Чтение онлайн

Как она смогла так просто отказаться от него и от Ди? Даже не моргнула, когда вычеркивала Вестов из своей жизни. Все потому, что поддерживать дружбу запретил влиятельный папочка. Значит, общаться с таким, как Браун, он разрешил, а с таким, как он — нет? Стив с наслаждением мечтал, о том, как выстрел в упор из дробовика кормит мистера Белл, и как за всем этим наблюдает обездвиженная Лаура. Ее истерика переливается в ушах Веста, будто голоса рождественского хора, брызнувшие слезы превращаются в россыпь подлинных бриллиантов, в драгоценности, которых всегда мало, которых хочется еще и еще. Лаура Белл должна плакать. Много плакать прежде, чем и в ее красивенькое личико влетит дробь.

Она должна выплакать всю боль Стивена Веста. Все они должны выплакать боль Стивена Веста. Их родные тоже должны выплакать его боль…

Под одним из свободных постаментов в бескрайней тьме загорелась табличка с надписью «Лучший друг».

Захария Моллин, словно в замедленной съемке, разлетался на мясные ошметки из-за ручной гранаты без чеки, которую сжимал в ладонях. Его перекошенное в зверской панике лицо говорило о том, что получить такой презент он не ожидал.

Улыбка на лице Веста стала шире, показались ровные зубы. Зака, который все это время сидел напротив и дул в чашку с чаем, внезапно посетило дурное предчувствие.

— Стив, ты чего? — неуверенно спросил он.

От его голоса взгляд юноши вернулся, приобрел ясность и налился свинцом. Улыбка исчезла.

— Ничего, дружище, — Стивен Вест медленно опустил голову. Он так и не притронулся к чаю, вжившись в роль навеса над столешницей. — Просто представил, что было бы, если б хотя бы одна душа в этом чокнутом мире любила меня.

— Не начинай, а, — протянул Захария. — Тебя любят. Но в последнее время ты ведешь себя, как…

— Ах вот оно что, — вдруг вскинул брови Вест. — Выходит, финансовые проблемы твоей матери не при чем, дело в моем поведении. Как я себя веду? Расскажи мне, дружище, как же?

— Как мудак, Стив. — Переживания вдруг покинули Моллина. Шестеренки крутились на всю — он просто обязан был сказать это в лицо товарищу. Да, возможно, сейчас произойдет неприятный конфликт (его предвещала особая аура, сгустившаяся вокруг Веста), но парень ощутил, как сильно устал терпеть непрекращающийся в его квартире негатив. Эта усталость копилась долго, а теперь вдруг стала сильнее любого страха.

Кухня семейства Моллин была тесноватой, однако это же и делало ее удобной — все необходимые бытовые предметы можно было достать без лишних перемещений. Поэтому Захарии сразу стало понятно, куда смотрит его друг: Вест заприметил подставку с набором ножей. Безусловно, они были прекрасны: на карминово-красных рукоятках изображались подвиги Геракла, в таком же древнегреческом стиле рисовки, какой можно встретить на амфорах того времени. Это были не просто ножи, это был подарок от отца на День рождения матери. Зак помнил, как мама сказала, что дарить оружие — дурная примета. Отец рассмеялся тогда, махнул рукой и послал к бесам дурацкие поверья. А через год ретировался к молодой коллеге, бросив и жену, и уже вполне осознанного сына. На тот момент Заку было уже одиннадцать…

Но Стив смотрел на ножи явно не потому, что они были притягательно красивы. Захария мигом покинул стул и загородил их, опершись поясницей о кухонную тумбу с потертыми ручками. Когда-то этот кухонный набор мебели выглядел дорого. Зак даже помнил, как гордился, когда родители его устанавливали, но, спустя десятилетия, древесно-стружечная составляющая набрала царапин и кое-где вздулась от влаги. Особенно, возле мойки. Теперь кухня выглядела гораздо проще, но все еще пыталась имитировать дорогое дерево привлекательного кофейного цвета.

— Разве ты не видишь сам? — спросил Моллин, смягчив тон в попытке достучаться до одноклассника. — Я помогал тебе всегда, Стив. Всегда! Ни разу от тебя не отвернулся, прошу заметить. И что получаю в ответ? Психи. И эти психи меня достали. Окей, я бы потерпел тебя еще, наверное, но подумай о моей матери, которая тебя кормила и поила вместо того, чтобы вернуть обратно чокнутой родне.

Вест мотнул головой:

— Не советую тебе продолжать. — Ледяная интонация юноши была предупреждением о серьезной угрозе. Он явно не блефовал.

Зак поверил и заткнулся, понимая, что выбрал правильный вариант поведения. Сейчас драка наверняка перерастет во что-то пострашнее, ибо Стивен смотрел на него так, будто уже вынес приговор.

— Последний шанс, — Вест вновь растянул ядовитую усмешку на лице. — В зависимости от того, что ты мне предложишь, решится дальнейшая твоя судьба. Клянусь, ты даже не представляешь, как я отыграюсь прежде, чем исчезну для всех вас.

— Исчезнешь для всех нас? — не понял Моллин, но Стив перестал улыбаться, и это заставило рыжего усерднее задуматься над решением возникшей ситуации.

Ему показалось, будто он чувствует запах мертвечины. Это длилось всего пару секунд, словно кто-то пронес мимо старый крысиный труп. Волоски на руках юноши приподнялись от нахлынувшего следом страха.

Что, если это дыхание Смерти? Что, если она сейчас с ними, тоже сидит на кухне и ждет, чем закончится разговор?

Захария испытал раздражение. Почему это он должен пасть жертвой? Почему он боится, а не Стивен? Стивен не сильнее, не умнее и не проворнее! Но глупые мысли на тему «кто круче» растаяли перед здравым рассуждением о последствиях. Не важно, кто будет сильнее, победитель все равно окажется за решеткой.

Однако, невесть откуда промелькнувший запах дохлятины напомнил Захарии о разделке косули у дяди на ферме. Забытые на солнце мелкие шкурки и не оттертая кровь пахли похоже.

Работа в полиции отнимала много времени, поэтому Сэнди Старрет лишь мечтал сделать из фермы ферму. Он мечтал завести коров, парочку коз, домашнюю птицу, но за всем этим хозяйством необходимо было ухаживать. Когда бы он мог все успевать? Сэнди не раз жаловался на то, что не женат. Мол, была бы у него крепкая женщина, он бы с удовольствием сбагрил на нее все эти заботы. Зато ей не пришлось бы работать где-то еще.

И тут Захарию посетила идея.

— А что, если… — начал он и взглянул на выжидающего Стивена Веста. — Помнишь моего дядю Сэнди?

— Мистера Старрета?

— Да, — Зак щелкнул пальцами. — У него есть ферма, на которой не хватает рук. Что, если я договорюсь, чтобы он взял тебя к себе? Окраина пригорода, природа вокруг, раздолье.

— И он не разболтает про меня моим?

— Нет. Я сочиню ему историю. Кроме того, мы же с дядей неплохие такие кореша. Не волнуйся, он не подведет. А еще его фермерский дом куда просторнее моей квартиры. Сэнди много работает, потому большую часть времени ты будешь один. Разве не круто?

Вест поразмыслил немного, затем состроил разочарованное лицо. Моллин прямо-таки видел, как у одноклассника рассеиваются планы по причинению тяжких телесных повреждений.

— Ладно, — дернул плечами Стив. — Мне удобно.

Гигантский валун свалился с души Захарии Моллина. Вновь засверкали слепящие лучи рассвета на горизонте его распластанной души. Наконец-то Стивен свалит.

Год за годом Город-1 не ждет весну и не грезит о ней. Напротив, он упирается до последнего, противостоит, не желая обнажать почву из-под уютного пушистого снега. Сколько под ним хранится маленьких секретов и огромных тайн… И все они желают оставаться спрятанными, покрытыми усыпляющим, умерщвляющим слоем, подальше от нежеланных глаз и рук.