Чтение онлайн

Маленькая девочка, совсем ребёнок, внезапно оказалась намного сильнее взрослого, прошедшего несколько кругов ада, мужика. Всё это время я оставался жив только благодаря ей, я дышал, чувствовал, даже не замечая этого. И ни разу, НИ РАЗУ, не поблагодарил её за это. А она верила в меня, терпела мою озлобленность, мою ненависть, мою безумную жажду мести, ни на секунду не усомнившись во мне. Я настолько погрузился в себя, в свою цель, что перестал замечать происходящее вокруг, не обращал внимания на того единственного человека, которая ненавязчиво вытягивала меня вверх, к свету, тратя на это чудовищные усилия. Скотина неблагодарная, сволочь! Как был эгоистом, так им и остался.

– Жанка, девочка моя, - шепчу я.
– Прости меня. В последний раз прости. Знаю, что не заслуживаю этого, но...

Я замолчал, спазм сжал моё горло, не давая вырваться ни звуку. Молчала и она, но её пальцы, налившиеся силой и нежностью, её прерывистое дыхание говорили яснее всяких слов. Чистая душа, она даже не понимала, за что я прошу прощения, не замечала, что спасая меня, жертвует собой, своей жизнью, которая могла сложиться совершенно по-другому. Зная, что я не остановлюсь, продолжу эту войну, Жанна рискнула сохранить ту маленькую, ещё незаметную частичку меня, поселившуюся под её сердцем, тем самым бросив мне спасательный круг.

Теперь борьба приобрела для меня новый смысл. Я не хочу, чтобы моему, пока ещё народившемуся ребёнку довелось жить в этой стране, в которой пышным цветом расцвело беззаконие, бесправность, унижение. В стране, где нас на каждом шагу ожидает смерть: от голода, холода, обдолбанного наркомана или охреневшего мажора. Я хочу, чтобы мой ребёнок не боялся выйти на улицу, чтобы я не переживал, отправляя его или её в школу, чтобы мог получить достойное образование. И война продолжится, теперь уже до победы и никак иначе - у меня не осталось иного выбора.

Теперь я не отпущу Жанку никуда: в этом состоянии заимка для неё самое безопасное место. И Митрич, лесник, и его жена, тётка Агриппина, порвут пасть любому, кто посмеет к ней приблизиться - Жанна для них всё равно, что родная дочь. А уж когда узнают о её беременности, так и подавно. А сообщить придётся всем - мы здесь одна семья. Поднявшись с колен, я погладил девушку по щеке, нежно поцеловал и вышел из дома к ожидавшему меня Ярославу.

– Ну?
– с тревогой в голосе спросил мой друг.
– Что случилось? Зачем Жанна тебя так срочно звала? Что-нибудь серьёзное?

– Ничего особенного, - с трудом изображая безразличие, ответил я, затем, не выдержав, счастливо рассмеялся.
– Жанка беременна! Понимаешь, она ждёт ребёнка! Я стану отцом!

Хохоча, словно безумный, я схватил Яра, забросил поперёк на плечо, и понёсся по дороге, оглашая округу громкими, нечленораздельными криками. Привлечённые шумом, на улицу вывалились все обитатели заимки, с удивлением наблюдая за изображающим скакового коня мной, и за пытавшимся вырваться Ярославом.

– И как это называется?
– прокричал Пашка.
– Новая система обучения? А называется, наверное: "Укатай командира"?

Я, наконец, остановился и опустил Яра на землю. Тот поправил форму, зыкнул на меня, как ему казалось, недоброжелательно и пошёл к толпящемуся народу.

– У Пьеро планку сорвало, - пробурчал он.
– Знаю, что это не новость, но если раньше он поддавался лечению, то теперь окончательно. Эх, я всегда говорил, что именно женщине суждено довести мужика до цугундера.

– Так что всё-таки случилось?
– выступил вперёд Колька.
– Жанна одумалась и решила наконец-то бросить этого идиота, который её не ценит?

– Хуже, - сокрушённо развёл руки мой друг и заулыбался.
– Она забеременела!

Немая сцена. Оглушительная тишина накрыла заимку, несколько секунд спустя сменившаяся разноголосьем. Тётка Агриппина, всплеснув руками, помчалась к дому, в котором обитали мы с Жанной, Митрич с недовольным видом погрозил мне кулаком, но его смеющиеся глаза говорили об обратном, а ребята... Они подбрасывали меня в воздух так высоко, как будто я выиграл золотую олимпийскую медаль, при этом хохоча в четыре глотки. В пять, потому что я хохотал вместе с ними, не в силах остановиться.

– Ну ты мужик!
– опустив на землю, обступили меня друзья и начали хлопать по плечам, по спине.
– Заделал-таки воина. Значит не зря жизнь прожил.

– А если девочка родится?
– спросил я.

– Парень, точно тебе говорю, - не согласился Юрка.
– В нормальной семье первым должен быть сын. Защитник. И даже не смей заикаться о девчонке, она следующая на очереди.

Остальные одобрительно закивали. Вот, блин, всё за нас решили. Кто родится, тот и родится и нечего тут рассуждать.

– Так, прекращаем галдёж!
– рыкнул Яр, не прекращая улыбаться.
– Не до этого сейчас, есть более важные дела. Митрич, тащи самогон - пить будем!

– Ага, щас! Как что, сразу Митрич. Нет у меня самогона, сами же всё выжрали, - проворчал лесник.

– Митрич, ё-моё, тут такое событие, а ты.., - попытался воззвать к совести Пашка и, зная, чем зацепить старика, продолжил.
– Ладно, хрен с тобой, поедем за водкой, но если потравимся - это будет на твоей совести.

– Я те дам водку! Ещё не хватало это гадость пить! Нет у меня самогона, но вот настойка найдётся, - сдался старик и улыбнулся.
– Пойдёмте.

Я оглянулся на дом, за деревянными стенами которого находилась та, к которой стремился всем сердцем, пожал плечами и поплёлся за остальными. Будем пить!..

А поздно вечером, когда все уже легли спать, я достал ту самую флешку, вставил в ноутбук и погрузился в просмотр.

Глава тринадцатая.

Моя война подходит к своему завершению: там, за высоким забором, в том самом доме, в котором когда-то отсиживался я, затаился он. Человек, который все это начал, который лгал мне в глаза, прикидывался сочувствующим. Который много лет назад был для меня, наивного, восторженного пацана, ближе родного отца. Остап. Дядя Ося.

Я все же прочитал информацию, содержащуюся на флешке, случайно попавшей к той самой подружке Жанны, Люське. Прочитал и ужаснулся. Нет, там не содержалось никаких кровавых секретов, по крайней мере напрямую - это был всего лишь список предприятий, принадлежащих как лично Остапу, так и той организации, позиционирующей себя преемницей всемогущего КГБ. В этом списке, по сути не представляющим для меня интереса, промелькнуло одно название, вызвавшее во мне начинающую забываться звериную ярость. "V-экспресс банк", одним из совладельцев которого был мой "благодетель" Остап.