Чтение онлайн

Дик вздыхает, сидя в машине.

Но Мэдди никак не реагирует. Она лишь спокойно смотрит на меня, вглядываясь в мое лицо, а затем говорит: — Из-за чего бы ты ни злился, я была бы признательна, если бы ты не вымещал это на мне.

Это так похоже на нее. Прямолинейно. Без прикрас. Она стоит на своем, но делает это вежливо, как сказала бы мой психотерапевт, с «уважительно-настойчивыми границами».

Все остальные пугаются, когда я злюсь. За исключением Дика, никто не знает, как со мной обращаться.

Но эта свирепая маленькая стальная магнолия точно знает, как поставить меня на место, не моргнув глазом.

— Прости, — говорю я искренне. — Я иногда… мне трудно… я вспыльчивый.

Когда Мэдди выгибает бровь, я спешу пояснить.

— Не в этом смысле. Я не поднимаю руку на женщин в гневе. Я бы никогда, никогда так не поступил.

— Я знаю, что не поступил бы, Мейсон, — тихо говорит она. — Но есть много других способов причинить кому-то боль, помимо кулаков.

Я тяжело выдыхаю и провожу рукой по волосам.

— Ты права. Мне жаль.

Когда она улыбается мне, я испытываю головокружительное облегчение.

— Извинения приняты. А теперь, думаю, тебе стоит проводить меня до двери, потому что, если только гравитация не играет со мной злую шутку и дом не должен так сильно крениться, я сильно пьяна.

Закрыв один глаз, она, прищурившись, смотрит на входную дверь.

— Я же говорил, что тебе не стоит так быстро выпивать столько виски.

— Не будь самодовольным, Спарки. Тебе это не идет.

— Спарки?

Она берет меня за руку и прислоняется ко мне, ища поддержки, так что ее голова оказывается прямо под моим подбородком.

— Только не говори мне, что никто никогда тебя так не называл. Это самое очевидное прозвище для тебя.

От нее пахнет свежестью, чистотой и травами, как пахнет воздух в горах во время дождя.

Я люблю горы. У меня есть дом в Теллуриде. Это единственное место, где я когда-либо был счастлив.

Меня охватывает такое сильное желание, что на мгновение перехватывает дыхание.

Когда я снова могу говорить, я произношу: — Даже если бы кто-то так меня назвал, у него не хватило бы смелости сказать это мне в лицо.

Мэдди запрокидывает голову и улыбается мне.

— Значит, у меня должны быть большие яйца, да?

— Огромные.

Перестань пялиться на ее рот. Прекрати.

Я отвожу взгляд и смотрю на крыльцо ее дома.

— Ты можешь идти или мне тебя понести?

— Пф. Понести меня. Как будто я не могу ходить. — Она делает шаг, оступается и вскрикивает, крепко вцепившись в мою руку. — Почему земля такая скользкая?

— Это не земля, Пинк, — говорю я, посмеиваясь. — Иди ко мне. — Одним быстрым движением я наклоняюсь, поднимаю ее и заключаю в свои объятия.

Мэдди в ужасе замирает на пару секунд, напряженная и возмущенная, а потом говорит: — Ну и черт с ним, — и обнимает меня за плечи, широко и счастливо улыбаясь и прижимаясь ко мне. — Домой, Дживс8.

Я пользуюсь моментом, чтобы изучить ее затуманенный взгляд.

— Ты ведь на самом деле не пьешь виски, верно?

— Боже, нет. Эта штука на вкус как чистый бензин. Как ты это терпишь?

— Потому что я такой мужественный.

— Ах да. Я и забыла. Мы так и будем стоять здесь, на подъездной дорожке, весь день? Не то чтобы я жаловалась. Здесь на удивление удобно. Если с футболом у тебя не сложится, ты мог бы начать бизнес по перевозке подвыпивших дам.

Я иду по дорожке к ее входной двери, наслаждаясь тем, как Мэдди лежит в моих объятиях, как ее запах щекочет мне нос, как она прижимается ко мне, такая мягкая и теплая.

— Как Uber, только более персонализированный.

— Вот именно. А если бы ты снял рубашку, то срубил бы еще и кучу чаевых.

Она заметила мое тело.

Притворившись оскорбленным, а не довольным, я говорю: — Я не просто красавчик, леди.

Закрыв глаза, она кладет голову мне на плечо.

— Я знаю. Ты умный и веселый. Если бы ты только верил в любовь и не зацикливался на огромных сиськах, я бы быстро нашла тебе хорошую женщину.

«Ты умный и веселый».

Удар под дых. Выстрел в грудь. Удар Майка Тайсона в лицо.

За всю мою жизнь никто ни разу не сказал ничего хорошего о моих умственных способностях, не говоря уже о чувстве юмора. Наверное, потому, что я веду себя так, будто у меня их нет. Людей всегда впечатлял мой талант в футболе. Или то, сколько денег я зарабатываю. Или то, как легко меня находят неприятности.

Но не Мэдди.

Мэдди, которая боготворит моего заклятого врага Тома Брэди.

Мэдди, которая называет вещи своими именами, и не мирится с моим дерьмом.

Мэдди, которой похуй на деньги, потому что она слишком занята тем, что заботится о настоящей любви других людей и их вечном счастье, игнорируя при этом свое собственное.

Милая, дерзкая, красивая Мэдди, которая напилась в воскресный полдень, потому что не могла позволить мне пить одному, хотя и считает виски отвратительным.

Она спрашивает: — Ты в порядке?

— Да. А что?

— Ты только что издал странный стонущий звук.

Мне бы очень хотелось, чтобы она сейчас потеряла сознание.

— Может быть, ты не единственная, у кого газы.

Мэдди хихикает.

— Может быть, но если бы у меня были газы – и я делаю акцент на «если бы», – то мои пуки пахли бы лепестками роз.

— И ты еще обвиняешь меня в раздутом эго?

— Нет, серьезно. Я каждый день принимаю витамин С с плодами шиповника. Готова поспорить, мои внутренности пахнут прекрасным розарием.

— Твои внутренности? Женщина, ты пьяна.

— И это посреди бела дня, — радостно говорит она. — Ты плохо на меня влияешь.

Ты даже не представляешь.

Я поднимаюсь по ступенькам крыльца и останавливаюсь перед дверью. Затем смотрю на нее сверху вниз. Мэдди уютно устроилась в моих объятиях и закрыла глаза.

— Эй. Соня.

— М?

— Если не хочешь, чтобы я выбил дверь, дай мне ключ.

Она приоткрывает один глаз и смотрит на меня.

— Я не сплю. Я пытаюсь остановить вращение мира.