Право на вседозволенность
Шрифт:
Еще больше мучений ей доставляла мысль об инкаторе. Со дня травмы он упорно игнорировал ее и даже по телефону не передал ей формальных пожеланий выздоровления. Девушку сводила с ума мысль о том, что он считал ее грязной шлюхой, направо и налево отдающей свое тело.
– Да что с тобой творится последнее время? Ты на тень похожа!
– не понимая причин ее депрессии, волновалась Виктория.
– Давай, встряхнись! Скоро праздник, да и твоя нога уже выглядит гораздо лучше. В крайнем случае напьешься обезболивающего, чтобы потанцевать. Даром мы, что ли, все лето провели в танцевальном классе? Ты просто обязана всех сразить своими умениями! Да, кстати, твои кавалеры чуть горло друг другу не перегрызают, споря о том, с кем ты пойдешь. И если ты в ближайшие пару дней сама не сделаешь выбор, то боюсь, дело окончится дуэлью на кулаках по причине отсутствия более серьезного оружия.
– Я не пойду на бал, так им и передай, - вяло возразила Юлиана.
– Ты представляешь, что после этого начнется?
– ужаснулась Тори.
– Хочешь привлечь всеобщее внимание своей показной грустью?
– Как раз этого я хочу меньше всего!
– Тогда лучше не упрямься. Гилберт - настоящая ищейка. Если ты не придешь, он сразу начнет докапываться до причин, и не удивлюсь, если что-то раскопает!
Аргумент Виктории был достаточно веским, чтобы встревожить Юлиану. Учившийся на четвертом курсе инкаторской академии Гилберт и впрямь был детективом от Бога.
– Хотя я не против этого, - мстительно добавила Блэр, - ты ведь сама не хочешь ничего рассказывать! Так что мне передать твоим воздыхателям?
– Сама выбери для меня любого. Мне все равно с кем убивать время, - услышала она безучастный ответ.
Подруга сокрушенно покачала головой и занялась подгонкой своего нового платья.
Наступил день бала. Весь университетский городок был украшен фонариками и гирляндами из осенних цветов, листьев и рябины. Служащие натирали до блеска пол актового зала, повара готовили праздничный ужин, а студенты скрупулезно готовились к вечернему действу.
В домике герцогини приготовления затянулись допоздна. Издергавшаяся Виктория делала последние стежки, подшивая бирюзовое платье из струящегося шелка. Тот наряд, что прислала ей мама, она умудрилась испортить чересчур горячим утюгом и теперь спешно готовила себе новый взамен испорченного.
– Ты на меня не злишься?
– виновато спросила она Юлиану.
– Бал начался больше часа назад, а мы до сих пор дома...
Та сидела на кровати, одетая в платье из серебристого шелка с воротником-лодочкой и длинными рукавами, и апатично разглядывала носки своих серебряных туфелек. Спешить ей было не к кому.
– Успеем!
– ответила она.
– Уверена, он до утра затянется!
Тори закончила подгонку, спешно натянула платье на себя и вставила в прическу сверкающие заколки.
– Все, я готова! Идем?
В танцевальном зале была уже уйма народа. Вдоль стен стояли столы с прохладительными напитками и легкими закусками. Увидев Викторию, Юджин, немедленно устремился к ней, а к Юлиане с разных сторон двинулись Гилберт и Рон. Она запаниковала и схватила Тори за руку.
– Постой минутку! Кому из этих двоих я обещала вечер?
– шепотом спросила она.
Заиграла музыка. Юджин чмокнул Блэр за ухом и потянул ее на танцпол.
– По-моему, Рону. Или Гилберту... Точно не помню, извини!
– замотала головой порозовевшая от удовольствия Виктория и убежала танцевать.
– Кошмар!
– пискнула Юлиана, понятия не имея, как выбираться из этой неловкой ситуации.
Оба парня подошли к ней, ревниво поглядывая друг на друга.
– Мальчики! Как вы прекрасно выглядите!
– громко восхитилась она, хватая их обоих под руки.
– Смотрите, там Нео с Вал! Пойдемте поздороваемся!
Они подошли к стоявшей возле стола с пуншем молодежи и влились в общий разговор. Скоро к ним присоединились Виктория с Юджином, который тут же принялся в лицах рассказывать насмешившую всех до слез историю.
– Я больше не могу, сейчас просто лопну от смеха, - отдуваясь, пробормотала Тори.
Какой-то парень тронул ее за локоть:
– Простите, вы Виктория Блэр?
– Да. А что вам от меня нужно?
– Инкатор Карминский желает немедленно переговорить с вами и мисс Делайн. Он ожидает вас у себя дома, - доложил парень и тут же растворился в толпе.
Ледяное предчувствие сковало сердце Юлианы страхом.
– Эй, подружка, ты выглядишь так, словно узнала, что кто-то уничтожил все твои конспекты!
– тряхнула ее Нео.
– Да что с тобой? Так испугалась, словно до этого с Карминским ни разу не общалась!
– Разве он не в отъезде?
– удивился Юджин.
– Я слышал, он уехал в Эльт.
– Наверное, уже вернулся!
– предположила Нео.
– Не могу взять в толк, зачем мы ему понадобились посреди бала...
– в смятении произнесла Тори.
– Особенно я. Я ведь всего раз в жизни с ним говорила!
– Ой, подумаешь! Ну поговоришь второй раз с умным собеседником, - пожала округлыми плечами Нео, - что тут страшного?
– Ага, второй и последний, - засмеялся Юджин.
– Потому что злой серый волк Карминский сейчас съест непослушных девочек! Ну- ка, признавайтесь, что вы натворили? Плохо убрали в комнате? Или не помыли руки перед едой? А может, - он сделал потешно круглые глаза, - вы лесбиянки и он вас застукал?
– Очень смешно!
– сухо сказала Виктория и посмотрела на стоявшую без кровинки в лице Юлиану.
– Идем?
Та молча кивнула и на подкашивающихся ногах пошла за ней. Когда они вышли на безлюдную улицу, Тори требовательно спросила:
– Судя по выражению твоего лица, ты просто в ужасе и, скорей всего, знаешь зачем он нас вызвал!
– Я могу понять зачем он вызвал меня, но ты не имеешь к этому ни малейшего отношения, поэтому не знаю, - потерянно проговорила Юлиана.
– А ты чем его прогневала?
– Он видел, как я покупала презервативы для Вал. А потом проследил за нами до подвала и решил, что мы там устраиваем сексуальные оргии, - призналась Юлиана.
– Мерзость-то какая!
– передернулась Блэр, но тут же повеселела: - Ничего страшного - пусть отведет нас к врачу и убедится что это - лишь плод его фантазии. Не бойся! Ну не убьет же он нас за это!
– По идее, не должен, - согласилась подруга и уже чуть смелее зашагала к Жнецу.
Его дом стоял уединенно, в глубине парка, на самой окраине студенческого городка. Он открыл дверь сразу, после первого же стука. От его наигранно приветливой улыбки герцогине стало совсем не по себе.