Чтение онлайн

– Потому что его уже использовали, – пояснил Каштановый. – Но проклятого убили, а чёрную магию заточили в какой-то предмет. Твой слуга до него дотронулся, за что и получил. По заслугам.

– Крабогном жив? – уточнил я. Вопросы о подземной расе я оставил на потом. Судя по всему, этот мир не так прост, как могло показаться.

– Ненадолго, – с затаённым злорадством пробормотал Рыжий. Русый и Каштановый покивали в знак солидарности.

– Где он?

– В темнице, – на этот раз отвечал Русый. – Если по-вашему – то в Данже. Только этот Данж изолированный, как одиночная камера.

– Вы можете туда проникнуть?

– Можем, – с неохотой протянул Каштановый, а Русый и Рыжий скорбно поджали губы. Я уже хотел задать следующий вопрос, но заметил, как Мокошки странно переглянулись, словно решая – умолчать о некоторых важных деталях или всё-таки сказать. Я молчал и пристально смотрел на них. Наконец, Каштановый зло сплюнул и выпалил: – Смысла в этом нет! Вытащить-то вытащим, а дальше? На нём же проклятие висит, всё равно в подземелье утащит!

– Значит, нужно сделать так, чтобы проклятие не видело Крабогнома, – заключил я и задумался. Внезапно меня осенило, и я, не сдержав эмоций, воскликнул: – Кокошник Мокоши!

Хорошо, что я забрал его у Крабогнома и вернул им.

– Без него нас найдут и убьют, – прорыдал Рыжий, моментально ударившись в слёзы.

– Ты убьёшь нас, чтобы спасти жулика?! – прокричал Русый.

– Так чем второй вариант лучше первого, если мы всё равно умираем? – презрительно скривился Каштановый.

Пару секунд я размышлял, как поступить, но в итоге решил, что Мокошки не заслуживают смерти. Желание по востребованию давало почти неограниченную власть над должником – а всё потому, что не были оговорены чёткие условия. Я озвучил желание и мог требовать от Мокошек что угодно в его границах. Зачастую люди относились с пренебрежением к желанию по востребованию, и я этим пользовался ещё в прошлой жизни. Но убивать Мокошек просто потому, что они вредные, азартные и злопамятные? Нет уж, как-то слишком.

– А что будет, если вы, например, принесёте клятву верности другому Богу? – протянул я.

Мокошки задумались и дружно ответили:

– Этот Бог сможет нас спрятать от Мокоши.

– Отлично. В таком случае вы сможете выжить, – я хлопнул в ладоши. – Но нам нужно в Краснодар, к алтарю.

– И мы сможем прислуживать к настоящему-настоящему Богу? – возбуждённо переспросил Рыжий.

– И не иметь дел с жуликами и человечишками? – с надеждой протараторил Русый.

– Да ради такого мы создадим алтарь в этой деревне! – завопил Каштановый. – Показывай, в каком доме организовать тебе Храм?

Я уже думал, как бы организовать Храм в Северных Гребешках. Всё к этому располагало – преданные подданные, уединённое место, много зелёнке, которая жгла карман. Словом сюзерена я запрещу деревенским жителями рассказывтаь кому бы то ни было о Марене и отдам запас зелёнки старосте. Каждую неделю они будет делать подношение Богине, чем значительно её усилят. О, точно! А как-нибудь, когда у меня будет свободное время, они положат на алтарь сразу штук сто зелёнки, и Марена сможет прогуляться по деревне и её окрестностям. Устрою Богине пикник.

– Давай там, – указал я на заброшенный покосившийся дом.

Мокошки меня удивили – помчались туда на скорости света, словно боялись, что я передумаю. Видимо, их показная независимость была шита белыми нитками, и им просто нужно было подчиняться если уж не Мокоши, то хоть какому-нибудь Богу. Они забежали в дом, попрыгали посередине небольшой комнатки, проверяя, выдержит ли пол, и принялись колдовать. Заводили руками, напевая ритуальные песни, и почти сразу же из их ладоней полился тусклый свет. Там, где он падал на трухлявые доски, материализовался алтарь – узкий, невысокий, а по его поверхности темнели царапины, но это был настоящий алтарь!

Мокошки отошли в сторону, и я, вытащив из кармана зелёнку из монстра-амнезии, приложил её к тёплому камню. Едва я произнёс ритуальные слова, как над алтарём появился полупрозрачный силуэт Марены. Вскоре Богиня полностью материализовалась. Всё такая же прекрасная – её длинные серебряные волосы струились по плечам, платье идеально подчёркивало фигуру, а лицо порозовело от румянца. Она с недоумением оглянулась, перевела взгляд на меня и возмутилась:

– Ломоносов, ты совсем обнаглел?

– Иногда нужно стряхнуть пыль, чтобы увидеть блеск золота, – насмешливо произнёс я и цокнул языком: – Не ценишь ты меня, моя очаровательная госпожа. Я привёл тебе слуг, а скоро приведу и новых последователей, а ты меня ругаешь.

Марена смутилась и потупила взор, но быстро опомнилась и спросила:

– Каких слуг?

– Этих, – я кивнул на Мокошек, которые забились в угол и со священным ужасом пялились на Богиню.

– Мёртвые восстают! – пролепетал Рыжий.

– Властительница крови, кость в горле Перуна! – бухнулся на колени Русый и принялся кланяться.

– Смерть нас нашла! – взвизгнул Каштановый и сполз по стеночке на пол.

– Ты украл Мокошек у моей сестры? – удивилась Марена. – Щедрый подарок, благодарю и благословляю тебя.

В полуобморочном состоянии Мокошки принесли Богине клятвы верности, повернулись ко мне и наперебой выпалили:

– Что дальше?

– Как спасать будем?

– Мы готовы!

Я спросил у Марены:

– Ты сможешь отозвать их в свою пещеру на Изнанке, когда они отдадут кокошник?

– Да, – кивнула она.

– Замечательно, – я ткнул пальцем в дверь. – Шуруйте на выход и спасайте Крабогнома.

С почтительностью поглядывая на Марену, они выскользнули на улицу, и я, попрощавшись с Богиней, последовал за ними. Мокошки не тратили время зря – сразу же открыли портал в проклятый Данж и нырнули туда. Секунда, вторая, третья – я услышал треск веток, а в следующее мгновение раздался оглушительный хлопок, и мне под ноги выбросило Крабогнома, на голове которого пестрел нарядный кокошник. Я влил немного энергии в зловредного духа, проверяя его состояние. Он, конечно, был ослаблен, но жив. Ну, в том смысле, в каком это слово можно употребить по отношению к Тени.

Вокруг нас постепенно собирались жители Северных Гребешков – они взволнованно перешёптывались, а кто-то даже молился. Крабогном не шевелился, и скоро воцарилась гробовая тишина. Люди стояли со скорбными лицами, готовые вот-вот заплакать. Все они вздрогнули от неожиданности, когда с громким хрипом Крабогном подскочил и завертелся вокруг своей оси.

– Что? Где? Расширять бизнес! – проговорил он, щёлкая клешнями. – Крысы – мало! Переходить на свиньи!

– Рад, что с тобой всё в порядке, – улыбнулся я. – Только кокошник не снимай.

– Великан-хозяин-друг?! – Крабогном застыл, а потом бросился ко мне и обнял за ногу. – Не хотеть обижать! Не хотеть бить! Лучший великан-хозяин-друг мира!

– Всё хорошо, – я неловко похлопал его по панцирю. – Ты где-то схватил проклятие. Снять его не удалось, но кокошник тебя защитит, пока мы не найдём решение. Если не хочешь снова превратиться в злобного монстра, не снимай его. Никогда. Понял?

– Да, – вздохнул Крабогном.

– Ты не знаешь, с какой вещи на тебя перепрыгнуло проклятие?