Чтение онлайн

Не мог, и Снежана его понимала. А ночью… Ночью Мирон вновь и вновь доказывал жене, что она единственная женщина в мире, которая ему нужна. Самая любимая, самая желанная.

Две недели в больнице тянулись очень долго. Варя изнывала от безделья и однообразия. С соседками по палате она так и не нашла общего языка, да и не пыталась этого сделать. Максим ей звонил раз в три дня, а приезжал лишь однажды, когда ей понадобилась консультация генетика. Муж отвез ее в Центр Охраны Материнства и Детства, а потом вернул в роддом. Симонов был предельно вежлив и подчеркнуто безразличен.

Варя считала минуты до выписки, так хотелось вернуться домой. Квартиру Симонова она считала своим домом. А как иначе, они прожили там пять лет. Квартира была обустроена под их нужды, очень уютная и комфортная. Да и нет там этих назойливых болтушек, которые носятся со своими животами как с писаными торбами.

Симонов смотрел дизайн-проект, представленный девчонками. Квартира совершенно преобразится, что очень понравилось мужчине. Холостяцкое жилье с минимум деталей. Все в меру, где-то, даже строго, но так было даже лучше, ничто не будет напоминать о прошлой жизни.

— Ну как? — девчонкам не терпелось услышать мнение клиента.

— А знаете, здорово. — Макс поднял оба больших пальца вверх. — Теперь строители могут приступать к отделке.

Личики Лены и Тани просияли.

— Завтра они и начнут.

— Уверен, теперь у вас будет много заказов. — Макс улыбался. — После той рекламы, что я вам сделаю — отбоя от клиентов не будет. — Симонов был уверен в том, что говорил. Да и в этой квартире можно будет жить после того, как ее оформят, без мучительных воспоминаний о прошлом.

— Спасибо и тебе, что дал нам возможность поработать. — Девчонки получили гонорар, и Симонов покинул квартиру.

Максим добрался до дома родителей и устроился в гостиной с бутылкой пива. Включил телевизор, где шла трансляция футбольного матча, и отсалютовал экрану:

— Все будет хорошо!

Как бы странно не звучало, но жизнь продолжалась!

Снежана часто ловила себя на мысли, что счастлива. Почти полностью, лишь легкие тучи набегали на чистый небосвод их семьи. В эти минуты Снежана заставляла себя переключаться — искать себе какое-нибудь дело, которое отвлекало бы от плохих мыслей. И к возвращению мужа домой, девушка была вновь улыбчивой, не смотрела с упреками и подозрениями. Мирон тоже заметил эти изменения, но старался не акцентировать свое внимание на этом. Он просто радовался тому, что они со Снежаной вместе.

В конце ноября к ним приехали Кочетковы.

— Мне тут подкинули путевки на турбазу. — Олег вольготно расположился на стуле, рядом с ним сидел Мирон. Их жены заняли диван. — В программу входят прогулки на свежем воздухе, шашлыки, посиделки вечерами у камина. — Мужчина перечислял все, прекрасно зная, что Даниловы не могут остаться равнодушными ко всему этому. — Ну как, интересует предложение?

Мирон со Снежкой переглянулись и широко улыбнулись.

— Спрашиваешь. Конечно, да.

— Отлично! — Кочетков потер ладони. — Ехать в эту пятницу, в воскресенье вечером обратно.

Олег с Юлей решили, что в данных обстоятельствах — конфликте двух бывших лучших друзей — они не станут принимать чью-либо сторону. Как общались раньше с Симоновым и Даниловыми, так и продолжат это делать. Теперь, правда, по отдельности. Но почему они должны выбирать кого-то, если любят и Макса и Мирона?

— В общем, ехать лучше на одной машине. В пятницу будьте готовы.

— Подготовимся. — Мирон достал из холодильника рыбу и пиво. Они с Олегом погрузились в разговор о проблемах строительства, обмениваясь техническими терминами и рассуждая, как лучше доделать коттедж.

Снежана отвела Юльку в гостиную, где Кочеткова, увидев кота, так его затискала, что Ричард, недовольно фырча и оглядываясь, сбежал из комнаты. Юля поведала Снежане о том, как поступила с ней Варя.

— Ты знаешь, я не удивлена. — Снежана предполагала что-то подобное. Варя не могла уйти просто так, обязательно надо причинить напоследок боль.

Юля тяжело вздохнула:

— А я до сих пор не могу понять, как столь жестоко может поступать та, которая носит под сердцем малыша? Разве она не должна сосредоточиться на этом? А Варя только сеет кругом раздор.

В груди Даниловой кольнуло: всплыли воспоминания о прошлом, когда она сама была в положении. Ее тогда мало интересовало происходящие вокруг события. Главным был малыш.

— Все люди разные, — Отстраненно сказала Снежана, не желая дальше обсуждать эту тему. Ничего нового они не узнают, а травить себе душу грустными мыслями не стоит.

— Макс сказал, что она сейчас лежит на сохранении, — Добавила Юля и сменила тему. — Хочешь посмотреть наш дом? — Кочеткова достала смартфон, где во всех ракурсах был запечатлен их будущий дом.

— Красивый, — Отметила Снежана, не в силах избавиться от мыслей о бывшей подруге. Варя сейчас в больнице, и если бы они продолжали общаться — Снежана приезжала бы к ней часто. Но, несмотря на тоску по прошлым временам, девушке не хотелось возврата к прежним отношениям. Не хотелось быть той наивной дурочкой, которой она была.

— Весной обещали закончить. — Юля убрала телефон в сумочку. — Мы устроим такое новоселье! — Кочеткова хихикнула. — Ну, ты знаешь, как мы любим.

— Я думаю, оно запомнится надолго, — Поддержала разговор Данилова. Как бы и ей хотелось быть такой же беззаботной, как и Юлька. Не знать вкуса предательства, не ощущать этой пульсирующей боли в груди, возникающей в те моменты, когда ты этого совсем не ждешь. Но это невозможно, она уже изменилась.

Кочетковы уехали поздно вечером. Мирон вскоре уснул, не досмотрев фильм, а Снежана еще долго бродила по комнатам. В голове вновь появились мысли о Варе, Мироне и о том, что тогда случилось. Неужели эти качели так и будут раскачивать ее эмоциональное состояние? Стоит кому-то заговорить о Варе, как Снежану словно подхватывает ветром и несет в сторону. Она не может выбраться из плена мыслей, травит себе душу, сомневается в себе, в муже, в их общем будущем. Когда же это закончится? Как долго она еще будет изводить себя мыслями об измене Мирона? Они же сейчас вместе, все хорошо, но… Стоит вспомнить имя бывшей подруги и ей снова хочется плакать.

Девушка сидела на диванчике в кухне, обхватив коленки руками. Щеки Снежаны были мокрыми от слез, сердце разболелось. Ричард, почувствовав состояние хозяйки, пришел к ней, забрался рядом и стал мурчать в ухо.

— Ты ж мой хороший! — сквозь слезы улыбнулась Снежана. — Я уже успокаиваюсь. — Девушка погладила кота и тыльной стороной руки вытерла слезы. Хватит мучить себя, никаких нервов не хватит, если она не успокоится. Всем известна истина, если ты сам о себе не побеспокоишься, никто другой этого не сделает. С этой минуты она запрещает себе думать о плохом!