Чтение онлайн

Иван растерянно шмыгнул носом.

– Да ты не тушуйся, там все уже давно обговорено, – успокоительно положил ему руку на плечо старший брат. – Всего дел – забрать невесту мою, да сюда привезти. Еленой ее, кажется, зовут. Свах с тобой отправлю умелых, гридней дам в охрану, дядько Бречислав дружкой поедет…

– Прости, княже, прихворнул я что-то в последнее время, кости ломит… – перебил его боярин. – Немолод уже… Да и дела всякие навалились – лучше мне, пожалуй, здесь остаться, подле тебя…

– Да, пожалуй, лучше… – задумчиво кивнул Глеб. – А кого ж тогда…

– А я вот брата своего пошлю дружкой – он хоть и помоложе меня будет, но умишком не слабее. Приглядит за княжичем.

– Ну, будь по-твоему, – согласился князь. – Брат так брат. Главное, чтоб сватовство удачно прошло. Смотри, Ванька, я на тебя полагаюсь.

– Будь надежен, не подведу! – пообещал Иван.

– Да уж не подведи. Замени там меня на смотринах, чтоб Всеволод дрянь какую тишком не подсунул. Я этого старого лисовина знаю – так и смотрит, как бы кого вокруг пальца обвести… А ты у нас по части девок как раз глазастый… эхма, Ванька, а это-то у тебя что?

Глеб схватил Ивана за руку и озадаченно цокнул языком, рассматривая обрубок вместо мизинца. Травки и примочки Яромира заживили рану, повязку Иван снял еще вчера, но нового пальца у него, ясное дело, не выросло – теперь, видно, до старости лет четырехпалым ходить придется…

– Ну никуда тебя одного отпускать нельзя… – вздохнул старший брат. – Где ж это ты умудрился-то? Топором, что ли, оттяпал?..

– Ножом… – жалостливо шмыгнул носом Иван.

– Ладно, бог с тобой… Хорошо хоть этот палец… а не другой, что пониже, – осклабился Глеб. – А то б девки разлюбили! Ха-ха!..

Бояре угодливо захохотали пошлой шутке. Молчали только боярин Бречислав, отец Онуфрий, воевода Самсон, да сам виновник насмешек.

– Ну значит, с утра отправляетесь, – довольно кивнул великий князь, дождавшись, пока смех стихнет. – Фома Гаврилыч, поди-ка сюда, обговорим…

Его прервал гулкий раскатистый хохот – то вдруг невесть с чего принялся заливаться воевода. Глеб хмуро посмотрел на седого богатыря, кашлянул в кулак и вежливо осведомился:

– Самсон Самсоныч, ты чего это?..

– Прости, княже, нечаянно!.. – утер выступившие слезы старик. – Ох, ну и умора же!.. Девки разлюбили б!.. ха-ха-ха!.. другой палец!.. ха-ха!.. Ну, уморил, распотешил!.. ха-ха!..

По крыльцу Иван спускался в глубокой задумчивости, поминутно утирая нос рукавом и скребя в затылке. Брат старшой серьезное поручение дал, доверие оказал немалое… А если он, Иван, не справится? Если подведет великого князя Тиборского? Ох, стыдно-то как будет… Хоть совсем людям в глаза не гляди…

От раздумий его отвлекла пойманная вошь. Иван цепко ухватил шестиногого зверя меж ногтями и начал медленно сдавливать, аж высунув язык от удовольствия. Глаза княжича жадно горели – недаром же бают, что Господь Бог сотворил вшей, клопов и прочую кусачую мелюзгу специально, чтоб скучающему человеку было чем заняться.

– Ну что, снова в путь-дорогу? – сипло окликнули его сзади.

– А, Яромир… – рассеянно обернулся Иван, продолжая сдавливать вошку. – Ты куда ж запропал-то? Ни разу даже в гости не зашел!

– Только у меня и дел всех – к князьям в гости хаживать… – насмешливо прищурился оборотень. – У брата я на постой встал. У меня, знаешь, здесь тоже брат живет – давненько мы с ним не видались…

– Ишь ты! Познакомишь?

– А что ж нет? Пошли. А по дороге и на ярмарку заглянуть можно. Ярмарка у вас в городе знатная…

– Ах ты, чтоб тебя, да сегодня же Воздвиженье! – хлопнул себя по лбу Иван. – У, голова дырявая!.. Крестный ход уж заканчивается… но ярмарка-то в разгаре! А там и капустки начнутся… – облизнулся он. – Пойдешь со мной?

– На молебен – не пойду, – отказался оборотень. – Чего я там – крестов не видел?

– У, язычник поганый! – нахмурился княжич. – Бесовское зелье!

– А вот на ярмарку – пойду, – невозмутимо закончил Яромир.

Иван сразу же повеселел. Собственно, сам по себе крестный ход его тоже не интересовал. Другое дело – пожрать вкусно, выпить сладко, да сплясать людям на радость!

Славен город Тиборск, велик и могуч. Тридцать пять тысяч человек – шутка ли! Немного на Руси таких громадин. В Киеве, правда, аж пятьдесят тысяч набирается, ну так на то он и Киев – матерь городов русских!

Вокруг посада тиборского деревянная стена, а кремль каменной огорожен. Хоромины по большей части одноэтажные, но боярские, купеческие да поповские усадьбы бывают в три, а то и четыре поверха. В крепости гарнизон стоит, дружина княжеская. Колокольный звон во все стороны разносится – то собор городской, купола золотые.

На Воздвиженье в Тиборске всегда устраивается большая семидневная ярмарка. Не стал исключеньем и этот год. Со всех концов княжества съехались купцы, шел оживленный торг, заключались сделки, слышны были крики, вопли, ругань и звуки рукобития, неизменно скреплявшего ряду. [34] Гости прибыли из всех соседних княжеств, а кое-кто – и из более далеких мест.

Вот носатый еврей-ювелир демонстрирует перстни и ожерелья – его сразу можно узнать по остроконечной желтой шляпе и накидке с желтыми полосами. Вот чернобородый купец из франкского королевства расхваливает дорогое ипское сукно по пятьсот векш за штуку. Вот седой венед торгует лучшим стеклом – бокалами, кубками, ложечками. Усатый лях из Кракова привез груды металлических слитков – серебро, медь, свинец. Цареградец в роскошных одеждах расхваливает драгоценные изделия, сосуды, иконы, да кресты. Вот оборванный торговец лошадьми из Трапезунда – эх, хороши у него кони! А вот арабский разносчик сладостей – и вокруг его лотка целая куча детей. Старый грек разливает всем кофе и предлагает курительные приборы. Чернявый армянин стоит возле повозки с горой овечьего сыра. Пузатый бухарец в высокой барашковой шапке привез дорогие пряности. Рядом охраняет крохотных длинноухих коньков тощий самаркандец – этот вместе с бухарцем приехал. Чуть поодаль скучает персидский меняла в огромном тюрбане из шали.

Немало и своих купцов, русских. Кто привез товар, кто, наоборот, вывозит. Богата земля Русская всяким добром. Одних мехов сколько – медвежьи шкуры, собольи, куньи, бобровые, выдровые, лисьи, беличьи… Белок богаче всего – аж бочками сгружают! Мед, лен, кость моржовая – всего довольно.

Вот ганзейские купцы торгуются за воск – требуют только самого чистого, без примесей. Однако ж такова порода торговая – хитрость да обман всегда рядышком идут, за ручки держатся. И русские купцы не исключение – так и норовят в воск дрянь какую подмешать: масло, желуди, смолу, горох… Чтоб только навару побольше! Однако ж ганзейцы тоже не лыком шиты – на мякине не проведешь, на кривой кобыле не объедешь…

Иван остановился у расстеленного ковра, за которым восседал араб – торговец обувью. Ох, и до чего же много у него разной обувки! Глаза так и разбежались – на любой вкус товар найдется, да и мастерство немалое приложено. Туфли, башмаки, сапоги, сандалии, опанки, сабо – все есть. Хороша персидская обувь, ничего не скажешь. А здесь и индийская есть, и марокканская, и арабская… Бухара, Самарканд, Яркенд, Мадрас, Иерусалим, Дамаск, Кабул, Сринагар, Кашмир, Пешавар – все города, весь мир собрался на этих лотках.