Чтение онлайн

Я впустила его! И он подарил мне лучший оргазм в моей жизни!

Белый шум дождя почти стих. Поэтому мне очень хорошо слышно, как со стороны ворот раздается глубокое рычание мотора.

Кто-то возвращается на ферму! Стоя с этой стороны домика, мы легко попадем в их поле зрения, освещаемые фарами.

Митя тоже слышит. Он замирает. Его тело превращается в неподвижную сталь. Он убирает руку с моей талии, вторую с шеи, и я молниеносно отшатываюсь от него.

Поворачиваюсь к нему, когда он облизывает пальцы. Его глаза полуприкрыты. На лице чистое наслаждение.

— Ты охренительная, — вынимает пальцы изо рта. Какого черта он делает? Как будто его не ждет сейчас казнь! Или это он так растягивает удовольствие на последние секунды своей жизни?

Если в машине мой брат, я просто не успею вмешаться! Не успею объяснить, что Митя не принуждал меня! А со стороны с его рукой на моей шее это могло быть очень похоже на это!

И я не смогу переубедить брата, что могу делать со своим телом все, что хочу! Эти их дурацкие пацанские правила! Кодекс, который он сами придумали и чтут! Сестра друга под запретом и все такое! Что за привычки властных альфа?

Мое сердце теперь опять пускается в бешеный пляс. Но не только оттого, что нас поймали. Скорее потому, что внезапно на место дождю пришла реальность. Мы потерялись в этом моменте, забыв, что мир не вертится вокруг нас. Он гораздо больше.

Его банда с их сложными и непонятными мне правилами, мой брат, отношение Мити к сексу, моя жизнь там, далеко отсюда, мои планы на будущее, мои страхи, и самое главное — маленькая девочка в центре этого запутанного клубка. Она важнее всего.

— Никогда больше так не делай! — прошипев, делаю еще один шаг от Мити. Как раз в тот момент, когда из машины выходит темная фигура.

Я думаю о том, чтобы сбежать в домик, но мои ноги все еще слабые после оргазма. Да и бросать Митю на растерзание почему-то не хочется.

Когда фигура приближается, я узнаю в ней Оскара, его главаря, я и вовсе застываю на месте.

Конечно, он не стал игнорировать нас. Стоящих здесь под дождем в темноте. В одних трусах!

Хорошо, что стало еще темнее, и на моих горящих от стыда щеках не увидать румянца.

Прищурившись, окидывает взглядом Митю. Меня.

— Все нормально, Рита? — его внимательные, умные глаза изучают меня.

О-о! Мне нужно ответить. И лучше сделать это непринужденным, расслабленным и совершенно будничным голосом. Особенно если Оскар успел увидеть хватку Мити на моем горле. А если все же увидел, его выдержке можно позавидовать.

Хотя я слышала от Саши, что когда дело касается Жени, он бешеный ревнивец и вся его выдержка летит к черту.

Ой. Кажется, я отвлеклась. Мне нужно что-то сказать.

Оскар ждет. Его внимание полностью сосредоточено на мне.

* * *

— Да, все хорошо, — проглатывая нервозность, улыбаюсь. — Мы просто наслаждались теплым летним дождем. Как в детстве! — я добавляю смех в конце, но выходит суховато и принужденно.

— Аа… так вот что вы делали!

— Ага! А ты разве не бегал босиком под дождем в детстве? — невинно моргаю.

— Нет! — сухо и коротко.

Оскар смотрит на меня слишком пристально, и я начинаю чувствовать себя как провинившаяся школьница.

— Да. Просто немного повспоминали... побегали! — подает голос Митя.

— Ладно… бегуны. Смотрите, чтобы ваши забеги Костя не увидел.

Мои глаза расширяются от ужаса. Он все видел? Или, по крайней мере, понял! Конечно! Он же не дурак! Все-таки их лидер!

Тихий писк доносится из радионяни, которую Митя положил под стул на мои свернутые брюки. Я использую это, чтобы сбежать из этой сцены.

Пробурчав что-то невнятное про Анюту, бросаюсь к двери. Митя как-нибудь сам разрулит с Оскаром. Тем более, кажется, он не планирует нас выдавать.

Ух! Пронесло!

Хотя какое там пронесло! Что мы натворили?! Как теперь в глаза друг другу смотреть? Ну… Митя-то наверняка будет еще больше нагло смотреть. И раздевать глазами…

— Сейчас, маленькая! — кричу Ане и несусь на второй этаж, по пути срывая мокрую майку и насквозь промокшие трусики (с двух сторон и по двум причинам).

Хватаю из комода первые попавшиеся трусики и майку с кровати. Это майка моего бывшего. Я ее стащила, когда уходила от него. Но это был не сентиментальный порыв. Просто она очень удобная. Майка баскетболиста, как я ее называю. Она длинная и свободная, с большими проймами. Самое то на жару. Последние жаркие ночи я сплю в ней. Гораздо удобнее, чем всякие пеньюары и ночнушки с их завязочками и бантиками.

Бегом спускаюсь к Ане. Малышка уже разрывается требовательным криком.

Осматриваю ее, пытаясь понять, что ее беспокоит.

Ей нужно поменять подгузник. По вечерам и ночам по негласному правилу очередь Мити делать это, но возня с малышкой хоть как-то успокоит мои нервы и отвлечет меня от того, что только что произошло.

К тому же я не могу позволить страдать ей. Даже несколько секунд, пока Митя не зайдет в домик.

Она похитила мое сердце. Полностью. За такой короткий срок я привязалась к ней безумно. В этом я могу себе признаться. Даже не представляю, как уезжать, когда найду работу? Как оставить ее? Не увидеть ее первый зубик, первый шаг…

И я хотела бы увидеть лицо Мити, когда его дочь впервые скажет осознанное «папа»!

Когда я заканчиваю переодевать ее, целуя животик и тиская, хлопает входная дверь.

О нет! А я уже понадеялась, что успею положить Анюту в кроватку и сбежать наверх.

— Рита! — глубокий с измученными нотками голос Мити зовет меня.

Только от одного его голоса у меня мурашки по коже. И сердце бьется быстрее. Так же, как от его прикосновений и поцелуев.

Я не поднимаю голову. Не могу смотреть на него, пока во мне бушует так много эмоций.

Сначала мне нужно задавить их, притупить.

Смотрю исключительно на Аню, пока несу ее обратно в кроватку с пеленального столика. Поглаживаю ее по животику.

Его жар касается моей спины, когда он встает слишком близко ко мне. В воздухе ощутимо витает запах секса. Дурманящий терпкий запах его спермы, испачкавшей и пропитавшей насквозь его боксеры.

Надеюсь, запах дождя на улице перебивал его, и Оскар ничего не почувствовал.

От этого мужского аромата голова начинает кружиться, а внизу живота снова расцветает тепло.