Чтение онлайн

Он взял быстрый темп. Его пальцы бегали по струнам, словно песчаные гекконы, но сам Фернандо был невозмутимо-беззаботен – он легко держал такой темп. Он соревновался, играя эту вещь по очереди с Деборой… и выиграл! Дебора запнулась, а он нет! Как он тогда торжествовал! Дебора… Чёрт, не отвлекаться! Здесь надо поддать жару, а здесь сыграть сложную фигуру…

Посетители заметно оживились. Всё больше монеток падало в его раскрытый чехол, всё больше возгласов одобрения звучало, и всё больше посетителей заходило по ступенькам с улицы в кафе! Закончив фламенко, Фернандо заиграл страстное танго – такое же нервное и непостоянное, как и их отношения с Деборой… Композиции сменяли одна другую, монетки сыпались… и вдруг, глянув правее, Фернандо чуть не запнулся, обомлев. Среди прочих слушателей стояла ОНА – Дениза Соул! Пальцы, только что летавшие по струнам, вмиг вспотели, а потом и вовсе перестали слушаться. Нет никаких сомнений, что эта высокая темнокожая девушка – именно она! Улыбаясь, она слушала и хлопала ему. Нет, играй, играй как можно лучше! Ты должен её впечатлить!

С новой силой ударив по струнам, Фернандо доиграл коду с особой экспрессией, почти с отчаянием, а затем эффектно скинул гитару с плеч и поклонился. «Оранжерея» огласилась бурными аплодисментами, монетки дождём забарабанили по днищу чехла. Уфф, красивый вышел финал! Играть дольше Фернандо бы уже не смог…

Поняв, что представление окончено, посетители начали разбредаться по кафе – кто к бару, кто – танцевать у стереосистемы. Фернандо молча выгребал из чехла заработанную мелочь, укладывая туда гитару и стараясь не смотреть на девушку справа от него. И всё-таки его сердце замерло, когда она плавно подошла к нему почти вплотную.

– Привет, – Дени сама протягивала ему руку! Забыв про всё на свете, Фернандо робко пожал её ладонь.

– П-привет! – выдавил он, наконец, предательски краснея. Глаза Дени улыбались.

– Это ведь ты вчера был на дне рождении Бакари? – сказала она.

– Да.

– Дениза, можно Дени.

– Э-э… Фернандо!

Чёрт, у него совсем крыша едет, раз он даже своё собственное имя не может произнести как следует!

– Ты здорово играешь, – Дени продолжала смотреть на него в упор, отчего парень чувствовал, что совсем теряется.

– С-спасибо… – вот же Лама, он ведь никогда не страдал заиканием!

– А ты здорово поёшь! – неожиданно для себя самого выпалил Фернандо, – ой, то есть, вы…

– Да ладно, давай на «ты»! – Дени дружески коснулась его плеча, отчего в желудке у Фернандо всполошился целый рой бабочек.

– Нет, правда! – продолжал он, увлечённо жестикулируя, – я когда вас… тебя вчера слушал, я просто улетел! Вообще! Такой голос!.. Как бы я тоже хотел так петь! – закончил Фернандо монолог столь неожиданным для самого себя признанием.

– Так же, как я? – Дени рассмеялась, – ну, нет, так же у тебя бы не получилось – ты ведь не девушка, правда?

Фернандо рассмеялся, а затем вдруг замер, услышав:

– Но ты мог бы лучше.

– Что? – Фернандо был искренне удивлён, – а откуда вы… ты знаешь? Ты разве слышала меня?

– Я ещё не слышала, как ты поёшь, но я слышу, как ты говоришь, – вполне серьёзно ответила Дени, – у тебя очень густой и глубокий тембр голоса. Я бы с удовольствием послушала твоё пение и, возможно, даже научила бы тебя кое-чему, я ведь занималась вокалом.

Фернандо растерянно оглянулся – они так и стояли посреди кафе. Дени быстро поняла его смущение.

– Тут в двух шагах есть пляж. Пойдём туда – там обычно никого нет, – сказала она.

Они быстро вышли из «Оранжереи». Дождь перестал, теперь везде царила прохлада и свежесть, а прорези облаков уже окрасились пурпуром заката. Фернандо украдкой поглядывал на Дени. Сегодня она была одета в облегающие бежевые джинсы, кремовый ажурный топ и шлёпанцы на босу ногу – похоже, Дени питала слабость к жемчужным оттенкам, так же, как Дебора – к сочетанию чёрного с кислотными цветами. И сегодня Дени казалась гораздо ниже, почти одного роста с Фернандо – значит, вчера на ней были каблуки, невидимые под длинным платьем. В этом наряде она выглядела проще, не так ослепительно, и всё равно – сногсшибательно, у Фернандо слегка кружилась голова, словно рядом с ним по песку плыла сама богиня, притворившаяся обычной девушкой. И – да, её длинные волосы снова были собраны в высокую причёску, а в ушах поблёскивали серёжки, правда, сегодня не бриллианты, а жемчужины.

Они пришли на пляж, и Фернандо положил гитару на песок, нерешительно глядя на Дени.

– Ну же, спой что-нибудь! – сказала девушка. Парень оглянулся. На пляже было пустынно и свежо, кричали чайки, слегка шумели под вечерним бризом волны, а пальмовая роща полностью скрывала от них город. Дени смотрела выжидающе. Силясь справиться с проклятым волнением, Фернандо несколько раз прочистил горло. Он никогда особо не пел в полный голос – так, напевал иногда, гораздо чаще парень проявлял свою музыкальность посредством гитары. Но Дени ждала, и Фернандо запел.

Едва начав, Фернандо понял, что сфальшивил чуть ли не на первой ноте, и вообще его голос дрожал, мелодия «плавала» – позор, да и только! Впрочем, Фернандо нашёл в себе мужество допеть куплет.

– Ну-у, это не твой голос! – как он и ожидал, Дени была разочарована, – ты поёшь неправильно, совершенно неправильно! Смотри сюда! – девушка резко выпрямилась, положив кулаки на рёбра – главное в пении – это дыхание. Я беру дыхание в живот. Потрогай мой живот!

– Что?! – пока Фернандо поражался смелости этого предложения, Дени схватила его ладонь и приложила к своему животу, который, кстати сказать, был твёрдым, как доска.

– Мышцами живота, а точнее – диафрагмой я выталкиваю воздух, и это даёт голосу силу, – продолжала объяснять Дени и вдруг выдала голосовой позыв такой мощности, что чайки в небе испуганно засуетились.

– Круто! – восхищённо выдохнул Фернандо.

– Ты тоже можешь так. Давай, попробуй!

И начался урок. Дени набросилась на него, словно спортивный тренер:

– Рот открывай шире! Звук посылай прямо к верхним зубам и обязательно улыбайся – если не будешь улыбаться, твоё пение превратится в хныканье. Держи осанку, но будь раскован, свободен. Запомни, твоё тело – это твой инструмент, он должен звучать с головы до пят.

Она заставляла его петь различные упражнения, то и дело хлопала по спине, выправляя осанку, тыкала его пальцем в живот, следя, чтобы тот был твёрдым. Фернандо чуть с ума не сходил от её прикосновений, изнемогая под грудой её требований, однако парень был поражён, когда обнаружил, что его голос вдруг действительно зазвучал иначе – ярче, сильнее, свободнее! Как будто откуда-то из глубин его существа вдруг прорезалось нечто новое, о чём он и не подозревал. Фернандо с трудом сдерживал рвущуюся наружу улыбку. Дени, похоже, тоже была довольна.

– Теперь чувствуешь, на что ты способен? – улыбнулась она, – у тебя есть природный дар. Кого угодно можно научить правильной технике пения, но далеко не у каждого голос зазвучит красиво. Моя сестра Дебора, к примеру, тоже хочет петь, и она знает, как делать это правильно, но у неё никогда не будет такого яркого голоса, потому что ей от природы не хватает тембра. У тебя же прекрасный тембр.

Дебора… Фернандо вдруг ощутил острое угрызение совести – словно это он повинен в том, что у его девушки нет голоса.