Чтение онлайн

– Садись. – Киваю ей, и она послушно проскальзывает в салон.

Пока едем, смотрю на свое отражение в стекле и трогаю распухшую скулу. Да уж, я из-за Софьи я точно не своей смертью помру.

– Сильно болит? – Высовывает голову между сиденьями.

– Нормально всё. Давай в тишине посидим? – Устало выдыхаю.

Поняв намек, недовольно откидывается обратно. Мельком вижу ухмылку таксиста. Видимо, ему редко встречаются случаи, когда женщина послушно замолкает. Сам слегка улыбаюсь, оценив ситуацию. Выходим около дома, Софья первая подходит к подъезду, пока я расплачиваюсь с водителем.

– Надо быстрей холодное приложить. – Говорит она, когда я открываю подъезд.

– Уже поздно, надо было сразу прикладывать. Иди, не стой. – Подталкиваю её внутрь.

Подходим к лифту, девушка нервно стучит каблуком, пока мы прислушиваемся к урчанию шахте.

– И ничего я с ним не заигрывала! – Фыркает, взмахнув волосами.

– Я знаю. – Отвечаю спокойно.

– Шла мимо, он сказал, что я шикарно двигаюсь. Ответила, что очень старалась. Он в дремучем лесу рос, раз мог это принять за заигрывание? – Поворачивается ко мне, высекая взглядом молнии.

– Он просто урод, не принимай близко к сердцу то, что можно послать глубоко в… - На последнем слове с шумом открылись двери лифта.

Пригласительно указал ей руками войти, зашёл следом и нажал на кнопку.

– Легко тебе говорить! Не тебя за попу щупал какой-то левый мужик! – Продолжает негодовать, сложив руки на груди.

– Если хочешь, я вернусь и сломаю ему ту руку, которой он тебя коснулся. – Воцарилась тишина. Я даже заволновался и оглянулся на неё через плечо.

– Ты серьёзно? – Так удивленно смотрит на меня.

– Да. – Киваю в ответ. Задумалась, изучила моё лицо, потом уставилась на двери кабинки и мотнула головой.

– Хватит с него и побитой рожи. Думаю, он это запомнит надолго. – Двери открылись, и она уверено выплыла на площадку, достав свою связку ключей, открыла дверь, помог ей снять пальто. – А мне понравилось. – Бросила на ходу, вынув ножки из туфель, удаляясь в ванну.

– Что понравилось? – Интересуюсь, вешая нашу верхнюю одежду, и оставив обувь на коврике.

Подхожу к двери в ванну, смотрю, как Софья моет руки, встаю рядом, тоже выжимая мыло себе на ладони.

– Ну, как ты там говорил? «Моя женщина». – Улыбается, вытирая руки о маленькое полотенчико и передаёт его мне. – Конечно, я не твоя женщина, но мне понравилось ей быть.

«Был бы я нормальным, то ты ей была бы». Смотрю на неё, улыбаясь в ответ.

– Знаешь, мой отец не умер. – Вдруг говорит она, взяв меня за руки и опустив взгляд. – Он поджёг наш дом и покончил с собой в своём кабинете.

Сердце делает невероятный кульбит, глухо ударившись об грудную клетку. Зачем она это говорит? Пьяные признания? Почему сейчас? Хочу сделать к ней шаг, обнять, пожалеть, но Софья отшатывается, и я останавливаюсь.

– Из-за долгов. – Продолжает она, сглотнув ком. – Я не знала, что у него давно нет денег. Папа набирал кредиты и занимал у всех, обеспечивая нам прежнюю жизнь. Но…выбраться из этих долгов не мог… - Её лицо скрывают волосы, но я вижу две сорвавшиеся капли, одна из которых упала на мою руку.

– Соф…- Начинаю я, даже не зная, что скажу ей дальше.

– Не надо, Саш. Давай помолчим. – Отпускает меня, вытирает лицо и выходит, оставив меня одного.

Шок, жалость, понимание её слов и поступков навалились разом. Как он мог так поступить со своей дочерью? Как мог её бросить? Зачем врал? Осуждая его, я упустил главное. Себя. Как током ударило. Разве я не собирался сделать то же самое, когда мы встретились?

– Черт. – Выругался, взъерошив волосы рукой.

Вышел из ванной и увидел свет на кухне. Софья сидела на стуле, сгорбившись и прикрыв лицо руками. Присел перед ней на корточки, всё ещё не зная, что сказать. Надо было читать больше книг, не был бы таким косноязычным.

– Соф. Софья. – Тихо позвал её, но в ответ услышал только всхлип. – Ну, давай, посмотри на меня. – взял её за лодыжки, убирая руки от лица.

– Только не надо меня жалеть. – Вытерла мокрые щеки.

– Не буду, обещаю. – Сам стер каплю с её подбородка.

– Почему вы все такие эгоисты?! – Почти кричит на меня, вырывая руки из моих пальцев. – А как другим жить без вас? Как? – Толкает меня в плечи, но удерживаюсь на ногах.

– Я не брошу тебя. Никуда не свалю, пока сама не скажешь. – Беру стул за ножки и двигаю к себе, пока её колени не упираются мне в грудь. – Я приму твою боль на себя. И перебью за тебя все морды на планете. – Обнимаю её, уложив белокурую голову на свое плечо.

Чувствую, как руки Софьи сжимаются вокруг меня, а дыхание выравнивается.

– Ты заслужил жить. – Бормочет мне в шею, целует в щеку и снова обнимает еще крепче.

– Ты не знаешь сколько жестоких и отвратительных поступков я совершил. – Лучше бы ей меня не идеализировать. Еще не забыли, как я повел себя, когда умерла моя мать?

– Я тоже не ангел, но умирать из-за этого не собираюсь. – Отстраняется, заглядывая мне в глаза. – Всем бывает больно, но надо жить дальше. – В её взгляде такая мольба. Улыбаюсь ей, погладив по щеке.

– Не забивай голову, ангелочек. Я же сказал, что буду с тобой, пока не прогонишь.

– Что бы ты не сделал в своей жизни, все мы достойны прощения, кроме убийц. – Её слова вызывают спазм в сердце. Закрыв глаза, делаю глубокий вдох и выдох.

– Достань из шкафчика мазь, надо мой фонарь намазать, а то утром будет размером с мандарин. – Прошу у неё, желая закончить разговор.

– Конечно, только скажи – какую? – Сразу вскакивает на ноги, а я сажусь на диван, еле разогнув затёкшие колени.

Второй заказ дается Софье гораздо проще. И заказчик полностью доверяется ей, не влезая в работу, еще и рекомендации у неё теперь есть. Смогла очаровать всё нудное семейство, и они не забывали упомянуть имя дизайнера, принимая гостей в новом доме. Параллельно появляется третий заказ, сумма немного вырастает, но и работы много. Зато денег с моей карты теперь уходит меньше, старается свои тратить. А вот у меня дела идут не так гладко, но стараюсь не думать об этом.

Рад, что помог ей, но однажды в голову стреляет закономерный вопрос: «Что если она решит съехать, снимать жилье». Холодеет внутри от этой мысли. Я должен буду отпустить, похвалив себя за то, что помог ей. Но, на самом деле, я ожил благодаря ей. И буквально, и в переносном смысле. Она мне не дала прыгнуть. Заставила пообещать, что я буду жить. Благодаря ей я улыбаюсь, спешу домой, думаю о завтрашнем дне без боли, кручусь, придумываю что-то. Но пока речи о переезде не идёт, стараюсь успокоить себя.