Правило белой вороны
Шрифт:
Ещё его отец, профессор юриспруденции говорил ему о том, что большинство преступных деяний связаны со стандартными человеческими страстями.
– Что приводит человека к убийству? Это сильные чувства. Страх. Ревность. Жадность. Зависть. Иногда, довольно редко, убивают существа больные, со сломанным мозгом. Убивают потому что хотят и до того момента, пока могут.
Но даже самые кровавые и запутанные серии убийств могут вписываться в рамки примитивных желаний. Однако случается, среди чёрных ворон, появляется белая. Дело за которым стоит длинная история тайн, загадок и интересных человеческих судеб. Такие расследования порой связывают какие-то исторические ниточки, дают тебе в руки редкие артефакты, открывают путь к неизведанному и возможность управлять и властвовать.
Мать, балованная генеральская дочка, ни дня в своей жизни не работавшая, имела однако слабость к единственному сыну и посвящала ему всё свободное время. Он получил замечательное классическое образование. И продолжал интересоваться чистой наукой, сохранил связи в научных кругах, даже поступив на службу. Геннаша, как называла его бабуля-генеральша, должен был стать достойным продолжением рода. И дед, хотел или не хотел, а под давлением своих, не привыкших к отказам, женщин, пихал внучка впереди себя, как мощный локомотив.
Геннадий пользовался паровозом, но не выставлял на трубе знамя. Народ и так просекал, небось не мальчик с улицы. Но ему тоже приходилось докладывать начальству о громких делах, висящих на баллансе. Тем более, если подвижек в них не наблюдалось.
– Товарищ капитан,-полковник нервно крутил рыжевато-седой ус,- прошёл почти месяц, а реально мы до сих пор не имеем даже подозреваемого. Нам повезло, что с тех пор, как мы забрали дело, новые трупы не появляются, как грибы на полянке. Убийца по каким-то причинам затих, но это не значит, что мы не должны его искать. Я дал вам режим всеобщего благопреятствования. Вы могли подключить столько людей, сколько нужно. Создать группу, наконец. По столице до сих пор ходят слухи и мне не хотелось бы докладывать в конце года товарищу Андропову, что маньяк у нас до сих пор ещё не сидит в клетке, дожидаясь заслуженной пули. Расскажите мне, в каком состоянии находится расследование.
– Я думаю, причиной убийства следователя было похищение единственной найденной улики. Значит она важна, и в этом направлении нужно продолжить розыск. Просмотрев фотографии рукописного листа, сделанные экспертом, и его заключение о том, что документ написан на латыни, я предположил связь с убийством настоятеля католического храма, находящегося поблизости, и произошедшее почти в то же самое время. Наши эксперты, после вскрытия, подтвердили идентичность способа убийства. Это вряд ли могло оказаться совпадением. Видимо следователь обратился к священнику для перевода текста.
Я привлёк к этому Фёдорова Николая Алексеевича. Мы познакомились с ним во время наблюдения за участниками Бухарестского конгресса и считаю, что он один из ведущих латинистов в Москве. Мне удалось выяснить, что текст оккультный, связан с древней книгой Аль-Азиф, в греческой транскрипции Некрономикон. А именно, с её латинской копией. Я не буду подробно докладовать мои умозаключения, скажу только, что установить владельцев книги на тот момент было малореально. Но, убийца должен был понимать, что остались фотографии, значит для него важно не то, что мы установим содержание текста, а получение оригинала списка.
Я подобрал ещё одну ниточку, которую начал разрабатывать следователь. Пропавшая медсестра. Я надеялся, что она выведет меня на след. Черевкин установил, что девушка направлялась в пригород и попытался установить может ли быть какая-то собственность у её родственников или знакомых в этой зоне. Но оперативники успели только изъять её дело в отделе кадров больницы.
Обыск квартиры дал не много. Нашёл только одно старое фото. Установить кто на нём пока не удалось. Документов в доме не было. Пришлось запрашивать в паспортном столе. Девочка оказалась воспитаницей Киевского детского дома. Узнать что-то о её предполагаемых родственниках я мог только через личное дело. Но и там ничего не оказалось. Обычный подкидыш. Но я не остановился на документах, а попытался узнать у работников не посещал ли кто ребёнка. Одна из воспитательниц вспомнила, что в 1954 году очень симпатичный иностранец, то ли поляк, то ли немец с таким милым акцентом, просил передать девочке письмо. Там была только старая фотография и она передала. Документы она, к сожалению, не спросила. Он представился как пан Йозеф.
– У тебя есть это фото?- вдруг оживился полковник.
Кирилов покопался в папке и достал маленький снимок, сделанный в каком-то парке. На нём был красавчик юноша лет восемнадцати и женщина явно старше, лет около двадцати четырёх. Выглядели они счастливой парочкой, снявшейся на память во время свидания. Женщина держала букет полевых цветов.
Полковник всматривался недолго. Он хищно оскалился.
– Пан Йозеф, говоришь?
– Так точно.
– Помнишь ликвидатора Степана Бандеры?
– Богдан Сташинский, перебежчик..
– Работал по легенде Йозефа Лемана. И в это время он был в Киеве. Изучал польский и немецкий.
– Так он вроде в шестдесят первом бежал, ему восемь лет дали..
– Он отсидел половину. Ходили слухи, что ему сделали пластическую операцию и переправили в ЮАР. А что если он здесь, в Москве?
– Вы думаете эта девочка может быть его внебрачным ребёнком? И для чего он её разыскал? И как это связано с этой оккультной книгой?..
– Боюсь, капитан, что за этот кончик нам ничего не вытянуть. Сташинский разведчик. Боевик. И прятаться он умеет. Попробуйте поискать женщину с фотографии. Это его юность. Тогда ещё он не был обученным сотрудником. И узнайте как можно больше о самой книге.
Омейядский халифат. Мекка. Медина. Дамасск. Деревня Бет-Дуррабия. 690-692 годы.
Смерть учителя освободила Абдула. Хотя он и не чувствовал себя рабом в доме учителя, но обязан был в городе носить рабский знак. Ему было запрещено одному выходить за стены Саны. Теперь он официально стал свободным человеком и наследником Масуда-аль-Беруни, одного из богатейших людей не только столицы, но и всего Йемена.
Оставшись один в пустом доме, Абдул ощутил прежнюю страсть к путешествиям. И он хотел сдержать обещание данное самому себе в детстве - вернуться в родные края и навестить семью. Теперь он мог помочь им выбраться из бедности. Он не знал когда вернётся в Сану и вернётся ли.. С собой он взял только золото и книги, которые не должны были попасть в чужие руки, в случае, если он больше не откроет сам тяжёлые окованные двери дома учителя.
Купеческий караван шёл в Мекку. Абдул был просто обязан увидеть родину пророка. О едином боге он так и не сложил своего мнения. Он будет искать истину. А пока, записывая подробности пути, вспоминал слова учителя, что чернила учёного столь же достойны уважения, как кровь мученика.
В одной из книг он прочёл, что место расположения Мекки стало священным прежде, чем было заселено. Именно в окрестностях Мекки пророк Ибрахим хотел принести в жертву Богу своего сына Исмаила. Между мекканскими холмами ас-Сафа и аль-Марва металась в поисках воды для маленького Исмаила жена Ибрахима Хаджар (библейская Агарь), уведенная им в пустыню по велению Всевышнего. Во спасение Исмаила там, где он топнул ножкой, ангел Джабраил (Гавриил) иссек из-под земли воду источника Зам-зам. Близ Мекки в 'пещере сокровищ', была устроена первая могила Адама и его супруги Хавы, перенесенная после потопа в Иерусалим; мекканская могила праотца людей отмечала центр мира.