смотрю в зеркало, а она нервничает, а сказать ничего не может, понимает, что я был прав и что я умнее ее.
– Да, очень здорово, – с небольшим раздражением сказал Виктор.
Таксист, поняв, что Виктор не хочет продолжать разговор, громко вздохнул и замолчал.
Виктор, увлеченный чтением, на мгновение отвлекся от происходящего. В реальность его вернул сигналящий и матерящийся водитель.
– Что случилось? – спросил Виктор.
– Да ты посмотри: едет еле-еле. Я уже и фарой моргнул, и поджал его, и еще раз моргнул, и посигналил, а он, упертый баран, никак не хочет ехать быстрее.
– А кому вы сигналите? Это же беспилотная машина, там водителя нет. Это, так сказать, ваш прямой конкурент. Если бы не война, ваша профессия уже бы в Лету канула.
– Как ты сказал? Безводительная машина?
– Ну, почти, беспилотная. Искусственный интеллект ею управляет.
– Ну, ничего себе! А ты че, в теме этого? – обрадовавшись возможности поговорить, спросил таксист.
– Ну, немного приходилось видеть.
– И че, вот прям без водителя может ездить? А как, например, она пробки объедет или воронку на дороге? А если налет воздушный, что она делать будет? Человек – он же может быстро принять решение, а эта железка как решит, что ей делать?