Чтение онлайн

– Однажды, высоко-высоко в горах раздался выстрел. Потому что далеко-далеко в Москве родилось чудо. Абхазские мужчины плачут редко, но в тот день наш дорогой друг Шарах много слез счастья в землю выплакал, и не напрасно. Цветы растут, когда их поливаешь, так посмотрите какая красавица выросла, – Инал указал на Лану. По рукам девушки забегали мурашки, ее глаза зажглись. – Сегодня она – представитель великой профессии. Мы, абхазы, можем доверить свою жизнь исключительно самым близким людям. Я, Харбедия Инал, сегодня могу доверить ей свою жизнь, она – мой близкий человек, – Инал взял в руки ведро. – Здоровья тебе, счастья и благополучия! – и принялся пить, а гости запели еще с большим энтузиазмом. И только после того, как Инал допив, перевернул ведро, и с него не пролилось ни капли, все восторженно подняли свои стаканы с криками: «И я доверяю! И мой близкий человек!». Лана светилась от счастья. Она как будто заново родилась в тот день. Но это были цветочки, ягодки ждали впереди. Один из соседей вытащил барабан и принялся на нем отбивать ритм лезгинки, все остальные принялись хлопать в такт. Сразу же их подержал аккордеонист. Первого танцора долго ждать не пришлось, он с криком: «Ассаа!»– выбежал на центр площадки, и тут понеслось, танцевали все: молодые и взрослые, мужчины и женщины. Более зажигательных и искренних танцев Лана не видела. Ее ноги принялись пританцовывать. Шарах не стал упускать такой возможности. Стоило ему выйти на площадку, как моментально все образовали огромный круг, в центре которого дедушка танцевал с внучкой.

Веселье длилось до рассвета. Спать Лана пошла уставшая, но безумно довольная. Мысли о преждевременном отъезде больше не посещали ее голову. Ощущение и осознание того, что она находится на родной земле, оказались для нее чрезмерно важными. В тот день она строго для себя решила, что по окончании учебы обязательно вернется в Абхазию и будет работать во благо своего народа, несмотря на то, что абхазы к врачам не ходят.

С первыми лучами солнца, два давних, не ложившихся спать друга, с лопатами пришли в огород.

– Принес? – спросил Тадари.

– Принес! – Шарах вытащил завернутый кусок тряпки, в которой лежал айфон. – Нам иностранные штучки тут не понадобятся! И поэтому, брат мой, во имя сохранения наших культурных ценностей, мы сейчас произведем захоронения этой вещи. Нам не надо их инноваций, нам нужно наше Апсуара! Именно оно помогло сохранить нашу народность на протяжении многих веков.

– Аминь, – кивнул Тадари. – Но, может, прежде чем опустить его в землю, сделаем с тобой селфи, так сказать сфотографируемся. Мало ли через годы, кто-то раскопает его и увидит нашу великую дружбу.

Шарах не думая обнял друга и нажал пальцем на экран. На этой фотографии они улыбались.

Пригласительная открытка

Сегодня мы откроем ворота,

Дойдет до вас нашей радости звон.

Невесту украли из отцовского дома,

И с братьями везем ее в свой двор.

Напевал песню молодой парень Хвича. В тот день ему выпала честь развозить пригласительные свадебные открытки. Абхазы очень восприимчивые в этом отношении люди, поэтому такое задание считается очень ответственным. Каждое пригласительное должно дойти до адресата. Причем сделать это необходимо как можно быстрее, так сказать заранее. По такому случаю в селе Аамта приобрели велосипед «Десна». Выглядел он всегда празднично: свежая краска на раме, новые покрышки на колесах, букет цветов на руле и полная корзина красивых открыток в багажнике.

– Шарах! О, Шарах! – открыв калитку, Хвича позвал хозяина.

– Ох! – радостно воскликнул Шарах, увидев велосипед. – Приветствую тебя дорогой, – хозяин дома пожал парнишке руку. – Вижу повод у нас хороший. Чья свадьба?

– Джопуавская!

– Молодец Астамур! Столько лет женить не могли, а тут те на, как гром средь ясного неба в свои шестьдесят, – порадовался за младшего друга Шарах. После чего нахмурил брови и взглянул на человека принесшего ему открытку. – Ты первому кому эту новость сообщил?

– Тебе конечно!

– Ай ты мой золотой, – Шарах вновь улыбнулся. – Уважаешь, значит! Я должен за твое здоровье выпить, давай зайдем домой.

– Не могу, – юноша принялся отнекиваться, – вон, сколько еще раздать надо, – он указал пальцем на полную корзину. – Да и еще я за рулем не пью.

– А тебе никто не говорит, – за рулем пей, пойдем за стол сядем, там и выпьешь! Ты ко мне первому зашел, а я хочу, чтобы ты первый мое вино продегустировал.

Правда, отвел Шарах Хвичу не в дом, а в свой винный погреб. Одноэтажная постройка оказалась весьма прохладной внутри, несмотря на жаркий день. Помещение было изолировано от дневного света, но благодаря открытой двери, лица были видны.

– Это бочка именуется «Штиль», – погладив первый сосуд с вином, Шарах начал свой небольшой экскурс. – Этим напитком можно даже детей и женщин поить. Чуть-чуть крепче компота. А это «Ветерок». Если пообщаться на застолье хотите. Тостов двадцать-двадцать пять можно смело выпить, – закончив описание второй бочки, Шарах перешел к третьей. – «Сильный ветерок». В лучшем случае стаканов пятнадцать, но молодым вроде тебя рекомендую не больше десяти. Вино обладает очень интересным свойством, которое называется «Ты иди, я догоню». За столом пьешь – все хорошо, а встаешь и соберешься идти домой, так зашатать может, мало не покажется.

– А почему эти тары большие, а вон те две маленькие? – спросил Хвича, указав на противоположную сторону погреба. – Хах, – улыбнулся дед, подчеркивая тем самым правильность вопроса юноши, – такого вина много быть и не должно! Это «Шторм», пять-шесть стаканов и бархат обволакивает твое тело, кровь нежно бурлит по венам, настроение такое, что хочется с птичками летать и петь. Ну а это «Ураган», – Шарах подошел к последнему деревянному сосуду. – Максимум два-три. Вот бывает к тебе домой гости придут, а ты прямо очень спешишь. Накрываешь на стол, ставишь это вино и уже через полчаса слышишь, что у них самих появились дела, которые они вынуждены незамедлительно решить.

– Так я тебе и поверил! – засмеялся Хвича. – Ну и фантазер ты Шарах. Забавная классификация.

Шарах ничего не ответил хохотуну. Он достал граненый бокал, налил в него из крайнего бочонка и протянул Хвиче.

Десять минут спустя…

– Хорошее вино, Шарах. Пьется легко главное, – выходя на свежий воздух, Хвича в двух словах попробовал описать вкус «Урагана». На большее его заплетающийся язык уже не был способен. – Дедушка Шарах, давай чуть-чуть посидим, а то душно как-то на улице стало, – хозяин взял его за руку и аккуратно усадил на диван, стоявший в тени двора. Но парень долго не просидел. – Дорогой Шарах, можно я чуть полежу, а то устал сегодня, – Хвича раскинул ноги по всей длине койки и, запьяневший, задремал.

– Какая-то молодежь не та пошла в наше время, – покачал головой Шарах. – А пригласительные конверты кто развозить будет? – но Хвиче было не до них, его самого развезло.

Шарах осознавал всю сложность ситуации. Если никому не сообщить, то никто не придет. А свадьба без гостей, как мысль без идеи: она как бы есть, но по сути ее нет. И решил он сам найти выход из сложившегося положения. Пригласительные было необходимо доставить, чтобы все прошло по плану. Поэтому, недолго думая, Шарах сел на велосипед и принялся крутить педали. В последний раз он садился за руль велосипеда, будучи еще подростком. Благо, это такой транспорт, если один раз научился кататься, то никогда уже не разучишься. Свой путь он начал с дома близкого приятеля.

– Свадьба?! Джопуавская! Молодец Астамур, удивил, так удивил, – порадовался Тадари. – Шарах, а первого ты кого осведомил?

– Тебя, конечно, ты же мой лучший друг!

– Это правильно. Я в этом не сомневаюсь. Мне приятно.

После Шарах поехал к Джарназу Мукба.

– Что? Он в свои шестьдесят женился? Куда спешить? – недоуменно отреагировал сто девятнадцатилетний долгожитель. – Ну, это не главное, ты лучше скажи, кого ты первого пригласил?

– Тебя, конечно, ты же у нас самый старший!