Чтение онлайн

Он был дьявольски красивым – обнаженная грудь темнела ровным загаром на фоне белых простыней и длинных золотистых с серебром волос, свисавших спутанными прядями. Ей отчаянно захотелось причесать их пальцами и гладко уложить.

Но, вместо этого, будто не замечая насмешки в его словах, Анжелина вернулась к двери и заперла ее.

Чарли от удивления вскинул брови:

– Ого? И зачем это вы запираете дверь? Замок не остановит Уинстона, если ему очень захочется к нам войти. Правда, Уинстон?.. – крикнул он в темноту и отпил еще глоток.

– Он не войдет. Я его отослала.

Он задумчиво пытался рассмотреть ее, глядя поверх бутылки, которую держал у рта.

– И как далеко?

– Вниз. На веранду.

– Значит, я не смогу убежать, если только вы об этом подумали. Знаете, я решил все же встретиться с судьей... Мне надоело скрываться.

– Я знаю и понимаю вас очень хорошо. Но пришла не для этого.

– Нет? – Чарли насупился и отпил еще глоток. – Тогда чего вам от меня надо?

Анжелина проглотила комок, вдруг застрявший в горле. Она не имела никакого представления о том, как надо соблазнять мужчину. Таких уроков ей никто не давал. И, если уж говорить начистоту, то она не знала и технологии финальной процедуры. Она лишь надеялась на то, что, когда понадобиться, Чарли сумеет компенсировать пробелы в ее знаниях и навыках.

Анжелина неторопливо подошла к лампе, чтобы убавить свет. Потом, боясь потерять самообладание, повернулась к Чарли и повела плечами так, чтобы ее халатик упал с одного плеча.

Чарли недовольно посмотрел на нее:

– Вы думаете... Что вы делаете, сестра? Сегодняшний вечер совсем не годится для того, чтобы вы раздевались передо мной. И вообще... для нас обоих было бы лучше, если б вы легли спать в другой комнате...

Глубоко вздохнув, Анжелина повела плечами и халатик упал с другого плеча. Жесткая белая ткань беззвучно соскользнула на пол. Чарли, до этого глядевший только на ее лицо, опустил глаза, и его взгляд замер на ее груди, а затем опустился ниже. По тому, как его глаза постепенно расширялись от изумления и восторга, а дыхание учащалось, Анжелина поняла, что тонкая сорочка и мерцание лампы лишь подчеркивали ее наготу, едва скрытую белой тканью.

Она сделала три неуверенных шага от туалетного столика до кровати и присела рядом с ним.

– Сегодня я никуда от тебя не уйду, Чарли, – сказала она твердо, забрала бутылку у него из рук и, наклонившись, поставила виски на пол. Когда Анжелина выпрямилась, то увидела, что Чарли смотрит на нее так, будто она – первая женщина, явившаяся к нему с интимным предложением. Мысль о том, что в его жизни бывали и другие женщины – умелые, зрелые, понимающие – заставила ее быстро и нервно облизнуть губы.

Чарли не пропустил движения ее язычка, потом протянул здоровую руку и стянул ленточку с ее волос. Развязавшаяся атласная полоска сначала соскользнула ей на шею, потом упала вперед и замерла на груди, прикрытой тонкой тканью.

– Это большая ошибка, – заметил Чарли, продолжая упрямо смотреть на красный лоскуток. – Вам бы следовало бежать отсюда сломя голову, маленькая девочка, а вы затеваете игры взрослых девиц... такие игры, которые вы сами еще толком не поняли.

– Я понимаю больше, чем ты думаешь, Чарли Колтрейн. – И Анжелина подняла руку, чтобы расстегнуть сорочку на груди. Несколько секунд Чарли следил за ее движениями. Вдруг их взгляды встретились. Он дал ленточке упасть на постель между ними и подался вперед, чтобы оттолкнуть ее неловкие пальцы.

Анжелина позволила ему отодвинуть свои руки в сторону, но когда он снова застегнул пуговки, она поймала его руку.

– Зачем ты это сделал?

– Удерживаю нас обоих от большой ошибки. – Он вынул руку из ее ладоней, словно не мог вынести ее прикосновения. Потом отвернулся. – А теперь соберите свою одежду и убирайтесь отсюда ко всем чертям...

Анжелина заколебалась, чувствуя себя неуверенно и смущенно. Видя, что он стоически продолжает смотреть в сторону, она подняла руки и распахнула сорочку.

Когда верхняя часть груди обнажилась, она протянула руку и дотронулась до его подбородка, заставляя посмотреть на себя.

– Я не уйду... – Она долго смотрела в его глаза. – Я не смогу.

И, словно не в силах сдержаться, Чарли поднял руки.

– О Ангел, мой милый Ангел, – прошептал он. – Ты сама не знаешь, что со мной делаешь...

Первое прикосновение будто обожгло ее и заставило чуть вздрогнуть и резко вздохнуть. Одна за другой с мучительной медлительностью расстегнулись и остальные пуговки сорочки. Руки Чарли скользнули по ее ключицам, сдвигая сорочку с плеч. Она легким движением сбросила ее на талию.

Его руки, зачерствелые от долгой работы с лошадьми, гладили ее удивительно нежно, будто она была из самого хрупкого стекла. Он проводил пальцем по верхушкам ее грудей, поглаживая, дразня и захватывая их округлости в свои ладони, потом трогая и раздражая затвердевшие соски мозолистыми большими пальцами. Принимая его ласки и наслаждаясь ими, она откинула голову назад. Вдруг его губы коснулись и захватили болезненно напрягшийся сосок... и он осторожно опустил ее спиной на постель.

Пока губы Чарли творили чудеса, Анжелина протянула руки к его широкой спине, поглаживая твердые, выпуклые мускулы. Она проводила пальчиками по шрамам, поглаживая их с невнятным шепотом, шедшим откуда-то из глубины ее горла. Вдруг он напрягся и поднял голову:

– Есть много вещей, которых ты обо мне еще не знаешь.

Она улыбнулась дрожащей и неуверенной улыбкой, потом обхватила его за шею и притянула ближе к себе. Не дожидаясь, пока их губы сольются, она прошептала:

– Я знаю о тебе все, что мне надо. Сейчас и навсегда.

Чарли испытывал одновременно отчаяние и страстное желание – такое же пьянящее ощущение, как от виски, который он потягивал несколько минут назад. Она отвечала на его ласки своими, приоткрывая ротик и приглашая его внутрь со страстными призывными звуками. Стоило ему поцеловать ее, как Анжелина стала нетерпеливо трогать его, стараясь поскорее испытать все, что раньше считала для себя запретным навек.

Но когда она опустила руку ниже, попробовав погладить его чуть выше затвердевшего бугорка в джинсах, Чарли от неожиданности вздрогнул и схватил ее за руку.

Глаза Анжелины широко раскрылись. Его лицо, так близко нависшее над ней, исказилось от напряжения, глаза прикрылись.

– Ты хочешь меня убить, Анжелина? – прохрипел он.

Она погладила его свободной рукой по щеке.

– Нет, я только пытаюсь тебя любить. – Она подняла навстречу ему голову, чтобы поймать его губы своими и поцеловать глубоким поцелуем. Его обнаженная грудь сжимала ее груди, а она с наслаждением терлась об него набухшими сосками. Чарли застонал и сам крепко поцеловал ее в ответ. Спустя несколько секунд он выпустил ее запястье. Не теряя времени, Анжелина потянулась к металлическим пуговицам его джинсов.

Он вздрогнул от неожиданности, когда она прикоснулась рукой к его плоти, и даже попытался отодвинуться от нее.

– Не надо, – прошептала она ему в губы, – дай мне потрогать тебя. Ну, пожалуйста.

Он вздохнул, поежился и от этого движения освободившийся твердый член выпрыгнул из джинсов. Анжелина легонько толкнула Чарли, чтобы он упал навзничь и стянула джинсы с его ног, сбросив их потом на пол. Она с изумлением рассматривала открывшееся ей зрелище. Никогда в жизни ей не доводилось видеть совершенно обнаженного и возбужденного мужчину. Чарли мог считать себя старым, но его тело говорило об обратном. Сильный, загорелый, крепкий – он являл собой эталон животной красоты самца.