Чтение онлайн

И напуганный люд ему поверил.

Сладкая речь Варанова завершилась под бурные аплодисменты, однако за ней последовала суровая реальность. Обрадованным жителям новостройки было велено в кратчайший срок освободить дом, и перебраться из родных уютных квартир в свободные квартиры соседнего дома.

Им обещали, что это временное решение, вызванное вопросом безопасности. Люди поверили, ведь логично же, что один дом охранять проще, чем два!

Соглашались далеко не все. Некоторых уговаривали, других запугивали, а самых упертых и вовсе просто выкидывали на улицу, даже не дав им возможности собрать вещи.

Именно тогда и зародилось первое семя сомнений.

В освободившемся доме Варанов организовал штаб, расселил приближенных с их семьями и свою личную охрану — тех самых странных людей, одетых во все черное. При этом самоназначенный мэр занял для себя целый этаж. Какие-то квартиры пустили под склады, оставшиеся просто пустовали.

После обустройства, люди в черном вместе с полицией взялись реквизировать у жильцов продукты и оружие. По большей части люди сдавали имущество охотно. Они были уверены, что еда вернется к ним в виде пайков, а оружие будет использовано для их же защиты. Однако на следующий день кормить их никто не стал, а набор в дружину не проводился.

На третий день, голодный и злой народ пришел требовать свое имущество обратно. Стоя на крыше подъезда, будто на трибуне, Варанов вновь разразился жаркой речью, в заключение которой обещал, что к полудню выйдет к людям сам и раздаст еду и оружие. В назначенное время во дворе собралась почти все местные жители, однако спустился к ним вовсе не Варанов.

Вместо него во двор вышел отряд выпущенных из местного «СИЗО» уголовников и набранных в подворотнях отбросов общества. Всех, кто за бутылку был готов поднять оружие на мирных людей. Вооружены они были реквизированным охотничьим оружием, некоторые пистолетами, но по большей части ножами и самодельными дубинами.

Напали без предупреждения. Просто подошли вплотную и открыли ураганный огонь по толпе. Около двадцати человек погибли на месте, примерно столько же остались лежать на земле, будучи не в состоянии передвигаться без посторонней помощи. Те, кому удалось скрыться, весь день сидели, забившись в свои квартиры, и с ужасом наблюдали из окон, как добивают раненных и глумятся над телами убитых.

Однако это их не спасло.

Закончив расправу над ранеными, ослепленные вседозволенностью и жаждой крови бандиты стали врываться в квартиры, убивать, насиловать и грабить. Они выплескивали злобу, что накопилась в них за годы лишений и унижений. Выплескивали ее на тех, кто оказывался рядом, будь-то женщина, ребенок или старик.

Не щадили никого.

К ночи, уставшая от насилия банда встала лагерем прямо во дворе, пообещав продолжить веселье утром. После этого в спешке было проведено собрание жильцов, на котором приняли решение организовать совместную оборону.

Всю ночь люди не спали, готовясь к утренней встрече. Пройдя по всему дому, удалось собрать несколько припрятанных охотничьих ружей, ножи, газовые и травматические пистолеты. Брали вообще все, чем можно было убить или хотя бы ранить.

Однако самое главное оружие в предстоявшей битве выставил девяностолетний ветеран Великой отечественной войны, которого весь двор знал, как тихого дедушку Ивана. Он шестьдесят с лишним лет хранил в своей квартире пулемет «Максим». Несмотря на солидный возраст, тот оказался в отличном состоянии и был полностью готов к бою!

С утра, уверенные в своем превосходстве бандиты, вновь засуетились. Однако, теперь, вместо трусливых и покорных людей они встретили грамотно организованное сопротивление, под началом все того же деда Ивана.

С этого момента легкой руки кого-то из жильцов все жители дома стала называть себя «Выжившими».

Дед Иван оказался мало того, что запасливым, так еще и великолепным командиром! Половина наступавших бандитов, оказались сметены первой же очередью из «Максима», остальные, побросав раненых и оружие, в панике сбежали.

В течение следующих суток «Выжившие» вели активные боевые действия против «Варановских». Обе стороны понесли значительные потери. «Выжившим» удалось убить несколько бандитов, а также сжечь часть автомобилей «Варановских».

Но и сами они понесли потери. Восемь человек были убиты, еще с десяток ранены. К тому же они расстреляли почти весь боезапас к пулемету.

Боевые действия зашли в тупик. У «Выживших» не получалось выманить «Варановских» под пулемет, а те, в свою очередь, не могли даже носа сунуть во двор, без риска словить пулю.

После непродолжительных переговоров, стороны заключили шаткое перемирие. Согласно уговору, «Варановские» возвращали половину украденного провианта, а «Выжившие» позволяли им беспрепятственно покидать дом. Двор, разделяющий оба дома, становился нейтральной территорией.

Остаток города, со всеми его богатствами поделить не получилось. Единственное к чему удалось прийти, был договор, согласно которому «Выжившие» и «Варановские» ездили на вылазки по очереди, через день. Однако «Варановские» и не думали соблюдать договор, что один раз уже закончилось стычкой.

— Сегодня наш день, — устало закончил свой рассказ Василий. — Увидев вас, мы подумали, что это «Варановские» опять безобразничают.

— А что полиция? — спросил я. — Не препятствовали?

— Пропали перед самой резней, — развел руками Василий. — Только Рубцов остался, он у них за главного был, а остальные бесследно исчезли.

— Сбежали? — спросил Дед.

— Может и сбежали, да только куда тут бежать? Я вот думаю, «Варановские» сами их… — тут Василий молча провел пальцем по горлу, после чего печально добавил: — Ребята то, по сути, неплохие были, видели ведь, что Варанов творит, могли за нас вступиться.

Дальше мы по очереди допросили всех остальных пленных. Их показание полностью совпадали с рассказом Василия. Это могло означать только две вещи: либо они заранее подготовили общую легенду, что маловероятно, либо их история — чистая правда.

— Ты им веришь? — спросил меня Дед, после допроса последнего пленника.

Мы стояли посреди дороги, метрах в десяти от остальной группы. Пленным разрешили подняться на ноги. Они собрались тесной кучей возле грузовика и тихо что-то обсуждали. Семен с Игнатом находились поодаль, а Саша забралась на кабину грузовика и присматривала за округой оттуда.

— А зачем им врать? — удивился я.

— Ну, мало ли, дезинформируют из личной выгоды, например.

— Что, все сразу? А готовились и репетировали дома?

На мой сарказм, Дед лишь махнул рукой и уточнил:

— Значит, ты считаешь, что им можно верить?

— Я считаю, что в данном случае они не врут, — я сделал ударение на слове «данном», показывая, насколько далеко распространяется моя вера в их честность.

— Что ж, тогда нам следует вернуть им оружие и извиниться, — печально вздохнул Дед.