Чтение онлайн

— Сдавайтесь! — кричал вражеский воин. — Сопротивление наказывается смертью!

Тайчиут прыгнул на всадника и стащил его с седла. Тоган подхватил лошадь под уздцы. Животное вырвалось.

— Тоган! — крикнула Хадаган. Рядом просвистел меч, едва не задев плечо. Одни люди побежали к реке, за ними поскакали вражеские всадники. Другие кричали, уже окруженные всадниками. Хадаган пробивалась через толпу, разыскивая Тогана. За ней бежали женщины и мужчины. Их преследовали конные враги.

— Тоган! — кричала она.

Что-то ударило ее по голове, и она упала лицом вниз.

Она упала у подножья холма и поползла вверх по склону, к вершине, где стояла обо. В темноте она могла бы спрятаться за камнями. Рядом свистели стрелы. Мимо холма скакали всадники, рубя народ направо и налево.

В тусклом сером свете она увидела врагов, гнавших тайчиутов к пустому загону.

— Тоган! — вскрикнула она, не думая о собственном спасении. Он должен быть где-то внизу, среди пленных.

Лишь один человек мог бы спасти ее мужа. Тэмуджин говорил ей, что поможет ей, если будет в том нужда. Она молилась, чтобы он вспомнил это старое обещание.

— Тэмуджин! — закричала он. — Тэмуджин, помоги мне! Тэмуджин!

Два человека остановили коней у подножья холма. Один из них задрал голову.

— Кто зовет нашего хана? — громко спросил он.

— Хадаган, дочь Сорхана-ширы. — Она широко раскинула руки. — Он узнает меня! Моего мужа схватили ваши люди — скажите Тэмуджину, что дочь Сорхана-ширы просит пощадить мужа!

Двое исчезли в кутерьме. Она продолжала выкрикивать имя Тэмуджина, пока не охрипла, а потом села на землю. Людей заталкивали в загоны из повозок и веревок. Обессиленные, они валились на землю. Скоро и за ней придут враги. На холме она была на виду, и удивительно, что еще не рассталась с жизнью. Ее защищают духи обо. Они хотят, чтобы она перед смертью видела, какую доброту и жалость проявляют к ее народу.

Небо стало светлее. Пять всадников по телам проехали к холму. Хадаган встала и подняла руки, показав, что в них ничего нет.

— Я Хадаган, дочь Сорхан-ширы! — крикнула она. — Я прошу оставить в живых моего мужа Тогана!

Какой-то человек медленно спешился и вскарабкался на холм, другой поспешил следом. Она ждала, думая, что они обнажат мечи.

— Берите мою жизнь, — сказала он, — но оставьте жизнь Тогану.

Она склонила голову.

— Хадаган.

Чьи-то руки схватили ее за плечи. Она заставила себя поднять голову. Он стал высоким, и его усатое лицо почернело от грязи и крови, но светлые глаза были Тэмуджиновы.

— Мой человек сказал мне, что какая-то женщина выкрикивает мое имя. Я приехал тотчас, как мне сказали, кто ты.

— Спаси моего мужа, — бормотала она. — Пожалуйста… я…

Она оперлась о него и тут заметила рану на его шее и то, как он был бледен под слоем грязи.

— Пошли со мной. — Человек, пришедший с Тэмуджином, взял его под руку, когда они стали спускаться с холма. — Найдите воина-тайчиута по имени Тоган, — крикнул он троим, оставшимся внизу, — и доставьте его ко мне живым.

Тэмуджин, все еще слабый после ранения, был рядом с Хадаган весь день, пока его воины разбирались с пленными и добычей. Человек по имени Джэлмэ передавал приказы хана его людям. Полководцы подъезжали к походному шатру Тэмуджина и докладывали. Поскольку о Тогане ничего не было слышно, Тэмуджин послал Джэлмэ поискать его.

— Я обязан жизнью Джэлмэ, — сказал он Хадаган. Караульный подкинул в огонь кизяков. — Когда стрела попала мне в шею, он высосал кровь из раны. Он разделся до сапог, пробрался в ваш стан без оружия и украл для меня кумыс. Если бы его поймали, он собирался сказать, что пытался дезертировать.

— Храбрый человек, — сказала она.

— Такой же, как ты, Хадаган. Ты мне спасла жизнь очень давно.

— Я боялась, что ты забыл. — Голос ее дрогнул. — И теперь ты видишь, чем я за это расплатилась.

Он взял ее за руку.

— Я сделаю все, что смогу. Обещаю тебе…

Вернулся Джэлмэ. На лице воина не написано было ничего. Он спешился, подошел и присел на корточки у огня.

— Тэмуджин, я привез плохие новости.

— Говори.

— Ты слишком поздно отдал приказ о спасении мужа этой женщины. Его тело лежит среди казненных. Я сказал, чтобы его похоронили со всеми почестями…

Хадаган вскрикнула.

— Это я виновата! — Она рвала на себе халат. — Будь я проклята за то, что сделала!

Тэмуджин схватил ее за руки, она вырвалась, а потом обмякла, слишком ошеломленная, чтобы плакать.

— Это я заслуживаю проклятья, — тихо сказал Тэмуджин, — за то, что не предотвратил этого.

Она высвободила руки и закрыла ими лицо. Тэнгри отметил его давным-давно, он сказал это, когда был пленником в юрте отца. Двадцать лет тому назад он обещал, что она будет сидеть рядом, и духи отняли у нее все для того, чтобы его обещание было выполнено.

— Обещаю позаботиться о тебе, Хадаган. Я не могу оживить мужа, которого ты потеряла, но проси меня, о чем хочешь, и твоя просьба будет выполнена… клянусь.

Она подняла голову. Слезы бежали по его лицу. Она не думала, что он может плакать.

— Я могу сделать лишь одно, — сказала она. — Будь милосердным к здешним людям, которых ты победил. У меня все отняли. Пощади остальных.

Он прищурился. Он откажется, он подумает о людях, которые набили ему на шею колодку и били его, о детях, ныне взрослых, которые мучили его.

— Вожди забыли о присяге моему отцу, — сказал он. — Они бросили меня, мучили и присоединились к моим врагам, чтобы воевать против меня. — Он вздохнул. — Но я дал тебе обещание. Пощада будет, Хадаган, потому что меня попросила о ней ты.